Мы стали, как слепой с собакой-поводырём: я высунув язык бегала, показывая дом, “наши” места, совместные фотографии, а муж лишь усмехался и смотрел на меня взглядом, означавшим: “Может поднимемся наверх?”.
Но самое трудное было по вечерам, когда на землю опускались сумерки и голод, исходящий от моего тела, требовал удовлетворения.
Дошло до того, что я стала ужинать в одиночестве, особенно после того, как чуть не отдалась Повелителю на столе в малой гостиной (всё-таки он мой муж, хоть и подзабывший малость наши совместно прожитые столетия!).
Забаррикадировав дверь, приняв прохладный душ и свернувшись калачиком на кровати, я начинала сражаться с фантазиями, в которых муж пальчиком манил в нашу спальню хорошенькую служанку и медленно притягивал к себе, склоняя голову для поцелуя. А когда я бегом устремлялась к любовникам, то прямо перед моим носом дверь захлопывалась, и я могла только слышать доносившиеся из спальни вздохи и стоны, в то время, как колотила руками по резной, деревянной поверхности.
Отпустив всех женщин из замка в досрочный отпуск, придя в отчаянье, что у меня ничего не выходит, я решилась на крайние меры, прикрутив к ручке двери в спальню ток высоко напряжения и надеясь, что шоковая терапия докажет своё, какое-никакое, влияние по возвращению памяти.
С замиранием сердца я наблюдала, как ничего не подозревающий Повелитель приближается к входу в свои апартаменты. Вот он протягивает руку и…
Расплавленные пробки заменили через полчаса, а вот осколки моей любимой вазы, разбитой сорвавшейся с пояса мужа пряжкой, ремонту не подлежали.
Выхаживая круги по своей комнате, я перебирала в голове оставшиеся в моём арсенале средства.
– Голова не закружится?
– Нет, – бросила я, когда до меня дошло, что я в комнате не одна.
Я резко затормозила, теряя равновесие.
Выбирая между жёстким полом и диваном, я отдала предпочтение последнему и с силой рухнула на него. Пружины натужно заскрипели.
Оглядываясь в поисках собеседника я нахмурилась, пока не уловила едва заметное колебание воздуха рядом со мной, возле открытого окна.
Лицо ночного гостя показалось мне смутно знакомым.
– Ты?! – Воскликнула я, не зная радоваться мне или сердиться внезапному возвращению незнакомца, который принёс мне новости о муже.
– Я, – просто ответил он. – Как дела?
– Но почему ты… – я замолкла, ещё раз всматриваясь в лёгкий, полупрозрачный силуэт, – привидение?
Он усмехнулся.
– А это чтобы ты не могла причинить мне вреда.
– Как-будто мне это удалось в прошлый раз, – тихо проворчала я, стараясь не выпускать незнакомца из поля зрения. – С чем пожаловал на этот раз?
– Думаю, так будет лучше, – проигнорировал он мой вопрос и вдруг, всё освещение в комнате погасло, заливая помещение светом полной луны. – Намного лучше, – добавил он, пока я с открытым ртом смотрела по сторонам и чисто по человечески щелкала выключателем настольной лампы, – свет вернётся когда я уйду, так что не трать понапрасну силы.
От того, что он так по-хозяйски распоряжается в моём доме, я вспыхнула и сжала губы в тонкую линию.
– Может поблагодаришь меня?
– Зависит от того, за что.
– Например, за мужа…
– Спасибо.
– …за помощь…
– А именно?
– …которую я собираюсь тебе предложить…
– Ты можешь вернуть память моему мужу? – напрямик спросила я, подаваясь вперёд.
– Отчасти, – призрак проплыл к креслу напротив меня и сел.
– Это не ответ.
– Тогда задай вопрос иначе.
– Я не собираюсь играть с тобой в глупые игры слов. Да или нет? – процедила я.
– А в постели ты так же нетерпелива?
Я взорвалась. Напряжение последних дней, скопившееся во мне, с благодарностью решило излиться на этого, пусть и бесплотного, духа.
– Да пошёл ты…
– Я могу подсказать тебе, как вернуть и мужа и его воспоминания, – перебил меня призрак, произнеся единственную вещь, которая мигом отрезвила меня.
Я уж было открыла рот, дабы поинтересоваться как, однако тут же захлопнула варежку и прищурилась.
– Что ты потребуешь взамен?
– Неужели я произвожу настолько меркантильное впечатление? – обиделся призрак.
– В жизни ничего даром не бывает. Чего ты хочешь взамен?
– Если бы я сказал: “тебя”, ты бы согласилась?
– Возможно.
– Это не ответ.
– Но и не вопрос, – парировала я. – Какие у меня гарантии?
– Никаких.
– В-Е-Л-И-К-О-Л-Е-П-Н-О.
О, Боги, до чего же я докатилась!
– И в чём же заключается метода? – устало поинтересовалась я, откидываясь на мягкую спинку дивана.
– Всего-то ничего, – успокоил меня призрак. – Тебе нужно лишь выпить жидкость из этой бутылочки.
И он указал на ближайший ко мне столик.
Я с сомнением уставилась на небольшой флакончик, в котором мерцала тёмная жидкость.
И всё? Никаких эни-бэни-рама? Никаких пописанных кровью договоров или постели?
– Что в нём?
– Чистейший яд, – спокойно ответил призрак, словно предлагал мне отведать изысканного коньяка.
Как оказалось, я ещё могу с юмором воспринимать мир, спокойным голосом задавая следующий вопрос:
– И только то?
– Ага.
– И что мне это даст?
– Смерть любимой на глазах у возлюбленного? Это даст хорошего пинка любому. Даже богу.
– А если нет?
Меня стал веселить разговор о моей кончине.
Но призрак на провокацию не поддался.
– Разве я до этого обманул тебя?
– Нет, но ты обрисовал картину в общих чертах.
– Однако я оставил тебе подсказки.
Я прикрыла глаза.
Переспорить собеседника мне явно не удавалось.
А что если это поможет?
А если нет?
Не попробовав, не узнаешь.
Надпись на могильной плите: “Она не побоялась и отведала его” меня не прельщает!
А есть другие варианты?
Может и есть!
И хде они?
Внезапно на меня навалилась усталость, как после упавшей на голову большущей кадке с пальмой.
Я с трудом разлепила веки.
– Спасибо за то, что навестил, но я хотела бы побыть одной.
– Конечно, – понимающе усмехнулся призрак. – Тебе нужно отдохнуть. И подумать.
Прежде чем я смогла попрощаться, он оказался рядом и поцеловал.
Никогда прежде не занимаясь этим с привидениями, я с удивлением отметила, что всё столь же реально, как и с живыми, кроме того, что мои руки, предпринявшие попытку оттолкнуть мужчину, легко прошли сквозь него, доказывая, что плотность его тела избирательна.
– Скоро мы встретимся снова, – пообещал он, возвращая свет.
Ослепнув от ярких ламп, я заморгала, а когда способность видеть вернулась ко мне, его и след простыл.
– Вот кокашка чёртова! – выругалась я, надеясь, что он меня услышит.
Единственным доказательством его пребывания в моей комнате был флакончик с ядом.
Ну и припухлость на губах.
Я взяла в руки изящное стекло, всматриваясь в переливающуюся пурпурным цветом глубину.
Пить или не пить?
– Госпожа? – позвал меня топтавшийся у двери управитель.
– Да, – не глядя на него, машинально ответила я.
– Там… это… господин…
– Что случилось?! – я резко встала.
– Он… – не выдержав моего взгляда, управитель опустил голову и сбивающимся голосом произнёс: – По-моему он… собирается уехать.
Сунув флакон в карман, я быстрее пули вылетела из комнаты.