Тайны Смолвиля

Утренние солнечные лучи пробивались сквозь листву. Ты шла, вдыхая чистый и свежий воздух. На траве сверкали капли росы, радужно переливаясь на солнце. Идя по узкой тропинке, ты постепенно спускалась вниз, к реке. В твоей руке было ведро, а вокруг тебя бегал верный пес породы лабрадор, по кличке Саймон. День только начинался, и обещал быть хорошим. С утра ты проснулась с каким-то неясным предчувствием. Ты просто ощутила каждой клеточкой своего тела, что сегодня должно произойти что-то хорошее. Твоя врожденная интуиция ещё ни разу тебя не подводила, поэтому ты с нетерпением ждала, когда что-нибудь случится. В твоей жизни так давно ничего хорошего не происходило, что ты даже немного волновалась. Выйдя к реке, ты поднялась на холм и, закрыв глаза, подставила лицо тёплым мягким солнечным лучам.
Внезапно Саймон, что-то унюхав, рванул с места, пронзая утреннюю тишину громогласным лаем.
- Сай, стоять! Ты куда?! – воскликнула ты, побежав следом.
Пес выбежал на берег реки, а затем бросился по воде, вдоль прибрежных скал. Он резко остановился, и стал облаивать что-то, что лежало за скалами, и пока было
скрыто от твоих глаз.
Прибежав следом, ты вскрикнула от увиденного и выронила ведро из рук. Практически на берегу, омываемый речными водами, лежал труп мужчины. Инстинктивно ты наклонилась к нему, чтобы прощупать пульс. Про себя ты подумала, что прощупывать пульс на мертвяке – дело изначально провальное и странное, но рефлекс, отработанный за годы работы в больнице, был доведен до уровня автоматизма.
Твои пальцы коснулись его шеи и нащупали сонную артерию. На секунду ты подумала, что тебе показалось, и ошарашено моргнула, чувствуя подушечками пальцев слабый, нитевидный пульс.
- Боже мой, он живой! – воскликнула ты, вскакивая на ноги. – Сай, нам нужно перенести его в дом!
Ты схватила незнакомца за шиворот куртки и, подозвав собаку, скомандовала:
- Держи! Это твоё, не отпускай! Тащи в дом!
Натренированный Саймон с готовностью вцепился в воротник мертвой хваткой. Игра под названием «Схватить и не отдавать» - была одной из его любимых. А уж, если что-то разрешили притащить в дом – пес взлетал от счастья на вершины блаженства. Пятясь задом, он потащил едва живого мужчину в сторону дома. Ты, не теряя времени, набрала полное ведро воды и побежала следом.

Никогда путь до дома не был таким сложным. Ты направляла Саймона и старалась следить за тем, чтобы пес был, как можно более аккуратным. Наконец, из-за деревьев показалась до боли знакомая хижина. Ты жила в лесу. Среди густой чащи деревьев стоял твой небольшой домик: покосившийся на один бок от старости. Вся крыша поросла мхом и травой, ставни окон держались на честном слове, дверь была перекошена.
Саймон дотащил мужчину до двери и зарычал, всем своим видом показывая, что не собирается просто так отдавать «выстраданную игрушку». Ты забежала в дом, поставила ведро на стол и схватила хороший кусок вяленого кролика.
- Лови! – размахнувшись, ты запустила лакомство как можно дальше. Пес с охотой бросился на поиски.
Тем временем ты, подхватив мужчину под руки, втащила его в дом.
Надо сказать, что пушинкой он отнюдь не был, да еще мокрая одежда давала дополнительный вес. С ней-то тебе и предстояло расправиться. Ты расстегнула молнию куртки и твоему взору предстала еще одна жуткая картина: вся рубашка была в крови. На темной ткани кровавые разводы заметны не были, но рассмотрев материал внимательнее, ты нашла круглое рваное отверстие. Пуля!
- Поистине чудо, что Вы еще живы! – воскликнула вслух ты, вытирая рукавом проступивший пот со лба. Счет жизни этого человека шел буквально на минуты, до больницы довезти его было нереально, оперировать в хижине без инструментов и наркоза – граничило с безумством. Но сдаваться ты была не намерена. Схватив со стола нож, ты плеснула на него водки, дезинфицируя. Затем ополоснула водкой свои руки и в довершении глотнула для храбрости.
- Ну что ж, приступим! – подбодрила ты себя и рванула рубашку на незнакомце изо всех сил, обнажив его торс и кровоточащую рану. Пуля попала ему в живот и про себя ты молилась всем существующим богам, чтобы она не задела внутренних органов. С другой стороны, если этот человек до сих пор жив – скорее всего, так оно и было. Плеснув на рану всё той же водкой, ты сделала надрез, промокая сочащуюся кровь его же собственной рубашкой. Сглотнув, ты осторожно просунула пальцы внутрь. Привычных медицинских перчаток у тебя не было и приходилось действовать голыми руками. Внутри было скользко и горячо, сглотнув нервный комок, подступивший к твоему горлу, ты стала осторожно искать пулю. Любую другую девушку стошнило бы, так что этому парню крайне повезло, что ты была не любой, а бывшим хирургом. Хотя… хирурги бывшими не бывают.
- Вы вообще везучий парень, как я посмотрю, - проговаривала ты вслух. – Вас подстрелили и, судя по всему, решив, что насмерть – скинули в реку. А Вы проплыли по реке, как минимум несколько километров, каким-то чудом Вас прибило к берегу, да ещё и я Вас обнаружила с утра пораньше. Если Вы выберетесь из этого дерьма, то просто обязаны будете сказать, какой талисман наудачу используете. И не вздумайте очухаться, сэр, пока я Вас тут потрошу, сделайте нам обоим одолжение.

Наконец, твои пальцы нащупали твердый холодный металл. Зацепившись, ты аккуратно извлекла пулю на свет божий и отбросила в сторону. Заглянув внутрь раны и еще раз убедившись, что органы целы, ты заткнула её куском рубашки. Вскочив, ты шустро ополоснула руки и схватила аптечку. Она была скромной: даже перекись водорода закончилась, из-за чего тебе пришлось дезинфицировать все водкой, но зато в уголке лежал моток шелковых нитей и режущая игла. Схватив их, ты вернулась к оперируемому, убрала рубашку и резво, отточенным движением, его заштопала. В довершении снова плеснула водки на уже зашитую рану и наложила повязку, подумав про себя, что придется идти в ближайшую деревеньку, чтобы существенно пополнить свои запасы.
Ты снова проверила пульс. Он был слабым, но самое главное – что он был. Теперь необходимо было снять с него всю мокрую одежду и уложить на кровать. Следующие 24 часа были критическими, в течение которых станет понятно, выживет ли он. Ты глубоко вздохнула и приподняла его за голову, освобождая от куртки и рубашки одновременно. Следом настала очередь ботинок, с которыми ты расправилась крайне быстро, стянув заодно и носки. Вынув из штанов ремень, ты расстегнула его джинсы. Стаскивать мокрые штаны с бездыханного человека – непростое занятие и тебе пришлось изрядно поднапрячься, стараясь сильно не трясти его, чтобы швы не расползлись. Последними были его белые трусы. Хмыкнув, ты слегка нерешительно взялась за резинку.

- Ну, здравствуйте, мистер незнакомец, - ни к кому конкретно не обращаясь, произнесла ты, стягивая мокрую ткань и оголяя его пенис. – Я врач, так что не беспокойтесь. Для меня раздетые полностью мужчины – обычное дело. Конечно не настолько обычное, я слегка преувеличила. Собственно, честно говоря, я никогда никого полностью не раздевала, этим же занимаются медсестры, а не хирурги. Мы только режем. Но вам всё равно переживать не стоит! В институте я подробно изучала половую систему на манекене! Да и на выпускном я раздевала капитана команды по лакроссу, правда там было темно и я ничего не разглядела, но факт имел место быть!

От волнения и смущения ты становилась болтливой. Продолжая тараторить о том, что вести бурную личную жизнь у тебя не было времени, потому что ты сперва посвящала себя учебе, а потом работе, ты втащила этого голого парня на свою кровать.

Растопив печь, ты нагрела воду, и, смочив полотенце, стала протирать тело незнакомца. Только теперь ты разглядела, кого собственно спасла. Откидывая с его лица мокрые темные волосы, ты заботливо протерла его высокий лоб, затем скулы, прошлась по щекам и прямому носу, аккуратно протерла глаза и остановилась на губах. Твоему взору предстало лицо молодого человека, лет двадцати четырех. С загорелой кожей, густыми ресницами и притягательными губами. Задумавшись, ты провела по ним кончиками пальцев, повторяя линию его губ.
Ты тряхнула головой, словно отгоняя наваждение, и продолжила свое занятие. Сполоснув полотенце в миске теплой воды, ты стала протирать его шею, постепенно спускаясь ниже, на ключицы, выступавшие так соблазнительно, плавно перемещаясь на грудь. Ты с некоторым удовольствием задержалась тут, на его груди, такой твердой и мужественной, выпирающей будто бы колесом.

Живот. Живота не было. Ровные, твердые кубики пресса предстали твоему взору. Ты аккуратно, стараясь не задеть повязку, провела по каждому из них и спустилась ниже. Две симметричные тазовые кости торчали еще соблазнительнее, чем ключицы. Твой взгляд медленно опустился ниже, к линии волос, окружавших его мужское начало. Смущаясь, ты отводила взгляд, но не могла до конца побороть свое любопытство и всё же, бросала косые взгляды на его член.
- Знаете, - пробормотала ты вслух с некоторой укоризной в голосе. – Размерчик у Вас, товарищ, что надо. Вместо того, чтобы в речках плавать, могли бы девушкам удовольствие доставлять!
С этими словами ты перешла на его ноги; сильные и мускулистые; немного задержавшись, стала разглядывать пальчики на его больших ступнях. Но вскоре, почувствовав себя какой-то извращенкой и фетешисткой, ты вновь смутилась и набросила одеяло ему на ноги, одновременно прикрывая его половые органы.

- Вот так! И нечего тут! – грозно сказала ты. – А то ишь, разлёгся, яйца развалил, а я его тут обслуживай. Хорошо устроился, называется.
Последними были его руки. Крепкие и сильные. По-настоящему сильные руки, а не накаченные для красоты в спортивном зале. Ты провела пальцами по его бицепсам, а затем перешла к его рукам – лапищам; таким большим и мужественным, мужским. Несмотря на внешнюю брутальность, пальцы его были нежные, аккуратные; кожа его рук была мягкой, бархатной; и ты невольно взяла его за руку.
- Всё таки интересно, кто же Вы такой? – задумчиво произнесла ты. – Лицо с обложки журнала, руки настоящего мужчины, а пуля в животе была явно подарена Вам не модным критиком. Хотела бы я знать, чем Вы занимаетесь.

Закончив процедуру, ты укутала его в одеяло, накрыв сверху еще одним. Следом ты собрала всю его одежду и проверила карманы. В них было пусто: ни удостоверения, ни телефона, даже крошек не обнаружилось. Видимо, те, кто сбросил его в реку, хорошенько его обчистили. Быть может, это обычный грабеж? Но нет, твоя интуиция подсказывала тебе, что всё не так просто. Хах, интуиция. Она уже «подсказала» тебе, что сегодня будет отличный день. И что в итоге? Ты оперировала парня прямо на полу. Отличный денек, нечего сказать. Побольше бы таких!
Но глубоко в душе ты испытывала некоторое удовлетворение, в первую очередь от того, что спасла человеку жизнь, а также потому, что теперь на твоей кровати лежал привлекательный брюнет.

Ты выстирала всю его одежду и вывесила сушиться. Весь день ты провела, практически не отходя от пострадавшего, в надежде, что он очнется. Ближе к вечеру его состояние ухудшилось: его начало лихорадить. Ты сменила ему повязку, еще раз обработав рану, и сидела подле его кровати, промокая проступавший пот с его лба. Незнакомец метался в своем сне, изредка выкрикивая имена. Дважды он назвал какого-то Джорэла, но чаще звал кого-то по имени Лекс. Ближе к середине ночи ты поняла, что его организм не в силах самостоятельно справиться. Температура росла и тебе не оставалось ничего, кроме как вколоть этому парню дозу антибиотиков. Эффект наступил практически сразу, температура спала, и он сладко засопел. Ты ещё какое-то время наблюдала за ним, а потом уснула сама, в довольно неудобной позе: продолжая сидеть на стуле, ты изогнулась и легла на край кровати, рядом с ним.

Тебя разбудил его хриплый слабый голос:
- Воды… Воды… - донеслось у тебя над ухом. Мгновенно скидывая с себя оковы сна, ты вскочила на ноги и принесла ему кружку воды. Аккуратно приподняв его голову, ты помогла ему напиться. Незнакомец сделал пару глотков и облегченно вздохнул. Его глаза медленно приоткрылись и ты впервые увидела их цвет. Голубой, такой чистый, почти прозрачный. Казалось, можно сделать всего лишь шаг и утонуть в глубинах их чистых вод. Постепенно его взгляд становился осмысленным.
- Кто Вы? Где я? – все еще с хрипотцой спросил он. Его взгляд обвел пространство вокруг себя.
- Вы ничего не помните? – испуганно спросила ты.

ага, как и сибирское
Просто экзамены на носу, вот и работаю...


неа, так и болею а сейчас жаркая пора началась...


нууу, кому как, у меня сессия вообще на первую неделю отпуска выходит