mila Tatiana:
Девочки прибежала с работы и сразу к вам ,а тут Ксюша такое обещает что и не знаю ужин готовить или подождать...
fima:
» Глава 41
ГЛАВА 41
— Доброе утро, — поздоровался Денис со старушкой в соломенной шляпке, сидевшей на реечной скамейке во дворе. — Я тарелочку вам потом…
— Ой, что ты! — перебила она его, всплеснув руками. — Когда сможешь…
И думать забыл про тарелку из-под пирога, только сейчас вспомнил, когда увидел соседку на улице.
— Марковна на посту, — усмехнулась Юля, забираясь в машину.
Утро ранее. Зевота свела челюсти, Юлька прикрыла рот кулачком. Прищурилась. Солнце уже вовсю палило. Ночная свежесть спорила с жаркими лучами, подергивая кожу мурашками.
— Конечно. Вдруг что интересное пропустит, а ей никак нельзя, — поддержал Денис.
Глядя на него, серьезного и сосредоточенного, на дорогу только смотрящего, Юлька улыбнулась. Потом рассмеялась. Озорно и свободно.
Перехватил ее взгляд — глаза довольно блестят, губы поджимаются таинственно. Задумала что-то. Любил ее такую. И такую давно не видел. Спросил глазами, чуть вздернув подбородок. А Юля головой в ответ покачала. Позже попросила его настойчиво:
— Ты домой не заходи. Подвези меня и все.
— Почему? Только не отвечай «потому что».
На самом деле так и собиралась сказать, а теперь пришлось слова подбирать.
— Хм-м… наверное, разговор меня ждет... щепетильный. Не хочу, чтобы ты присутствовал. Когда ты попросил меня не вмешиваться, я послушала. Почти… Теперь я прошу не вмешиваться тебя.
— Хорошо, — согласился на удивление быстро.
Непохоже на него. И не верится даже.
Переспросила удивленно:
— Да?
— Да. А своей версией ты поделиться не хочешь? Как-то же ты собираешься объясняться перед родителями?
— Нет у меня никакой версии, — отрезала упрямо. — Никак я не собираюсь объясняться.
Притихли оба. Как-то не сговариваясь замолчали. Не напряженно, задумчиво. Спокойно.
Два дня, как один час, пролетели. Расставаться не хотелось, но реальность лязгала челюстями. Так страшно, что снова укусит…
— Слушай, Красота, я все думаю, как ты умудрилась все экзамены на «пятерки» сдать?
— Сомневаешься во мне?
— При других бы обстоятельствах нет, но сейчас нестабильность психических процессов налицо.
Юлька усмехнулась: вот завернул. Но прав же.
— Верно говоришь, умудрилась. Повезло мне просто. Вытянула то, что учила. А выучила я мало. Ничего в голову не лезло. Это для родителей я супер-отличница. Но я же не вундеркинд.
— Слава Богу, аж от сердца отлегло, — прозвучало театрально.
— Почему? — засмеялась.
— Потому что было бы ненормально, если б ты в таком неуравновешенном состоянии еще и билеты все вызубрила. Маньячка.
— Не-е, не маньячка. С мозгами у меня все в порядке, они иногда сворачиваются.
— Главное, чтобы на место вставали.
— Очень жизнеутверждающе.
— Конечно, я же оптимист.
На это Юля рассмеялась.
— А ты на самом деле кто?
— В свете последних событий задумался.
— Оптимист или пессимист?..
— Оптимист или мазохист.
— Шутник.
— Ни капли.
Как только подъехали к дому, Юлька, быстро чмокнув Дениса в губы, моментом выскочила из машины. Боялась как будто, что Шаурин передумает и пойдет проводить ее до самых дверей.
Почему-то сердце у нее билось гулко. И в пальцах начала зарождаться неприятная дрожь. Нервы натянулись, что тут скрывать. Не каждый раз она вот так на два дня из дома пропадала. Вообще не пропадала.
И все же не стала прятаться в комнате, а прошла на кухню. Точно знала, что отец еще дома, потому что его машина стояла в гараже.
Прошлась по кухне и остановилась посреди комнаты. Застыла чуть нетерпеливо, словно забежала на минутку и вот-вот снова выскочит в двери.
Опасную паузу заполнила мама:
— Кофе будешь? Садись к столу.
— Нет, мамочка, спасибо, потом. Я только поздороваться.
— Нагулялась? — зло спросил отец.
— Еще как. И не надо мне задавать никаких вопросов. Отчитываться не собираюсь, — развернулась, чтобы уйти.
— Юля! — рявкнул отец.
Юля не вышла, но и к столу не вернулась. Прислонилась к косяку, изобразив ожидающую фигуру и на лице слегка скучающее выражение.
— Ты что себе позволяешь! Два дня дома не ночевала и явилась домой как ни в чем ни бывало! Хочешь, чтобы я принял меры? Или думаешь, что я на тебя управы не найду? Я не мать и долгие разговоры вести не буду! Достану портупею и отхожу по заднице!
— О, вот это как раз твой метод. Знакомо.
— Юля, иди к себе, — вмешалась в разгорающийся спор Наталья.
Но Юля и не думала отступать. Белела в проходе футболкой.
— А чего ты хотел? Думал, что я сегодня прибегу и буду тебе в ноги кланяться за то, что ты Шаурина позвал? Тебя достало мое плохое поведение, и ты захотел, чтобы я снова стала хорошей девочкой. И плевать на то, что ты сделал, и каково мне было. Ты себе что-то решил, и все должны плясать под твою дудку. Захотел — отобрал конфетку, захотел — вернул, так? А я не буду под твою дудку плясать! — недопустимо повысила голос. — Я тебе справку приволокла… я тебе пообещала с ним не встречаться!.. Но тебе этого оказалось мало! А теперь ты хочешь, чтобы я заткнулась и молчала!
— А что мне перед тобой покаяться?! — взревел Монахов и с оглушающе громким звоном поставил чашку на стол. И как только та не треснула.
С чашкой-то ничего не случилось, зато у Натальи терпение лопнуло.
— Юля, иди к себе! Быстро!
Юлька набрала воздух, чтобы ответить, но промолчала. Редко такой тон от матери слышала, потому поджала губы и молча ушла к себе. И так много сказала. Но то, что хотела сказала. Как чувствовала.
Монахов дернулся вперед, словно собирался встать, Наталья положила руки на его крепкие плечи, чуть сжав их, останавливая, удерживая на месте.
— Я поговорю с ней. Поговорю. Не горячись, Серёж, не горячись…
Разговор решено было не откладывать в долгий ящик. Расстроенная и разозленная мать поднялась в комнату к дочери.
— Может быть уже хватит?
— Что хватит? — Юлька рылась в сумке, но бросила это дело и замерла у кровати, скрестив руки на груди.
— Прекрати эту войну! Остановись! Если не ради отца, то ради меня! Я не могу разрываться между вами. Вы меня в гроб так загоните! Меня пожалей.
— Не могу, — сама знала, что заносит, но остановится не могла. Что-то внутри мешало выбросить белый флаг.
— Кто-то должен это сделать. Тем более сейчас ты сама провоцируешь конфликт.
— Ты еще скажи, что я должна у отца прощения попросить.
— Вот и не делай того, за что пришлось бы потом просить прощение, и слов таких не говори.
Юля отвернулась, до боли сжав челюсти. Застыла, словно статуя — раздумывая ли, сопротивляясь ли просьбе матери...
Наталья пристально смотрела на дочь. Молчала. Все равно разговоры бесполезны. Все, что могла, уже попыталась донести. Остальное пройдет мимо сознания. И будет проходить, пока Юлька сама не отступит.
— Только ради тебя, мама, — жестко сказала и снова кинулась к сумке, брошенной на кровати. Так резво, словно сбросила с плеч смирительную рубашку и сейчас наслаждалась свободным движением. Глаза подняла, будто не понимая, почему мама еще в комнате. Почему не ушла, ведь получила, что хотела. О чем просила.
Наталья смотрела на Юлю со смешанными чувствами. Показалось, что от Дениса Юлька вернулась другая. Не только потому что на ней была новая одежда — белые шорты и белая футболка, легкая, свободная. Шаурин как будто ее в чувство привел. Юлька снова стала полна жизни и энергии. Как теперь с этой энергией сладить. Если так и дальше пойдет, то она совсем неуправляемой станет.
— Что, прям сейчас трубку мира выкуривать? — недовольно процедила, невольно подтверждая мысли матери.
— Если отец еще не уехал, то сейчас.
Издав тяжелый вздох, девушка неохотно спустилась вниз.
Ноги каменные. Язык к небу прилип. Все через силу, против своей воли.
— Ладно, — остановилась перед отцом и сунула руки в карманы. Тяжело было говорить. Голос глуховато осип. Челюсти свело, — папа… давай прекратим все это. Ситуация уже разрешилась, так понимаю. Я больше конфликтовать не собираюсь. Не буду. — Все, теперь из себя ни слова не выдавит. Не сможет. И если отец сейчас вздумает читать нотации...
Но он не стал. К огромному счастью.
— Хорошо, — поднявшись, чуть прижал Юлю к себе, поцеловал в висок. — Прости. Но если еще раз так пропадешь из дома…
— Поняла, — одним словом скупо выразила согласие.
— Встречайтесь днем, гуляйте, ходите куда-нибудь, но ночевать дома! Тебе восемнадцати еще нет!.. А то мне придется еще раз с Денисом побеседовать.
— Поняла, говорю! — сказала, как отрезала.
Несмотря на внутреннее сопротивление так тепло на душе стало. Тепло и приятно. Щеки румянцем залились, к горлу ком подкатил, не протолкнуть. В груди туго, что не вдохнуть. И прижаться бы к широкой отцовской груди, как раньше. Но не смела. Не могла еще, не все барьеры сметены, не вся боль внутри растворилась. Где-то соль еще осталась в ранах, залечить бы до конца…
***
— Ну, привет, командир. Как жизнь? — вскочил Лёня с кресла, когда Шаурин размашистым спортивным шагом вошел в кабинет. Шумно вошел — Лёньку так и подкинуло на месте.
— Твоими молитвами… Это ты мне рассказывай, как жизнь.
— На месте не стояла, пока ты отдыхал.
— Оно и понятно. Валяй-валяй-валяй, Лёня, рисуй! — проявляя нетерпение, Шаур сделал круговые движения кистью руки, подстегивая Вуича высказываться быстрее и лаконичнее. Прошелся по кабинету. Быстро, пружинисто, замирая иногда, словно спринтер, готовый сорваться со старта. От его рубашки, мелькавшей туда-сюда, в бежево-коричнево-синюю клетку, в глазах у Лёньки зарябило. Он усмехнулся и коротко, заученно отчитался.
— Ясно, — тяжело вздохнул Денис, как будто главное было сделано, и задвигался медленнее. — Крокодил не ловится, не растет кокос, — нараспев произнеся, остановился у стола, заваленного бумагами. — И правда жизнь на месте не стояла, но и сюрпризов особых не преподнесла. Узнал, что я просил?
— Узнал. — Вуич сразу смекнул, о чем речь.
— Кто? — коротко Шаурин обежал цепким взглядом разрозненные листки, сложил несколько в ровную стопку. Лёня повременил с ответом, пытаясь оценить намерения Дениса, но тот на него не смотрел, а, бросив бумажки на край стола, очень тихо спросил еще раз: — Кто?
— Карп.
— Уверен?
— Стопроцентно, — подтвердил, не отпуская напряженного взгляда.
— Покурим, — оживился Денис и хлопнул себя по карманам на джинсах, будто сигареты искал. — Он сейчас где? — выдвинул ящик стола и достал пачку.
— Покурим, — согласился Лёня, подошел к открытому окну. Оттуда тянуло свежестью, несмотря на то, что солнце уже ярко светило. От остывшего за ночь асфальта, от кирпича и бетона все еще шла прохлада. — Он со Стасом в спортзале, — подкуривая, пробубнил глядя в окно.
До уха донеслось шуршание срываемой защитной пленки. Щелчок. Потом второй. Потом Денис с зажженной сигаретой шагнул к окну. Крепко затянулся.
— Так. Подержи, — выдыхая дым в сторону, сказал Лёньке.
— В смысле? — не понял тот, уставившись на шауринскую сигарету, маячившую перед лицом.
— Подержи, говорю, я сейчас, — быстро повторил Денис.
Недоуменно Вуич перехватил сигарету левой рукой, и Денис вышел, оставив друга слегка озадаченным. Но не стоять же, как дураку, с двумя — положил шауринскую на край пепельницы и на некоторое время застыл, глубоко затягиваясь. Потом в голове щелкнуло. Точно так же, как и пару минут назад что-то — в кабинете. Мысль, не распознанная, на уровне интуиции, вот так же щелкнула, будто встала в паз. Лёнька различил этот звук, щелчок, который сейчас эхом выплыл из подсознания, и посмотрел на стол. Часы. Золотые. Шаурин снял свои часы.
— Вот бл*ть!.. — бросился вслед.
Безусловно, Шауру, чтобы убить Карпова, и тех двух минут, что он умудрился выкружить, будет достаточно. Но это при хорошей подготовке, а не сейчас, учитывая, что не так давно он на больничной койке валялся. И дело, конечно, не только в силе. Шаурин знал, куда надо бить. Особенно, если жертва не предвидит нападения.
Взлетая по лестнице на второй этаж, Вуич пару раз запнулся: у самого адреналин бурлил по венам.
Непонятно почему, но Шипа в спортзале не оказалось, а, следовательно, никто не мог помешать Денису размазывать — к этому моменту уже безвольное — тело Карпова по стене. Чем он успешно и занимался.
Лёнька на миг остолбенел от увиденного. Тут в зал вошел Паша Хромов и остолбенел тоже.
Но если Вуич просто раздумывал, как изловчиться, чтобы оттащить Шаурина от Карпова, то Хром даже не думал и пытаться не собирался. Уж он-то не понаслышке знал силу шауринского удара, ибо сам несколько лет назад по дурости своей спровоцировал Дениса. В первую секунду и лег на мат без сознания. Сейчас он не собирался его провоцировать тем более. Тут с его звериной силой и двоим не справиться.
— Бл*ть! — выругался Лёнька. — Чего встал?! — рявкнул на Пашку. — Ста-а-ас! — заорал во всю глотку, но Стас уже и так влетел в спортзал.
Шип, слава богу, не Пашка, ему долго не пришлось объяснять, что делать. Вдвоем они с Лёнькой кое-как скрутили Шаурина, теперь и Пашка помочь не побоялся. Завалили на пол, заломили руки. Стас упёрся коленом ему между лопаток.
— Ты поаккуратней, — задыхаясь, предупредил Вуич, — ребра же у него, сломаешь еще…
— Ага, ему сломаешь…
— Отпусти!.. — зарычал Денис. — Отпусти, сказал!
— Утихомирься сначала, — ломким голосом проворчал Лёня.
— Отпусти!.. — перестал дёргаться, демонстрируя повиновение. — Я спокоен! Спокоен…
Вуич кивнул Шаповалову, сместил вес своего тела и осторожно разжал одеревенелые пальцы, сковывающие запястья Дениса. Шип тоже отпустил. К их облегчению, Денис в эту же минуту покинул спортзал. Просто отряхнулся и оставил помещение, словно ничего особенного не произошло.
— Шип, ты здесь, с этим, — указал на бесчувственного Карпова, — Паша, звони Семенычу, пусть пришлет врача и машину. И уборщицу позови, а то кровищи, будто поросенка зарезали. — И проворчал тише: — А я с этим народным мстителем поговорю.
Теперь настала очередь Вуича шумно врываться в кабинет Шаурина. Впрочем, ему никто не препятствовал. Денис был в душевой, мыл руки и пытался выровнять дыхание.
— Ты охренел?! — заорал Лёнька с порога.
— Заткнись, Лёня, — низко проговорил Денис. Ярость все еще душила.
— Совсем перекрыло, что ли?! — встал в дверях душевой.
— Тебе сейчас лучше просто замолчать! — гаркнув, вытолкнул Вуича и заперся.
— Шаур, ты че творишь? — вопль из-за двери.
Тогда Денис открыл дверь, шагнул к Лёне открыто агрессивно. Вуич подумал, что сейчас получит по роже. Хотя, если б Шаур захотел ему вмазать, то подумать Лёнька бы не успел.
— Заткнись, Лёня, или я тебя сейчас по стене размажу, как Карпова, в одной с ним машинке в больничку поедешь.
Удовлетворившись тишиной в ответ на свою «просьбу», Денис снова скрылся с Лёнькиных глаз. Снова зашумела вода. Зашуршала одежда. Он скинул окровавленную рубашку. Кровь, само собой, не собственная. Своей уже до этого вдоволь нахлебался. Смыл пот с лица, стер с шеи влажную испарину. Оперся на раковину и опустив голову, глубоко втянул в себя воздух. Так и клокотало все внутри. Рвалось. И вены рвало. Кровь в висках — отбойным молотком. И пелена красная перед глазами.
Убил бы суку! Если б Лёнька не прибежал, вырвал бы Карпу гортань голыми руками, чтобы больше не мог слова сказать, когда его не спрашивают. И не просят. Плакал бы кровавыми слезами за все Юлькины. За боль ее и слабость. За ее поломанный дух.
Но больше всего на свете хотелось поставить Карпова на колени и сломать ему шею, свернуть голову резко в сторону со смачным хрустом и избавить себя навсегда от этого бельма. Он как язва незаживающая. Нет-нет, да обострение.
Много времени понадобилось, чтобы отдышаться. Чтобы руки от адреналина перестали дрожать. Вытираться не пришлось, вода на коже сама высохла. Вышел из душевой, застав Вуича у окна с сигаретой. Наверное, третьей по счету.
— Ты же знаешь, я склонен к необоснованному насилию, — сказал почти спокойно и чуть издевательски. — А Карпову так и не удалось мне
понравиться. — Открыл шкаф. Не нашлось запасной рубашки, все домой утащил. Пришлось натянуть футболку.
— Не гони, — буркнул Лёня, зажимая сигарету пересохшими губами.
— Мне просто захотелось. Такой ответ тебя устраивает? Мне так захотелось! — взял с пепельницы свою сигарету. Надо же, она и дотлеть не успела.
— Я все понимаю, но…
— …но тебе лучше не лезть ко мне с вопросами! — отрубил Шаур. — Понятно? Карпова отстранить от дел. Ото всех. И из боев вывести. Насовсем.
— Но как?..
— Как хочешь. Но чтобы было так, как я сказал. Потому что не будет всякая шваль открывать рот, когда ей вздумается. А только когда я этого хочу. Что заменить его некем? Всегда есть. Не найдешь, я сам найду. Но Карпова отстранить.
— После того, что ты с ним сделал, по-другому никак.
— Х*евые из вас тренера. Скорость реакции у него нулевая, — дернул уголки губ в мрачной усмешке и вдохнул горький дым.
— Чего-о-о? — возмутился Лёня. — А ты что к нему с официальным предупреждением шел?
— А что, должен был?
— То-то и оно.
— А я тебе о чем.
— Хорошо, — Лёня вдавил окурок в пепельницу, — раз крокодила все-таки поймали, теперь очередь за кокосами. Любишь ты меня озадачивать.
Evgesha:
спасибо!!!!!!!!!!! оторвался Денис маленько, отвел душу. А на что Карп надеялся? Думал наверное совсем Дениса уберут и он его место займет? так пусть теперь перенимает пост у Дениса в больничке. Стоит только надеяться что больше нигде не нагадит нашим. Юлька то сейчас у нас расцветет совсем!!!! Надеюсь когда-нибудь найдет в себе силы помериться совсем с отцом, если конечно он больше не будет им с Шауром мешать. Вообщем жду продолжения очередного. Теперь следующая глава я так понимаю будет спустя 2 года?
ma ri na:
Ксюша,спасибо!
Ох уж эти большие мальчики!!!! Что папа,что кавалер! А женщины,как всегда, усмиряй ,уговаривай,улаживай...
Глава вся пронизана напряжением и ожидание чего-то! Наверное,дальнейших событий,какие они будут и что принесут?!
Уже жду продолжения!!!
alenatara:
Всем мой пламенный привет!
Работа не волк, есть не просит, так что я снова на все забила…в смысле отложила свои рабочие обязанности ненадолго, чтобы нанести официальный визит
Эх, «мысли мои скакуны» - много их и беспорядочных, но попытаюсь их систематизировать
Для начала – ну очень приятно видеть наших твиксов в таком приподнятом настроении. Они действительно стали самое собой и вновь обрели комфортность в обществе друг друга. Четко чувствуется это расслабленное состояние обоих – будто действительно основной груз сняли с плеч, хотя некоторые разногласия им еще предстоит разрешить, но между собой они уже пришли к миру и согласию.
Вполне логична просьба Юли, чтобы Денис не заходил с ней в дом. Тут и гадать не нужно, чтобы понять – Монах будет не в самом радужном настроении и не погнушается устроить допрос с пристрастием. Все таки Юле проще одной в этой ситуации пойти на разговор с родителем, чем в обществе Дениса – так она смогла высказаться откровенно и пояснить свою позицию. Правда несколько агрессивно Юля провела разговор с отцом, но другого тут ожидать пока рано – если с Денисом они все выяснили, то обида на отца все еще плескается внутри и воспоминания о методах воспитания тоже еще свежи. Юлькино поведение я понимаю, но не оправдываю. Монах сейчас и так, прямо скажем, весьма неуравновешен и если лезть на рожон, можно только заново обострить ситуацию, как для себя, так и для Дениса. И если он дал добро на их отношения, это не значит, что по утру он будет дочу встречать с радушной улыбкой – такого ни от одного любящего папаши не дождешься. Ну и опять-таки, если Монах дал свое согласие на любовь между Денисом и Юлькой, это совсем не значит, что он отказался от собственных планов. Так что тут я бы постаралась лишний раз не накалять обстановку, а то Папка может совсем осерчать и сослать всех…а что у нас страшнее Сибири? В общем, сошлет куда-нить…в Лондон – страшное наказание в нынешней ситуации
Нет, Юле нужно было обозначить собственную позицию – это факт. Чтобы отец понимал – девочка пришла в себя и коготки наточила на всякий случай. Теперь собственно им обоим придется научиться заново любить друг друга – Юле нужно признать тот факт, что ее отец не только любящий родитель, но и довольно суровый руководитель (прям лозунг
), а Монаху нужно признать, что дочь его может бороться пусть и не на равных с ним, но очень свирепо.
И честно, прям горько за Наталью. Вот уж кто действительно натерпелся за последние месяцы, потому что она переживает и за дочь, и за мужа, и за Дениса. Ей вообще в этой ситуации сложнее всех – у каждого из них есть своя правда и своя собственная позиция, каждый из них борется за свое, а вот Наталье приходится весь груз нести на себе, потому что поддержать кого-то одного она, в принципе, не может, но и оставаться в стороне не имеет права – каждая из сторон по своему права. И ей одной приходится регулировать ситуацию, потому что если там никого не останавливать, то эта борьба может приобрести более грандиозные масштабы. Наталья не зря заметила, что Юля словно пробудилась – если до этого ее дочь держала глухую оборону, то теперь вполне может начать воевать, а это лучше пресекать на корню.
Ну и вторая часть «Марлезонского балета». Ленька очень четко сформулировал – «и тех двух минут, что он умудрился выкружить, будет достаточно». Вот вроде парень не первый день Дениса знает и не мог не понимать, что на счет Карпа Денис интересуется не ради праздного любопытства, но Шаурин действительно так закружил своим мельтешением, что не сразу и распознаешь его намерения. Ленька вроде не лох, но с Денисом лопухнулся, канеш. Ситуация настолько раскаленная, что даже немного комичная. В принципе, понятно было, что долго раздумывать Шаурин не будет и расправа Карпа настигнет, но все настолько стремительно развернулось, что даже рассмешило. Вполне понятен ступор Хромова – я бы тоже не торопилась встревать в эту мясорубку, а то положат рядом и поминай как звали. Но хорошо, что Ленька со Стасом все таки оттащили Дениса – лишний труп ему не нужен, а наказать Карпа можно более действенными методами, чем закопать под кусточком. Он же стремился подняться в высь, а теперь ему полностью крылышки подрезали и никаких перспектив ему не светит. Можно предположить, что Карп, тем, что сдал Дениса Монаху, пытался не только замстить былые обиды, но и пробить себе дорожку на верх пытался. И если это действительно так, то тут парень, конечно, просчитался. Даже если бы Дениса действительно пустили в расход, все равно самому Карпу ничего не светило, потому что есть более способные и перспективные. Да и если он одного сдал, то где уверенность, что он и дальше не будет своих подставлять. В общем, ненадежный он и Монах не может этого не видеть, а таким власть в руки давать никак нельзя, только изгадит все.
Ярость Дениса каждой клеточкой чувствуется. Понятно, что вот эту бойню он устроил не за себя. За себя бы он так морду не бил, а просто задвинул бы Карпова и в дело не пускал. Но за Юльку… За Юльку он и с Монахом схлестнулся – сам он все стерпит, потому что знает, что несет ответственность за свои действия, но за Юльку и правда любому глотку перегрызет. Потому что девочка его действительно уже на грани была – не сломилась, но потухла. И такое Денис явно никому не спустит с рук.
Вообще, этот эпизод так красочно описан, что остается ощущение, будто фильм посмотрела – настолько яркие картинки рисовались. Великолепно передана вся напряженная атмосфера. Очень круто! Такой Денис прямо завораживает! Ну тут хоть Леньке моему в лицо кулаком не прилетело, а то пришлось бы собирать его по косточкам…
Спасибо, Ксюшенька, огромное за продку! Просто потрясающая глава – динамичная, богатая различными красками и переживательная – очень-очень круто!
Целоваю, обнимаю, люблю!
Shaurita:
Ксюшик,ну это не глава, а главище!
АДРИНАЛИНОВАЯ!
Юльхен с папой пар выпустили, погремели чашками, но слава богу пришли
хоть к маленькому Миру.
Монахов хоть и пошел на уступки, но всё же хочет, чтобы и Юля пришла
к пониманию и может он так по своему просит прощения, ну я имею ввиду, что разрешил ей с Деней встречаться.
Человеку, тем более авторитету сложно оставаться с человеческими качествами и быть милосердным.Вобщем хорошо хоть к чему-то пришли дочь и отец, а это начало.
Наталья и тут показала себя отличной женой и матерью, замечательна женщина и мудрая!
Теперь самое Оно.Вот Денис приехал на работу...
Неужели этот бык колхозный Карпов, не подумал своей единственной извилиной, что когда Шаурин начнёт
копать и узнает,что это он замешан в той ситуации с наказанием, то Деня его на ленточки порвёт?
Это что же за самоуверенность ,или совсем страх Карпов потерял? Ну да ладно, теперь то это его проблемы и врача.Ох же Деня и безбашенный!Попёр танком, разплющил и чуть не утрамбовал, хорошо хоть ребятки вовремя скрутили нашего бронеголового парня!
Теперь хочу историю болезни Карпова в мельчайших подробностях!
Мне это надо для души, ну я очень кровожадная!
Ппц Дениска,молодец ещё и юморит, ну характер ещё тот!
Как хочется вот такого сильнючего и любящего мужа ,чтоб за каждую слезинку, вот так вот
мстил...Понятно, что попёр рубать Карпова не за свои раны и боль, а за Юльку, за её страдания и её слёзы переживания.
Супер! Я в восторге! Ты умочка!
Ксюша огромное спасибо за продолжения и сорри, за такие разбросанные мысли, адриналинчик ещё бегает по венам, после прочтения!
Мими Каррера:
Ксюша, привет!
Вау, вот это глава!
Шикарно, мне очень понравилось!
Все-таки, Шаур настоящий зверь
Карп получил по заслугам. Да и что греха таить, Шаурин так бы и поступил, так что Карпов, думаю, знал об этом. Зачем только нарывался. Неужели и впрямь думал, что насолив сделает только лучше. А вот теперь мне кажется, Карпов перемкнет на другую сторону. И скорее всего, с ним мы еще увидимся.
Очень рада, что Юля поговорила с отцом. Молодец, что высказала все, что думает. Тем самым, она показывает, что с ней нужно считаться. Она все-таки не ребенок и вполне дает отчет своим действиям. Более того, она уверена в своих и Дениса чувствах. То есть, она себя не расточает попусту, а потому, не стоит ей мешать строить свою жизнь.
Ксюш, большое спасибо за главу!
grissoni:
Привет, всем!
Спасибо, Ксюш за главку!
Ну вот и оторвался, отвел душу Денька! Только что-то мне кажется что ему маловато этого будет(правда, страшновато, что ему всё-таки долго передохнуть не дадут..) Но! У него таакие друзья, что в обиду не дадут, поддержут, прикроют... Как говорится, на всю жизнь, друзья-то его! Да и Юлька взрослеет на глазах прям! - Палец в рот не клади! - Уже и папочку не настолько сильно боится!!! И слушать даже никого не желает...
Ох как хочется читать, читать и не останавливаться!!!
Свет:
На мой взгляд,у Ксюши и папа и Денис в этом отрывке как большие мальчики,а женщины очень мудры и обе взрослые.Наталья прям посол мира,а Юля смогла ее понять и постаралась себя усмирить.Да и папочка обнял,наверное,искренне обрадывавшись обещанному миру.Спасибо большое!
камуля:
Спасибо Ксюша за главу, Денис молодец сделал все как надо,обожаю нашу парочку и очень за них переживаю.
Очень жду продку, побольше тебе свободного времени,чтобы радовать нас,еще раз спасибо!!!!!!!
Епистинья:
Ксюша, привет!
Спасибо большое за продолжение))) Похоже, Денис отвел душу и Карп получил по заслугам.
Правильно, пусть полежит в больнице , подумает против кого попер.
Лишь бы Шауру это не аукнулось позже....
Наталья опять показала себя очень мудрой, все понимающей женой и матерью. Миротворец....
Как тонко она чувствует Юлю. Не мучила нравоучениями дочь, а подтолкнула в "нужное русло" и получила то, что хотела.
Юля уступила, пошла на примирение с отцом, как говориться -плохой мир лучше доброй ссоры.
Ксюша, спасибо порадовала
