Ее имя - Чхунхян (современная проза, 18+)

Виктория В:

Нат, благодарю за внимание и душевный отзыв!


Да, капитан Хан не думал, что его сместят, поэтому не торопился похлопотать за девушку, рассчитывая на удобный случай. Новый же начальник полная ему противоположность.



Нат, уже то, что Енджу решила вступить в брак с мужчиной ничего толком о нем не зная говорит о том, что она умом не блещет. И еще она переоценивает свои женские чары.


Судя по тому, что эта теория универсального энергетического обмена до сих пор успешно работает, она является верной. Наверно, ее теоретик основатель КНДР Ким Ир Сен являлся немного колдуном - ему все удавалось.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за продолжение! За Чхунхян уже страшно. Что Ен-джу, что Кан-чжон абсолютно беспринципные. СтОят друг друга. И соглашусь с Нат. Ен-джу напрасно думает, что заставит распутника и карьериста стать примерным семьянином и есть с рук жены. А учитывая, что в интимном плане Ен-джу его ничем не удивила, кроме того, что далеко не "девочка", то боюсь, что он обратит внимание на Чхунхян, и тут Ен-джу точно против неё взбеленится... Мне так кажется. И не хотелось бы, чтоб первой любовью Чхунхян стал этот Кан-чжон. Не совсем по-теме: я всегда указываю корейские имена актёров и актрис или героев и героинь раздельно. Я тоже люблю дорамы, особенно корейские и китайские.

...

Ellen:

Вика, поздравляю с новой историей!

Тема трудная для изложения. Писать о событиях в чужой стране весьма сложно, тем более - современное время. Это все-таки взгляд со стороны.
Так например, у зарубежных авторов часто "русский" эквивалентно "бандит" или "громила", олицетворение жестокости, тупости и ... Когда такое представление в тексте встречаю, прощаюсь с автором...
В истории каждой страны были сложные и неоднозначные времена. У меня очень скромные познания о Северной Корее, но сейчас они наши союзники. Твоя история вызвала желание расширить кругозор в этом вопросе. Понятно, что художественное произведение - не учебник истории, но надеюсь в своем изложении ты опираешся на реальные факты.

...

Виктория В:

Милые Леди, спасибо за внимание к роману и сердечки!



Настя, благодарю за душевный отзыв!


Согласна, Чхунхян ничего хорошее не ждет. У Енджу много возможностей отыграться на Чхунхян, а у Канчжона власть в двенадцатом лагере почти ничем не ограничена.


Да, Ен Джу переоценивает себя, в то время как Канчжон гораздо умнее ее.


Да, события будут развиваться именно так.


Нет, не Канчжон. Чхунхян влюбится в первый раз в другого мужчину.


Скорее всего именно такое написание корейских имен правильное, ведь они объединяют два слова со своим смыслом. Но я уже начала использовать свой прием написания, поэтому пожалуй буду использовать его до конца.



Элен, спасибо за поздравление, рада приветствовать тебя в этой теме!


Это так! Я сосредотачиваюсь на том, что объединяет все народы - на человеческих качествах. Они выражаются по разному у разных этносах, но по сути одни и те же.

Правильно! Ничего по-настоящему познавательного такие предубежденные авторы сообщить не могут.

Что касается Северной Кореи, то достоверной информации о ней мало и часто неясно какие факты о ней к какому времени относятся. Однако из новых видео следует, что по Северной Корее вовсе не ползают умирающие от голода нищие в рубище. Страна успешно развивается. Я видела новые государственные теплицы, они произвели на меня большое впечатление, там технологии на уровне 22 века, аккуратность может поспорить с немецкой. Меня заинтересовало почему Северная Корея не отказалась от социализма после краха соцлагеря, и в этом романе я попытаюсь дать свой ответ на этот вопрос.

...

Виктория В:

 » Глава 9

Канчжон не колеблясь изменил порядок лагерной жизни и заключенные двенадцатого лагеря «Кваллисо» тут же ощутили ухудшение условий своего существования. Теперь они каждый день напряженно трудились на производстве, день перерыва от него новый начальник лагеря убрал.
В апреле Чхунхян вместе со своими сокамерниками вставала на полчаса раньше ради обязательной уборки своей территории и от дополнительной нагрузки им было труднее делать свою привычную работу. А требования их надзирателей ужесточились до крайности. Если при капитане Хан Иль-Соне самой суровой карой за нарушение дисциплины или другую провинность было заточение в холодном карцере, то теперь к заключенным, которые не могли выполнить свою норму за смену, применялись телесные наказания. Ухудшилось питание. Бульон подавался в столовой менее насыщенным, в рационе стали использоваться порченные крупы и овощи. Старушка, подарившая Чхунхян свой синий шарф, защищающий от крыс, умерла в конце весны, не выдержав новых условий содержания заключенных и девушке окончательно стало тяжело на душе. Пожилая женщина никому не сделавшая зла и принявшая наказание за проступки членов своей семьи, так и не дождалась ни освобождения, ни облегчения своей участи.
Чхунхян лежала, вытянувшись, на своей постели после утомительной смены и желала одного – полного покоя. Прошлое и будущее словно пропали в унылой череде однообразных лагерных дней, наполненных изнурительным трудом, страхом и безнадежностью. Атмосфера в бараке и раньше невеселая, с приходом нового начальника лагеря стала подавлять как невыносимый гнет. Вечерние беседы совсем прекратились: люди если переговаривались, то только по делу, стараясь сберечь остатки своих сил.
Вдруг тишину прервал громкий стук захлопнутой двери и Чхунхян невольно повернула голову в сторону шума.
В восьмой барак вошел капитан Кан, держащий в руках резиновую дубинку и заключенные поспешно встали на ноги, даже не скрывая своего страха перед ним. Канчжон был невысоким, несколько худощавым мужчиной, однако казалось он заполнил собой все свободное пространство барака и у многих заключенных возникло ощущение, будто им не хватает воздуха. Даже при свете слабой лампочки, горевшей под потолком, были хорошо видны широкие крепко сжатые будто бульдожьи челюсти начальника двенадцатого лагеря и неумолимое выражение его лица. Властная манера держать себя делала его выше, чем он был на самом деле.
- Заключенный тысяча первый, подойди ко мне! – негромко приказал он.
Тщедушный паренек, недавно начавший работать в подземной шахте с обреченностью во взгляде выполнил приказ.
- Скотина, ты думаешь, что лагерь «Квалиссо» - это богадельня?! Тебя государство даром должно содержать?! – жестко спросил его Канчжон, и обрушил на него ряд ударов дубинкой. – Сегодня уже третий день, как ты существенно не дотягиваешь до требуемой нормы.
Юноша упал, затем он попытался закрыть лицо от сыпавших на него ударов и стал истошно умолять:
- Товарищ капитан, я исправлюсь! Не бейте меня!
Однако Канчжон не останавливался, безжалостно проводя публичную экзекуцию также в назидание другим, и повторял:
- Ты – вредитель, играешь на руку врагам-империалистам, не желающим усиления нашей страны. За измену Родине тебе нужно дополнительно всыпать как следует.
Чхунхян в шоке от происходящего сначала потеряла дар речи. Затем ей представилось, что новый начальник двенадцатого лагеря забьет молодого человека насмерть если никто не вмешается, и она дрожащим от волнения голосом проговорила, понимая, что следующие удары дубинки могут обрушиться также на нее:
- Товарищ начальник, этот юноша недавно переболел жестокой простудой. Он получает недостаточное количество пищи и не может в полной мере восстановить свои силы. Именно слабость мешает ему трудиться как следует.
Канчжон, изумленный тем, что кто-то посмел встать между ним и его жертвой вскинул глаза и удивился еще больше при виде хрупкой девушки. С минуту он молчал, от неожиданности, не зная, как поступить. До этого дня они чинил расправу только над мужчинами, карать женщин ему было непривычно. Авторитет при этом требовал от него, чтобы он поставил утратившую страх заключенную на место.
- Кто-то вздумал меня учить как мне исполнять обязанности начальника тюремного лагеря? – насмешливо произнес он.
- Если вы хотите, чтобы заключенный номер тысяча один выполнял свою норму, то для начала нужно дать ему возможность полностью выздороветь, - не дрогнув, ответила ему Чхунхян. – В данном случае именно состояние здоровья заключенного, а не измена Родине является причиной его отставания в выработке угля.
- То есть требуются еще дополнительные послабления для обленившихся саботажников! – криво усмехнулся Канчжон. – Да двенадцатый лагерь - это вообще какой-то санаторий! Диетическая еда по расписанию, медпункт, постели, чистый горный воздух! Капитан Хан избаловал вас. В последнем лагере, где я работал, заключенные спали на голых нарах, их кормили раз в сутки пустой баландой, чему они были очень рады. Для большего пропитания им приходилось употреблять в пищу пойманных мышей и крыс. Норма угля для них была больше, чем здесь, но они прекрасно с ней справлялись. Если желаешь удостовериться в правдивости моих слов, могу организовать тебе перевод туда.
Девушка побледнела и под тяжелым взглядом своего собеседника опустила голову, стойкость духа начала покидать ее.
- Да, да, тебе лучше помолчать, - подтвердил Канчжон, и скользнул взглядом по нашивке с цифрами тюремной робы Чхунхян. – На будущее учтите, номер девятьсот три, что любое слово, сказанное наперекор лагерному начальству или противодействие ему, расценивается как преступление. Этого я не спущу и уделаю как Бог черепаху! А ты, молодчик, - снова обратился он к избитому пареньку: – Здоровый или больной, но завтра выдашь сполна всю норму угля, иначе пожалеешь, что родился на белый свет.
Высказав последнюю угрозу Канчжон вышел из барака.
Некоторое время царила тишина, затем старший шахтер подошел к Чхунхян и начал ее ругать.
- Ты, что, бессмертная, неуязвимая?! – кричал он. – Совсем страх потеряла от глупости? Ничего твои слова не изменили, только разозлили начальника. Теперь он будет иметь зуб на тебя, и на весь наш барак. Худо нам теперь придется!
Все сокамерники с немым укором посмотрели на Чхунхян, даже паренек, за которого она заступилась. Девушка виновато снова опустила голову и когда легла снова на постель, то закуталась с головой в одеяло, чтобы никого не видеть.
«Мне осталось всего одиннадцать месяцев пробыть здесь, - прошептала как заклинание самой себе в утешение Чхунхян. – Всего одиннадцать месяцев нужно вытерпеть лагерь, а потом я забуду этот кошмар навсегда!».

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за продолжение! Кратко по-главе: "Не делай добра - не получишь зла". Это о Чхунхян и её добросердечности. Её саму никто жалеть не будет.

...

Виктория В:

Настя, приветствую! Благодарю за обратную связь!


Да, в большинстве случаев эта поговорка оказывается верной. Но не в характере Чхунхян стоять в стороне, будто ничего не происходит, и даже не попытаться помочь невинной жертве.


И это верно!

...

AriSta:

Вика, приветствую!
Начались нелёгкие будни для нашей Чхунхян. Её же доброта и милосердие аукнется ей ещё. И Канчжон и Енджу оторвутся на девушке по полной программе.
Действительно, сможет ли она выдержать физически (и психологически) все те одиннадцать месяцев в лагере под надзором таких лютых зверей?
Благодарю за продолжение!

...

натаниэлла:

Добрый вечер!
Да уж, тяжелые порядки не сломили Чхунхян. Все думает, она такой же человек, как до лагеря. А она для надзирателей и здешних начальников никто, даже имени нет - просто номер.
Теперь жди неприятностей.
Хотя порыв ее понятен, конечно. Но головой тоже надо думать. И парня не спасла, и себе врагов нажила

Спасибо, Вика!

...

Виктория В:

Милые Леди, приветствую! Спасибо за внимание к роману и сердечки!



Оля, верно! Сейчас для Чхунхян начался самый тяжелый период жизни в лагере "Кваллисо".


Столкновения им не избежать, это точно.


Пытки Чхунхян не слишком пугают, однако всему есть предел.



Оля,рада,что понравилось!


Нат, это несгибаемая девушка, которую трудно сломить.



Нат, Чхунхян больше чувствами живет, чем умом, хотя и не глупая.


Но хоть попыталась спасти. Спасибо за душевный отзыв!

...

Виктория В:

 » Глава 10

Опасения соседей по камере Чхунхян, что новый начальник лагеря обрушит на них карательные меры из-за выступления девушки, не оправдались, и постепенно напряжение в бараке начало спадать. Спустя несколько дней столкновение с Канчжоном почти изгладилось в памяти Чхунхян и она больше думала о том, что ужин заключенным дали почти несъедобный из-за подгнившего картофеля. Заключенные постарались съесть наиболее пригодные для пищи кусочки и, не насытившись как следует вернулись в свои бараки. Чтобы заглушить голод Чхунхян дополнительно выпила воды из общей жестяной кружки и хотела, как можно раньше лечь спать, отвлекаясь хотя бы сном от желания чего-нибудь съесть. Однако перед самым отбоем в барак зашел дежурный охранник и повелительно сказал:
- Номер девятьсот три к начальнику лагеря!
Чхунхян снова поспешно надела тюремную робу, повязала на голову косынку, и охранник повел ее в главное управление двенадцатого лагеря.
По дороге девушка мучительно гадала зачем капитан Кан велел вызвать ее. С выполнением нормы она всегда справлялась, никаких правонарушений за ней не числилось и единственное, что могло вызвать желание нового начальника лагеря в неурочное время встретиться с ней – это стремление продолжить разговор, который она затеяла несколько дней назад. Внутренне подобравшись на пороге здания, Чхунхян приготовилась к новому испытанию. Она напомнила самой себе, что не совершила никакого серьезного правонарушения и, стараясь соблюдать внешнее спокойствие вошла в кабинет лагерного начальника.
Канчжон сидел за столом в своем кабинете, изучал содержимое папки при свете настольной лампы.
- Товарищ капитан, заключенная доставлена! – вытянувшись в струнку, отрапортовал охранник.
- Можешь идти, - махнул рукой его командир, быстро потушив горящую сигарету в пепельнице.
- Слушаюсь! – охранник вышел, и Чхунхян осталась наедине с властным мужчиной, чей авторитет она недавно публично поставила под сомнение.
Канчжон обратил взгляд на молча стоявшую перед ним девушку, и без всякой агрессии произнес:
- Я изучил ваше личное дело, Хван Чхун Хян. Похоже, вы попали за решетку, выгораживая свою мать.
Чхунхян замерла от неожиданности. Она не ожидала услышать свое имя, от которого немного отвыкла и несколько растерялась. Но ей не хотелось обсуждать свою мать с этим душегубом, и она без всякого выражения сказала:
- Фальшивые документы передала своему брату именно я, так что все правильно – мне следует отбыть тюремный срок в колонии.
- Но это Хван Сунхва имела контакты с японцами, а не вы, - настаивал на своем ее собеседник, ничуть не поверив ей. – Решение сесть за чужое преступление являлось не самым лучшим. В конце концов, ваша мать могла рассчитывать на снисхождение в силу своего почтенного возраста.
- В «Кваллисо» возраст не учитывается, - не сдержавшись, выпалила Чхунхян.
Довольный тем, что ему удалось вывести девушку из душевного равновесия Канчжон притворно сочувственным голосом проговорил:
- Все равно, несправедливо отбывать срок за другого человека, даже за родную мать, Чхунхян. Свои лучшие годы вы проводите в тюрьме, это весьма прискорбно и огорчает меня. Вы такая бледная, исхудавшая. Поужинайте со мной, лагерный повар сегодня приготовил очень вкусный рис с свининой!
Канчжон взял с тумбочки две тарелки, поставил их на письменный стол и снял крышки. От них исходил соблазнительный аромат.
- Благодарю вас, я уже ужинала, - сказала Чхунхян, с трудом отводя взгляд от еды.
- Ешьте, ешьте, - поощрительно сказал Канчжон, с удовольствием глядя на красивую девушку с тонкими одухотворенными чертами лица. – Мне сказали, что ужин у заключенных сегодня получился некачественным, так что вам нужно обязательно подкрепиться.
Он почти силой усадил девушку за стол. Подчиняясь его давлению Чхунхян начала есть, но под чужим пристальным взглядом кусок застревал у нее в горле. Она бы предпочла, чтобы начальник лагеря кричал и угрожал ей, чем пользоваться его неожиданной добротой. Этой доброты она опасалась больше, чем откровенной угрозы.
Канчжон тем временем достал из-под стола бутылку соджу, две стопки и налил в них водки.
- Выпейте для аппетита, Чхунхян, - предложил он ей.
- Капитан Кан, вы находитесь на рабочем месте! – напомнила Чхунхян, шокированная поведением начальника лагеря, вздумавшего не только употреблять горячительный напиток, но еще спаивать заключенную.
Тот улыбнулся ее наивности и легко произнес:
- Нужно время от времени расслабляться, вредно все время ходить в напряжении. Почему вы так неохотно кушаете? Блюдо не нравится?
- Я отвыкла от вкусной еды, - тихо проговорила девушка, уже мечтая об одном – чтобы что-нибудь помешало капитану Кану и дальше беседовать с нею.
- Это поправимо. Пейте и аппетит появится, - настойчиво проговорил ее собеседник.
Не решаясь и дальше противоречить начальнику лагеря Чхунхян маленькими глоточками выпила водку и приятное тепло разлилось по всему ее телу. Канчжон указательным пальцем бережно дотронулся до шрама на шее обмякшей девушки и участливо спросил:
- Крыса покусала?
- Да, - ровным голосом ответила Чхунхян.
- Больше не будет никаких крыс! – пообещал Канчжон. – Я понимаю все ваши чувства, Чхунхян, в нашей судьбе есть много общего. Мне тоже в свое время пришлось немало пострадать из-за члена моей семьи. Отец – директор химического завода - вздумал спорить с влиятельным партийным функционером, утверждая, что дальнейшее расширение вредного производства может привести к экологической катастрофе и в итоге загремел на двадцать лет лагерей как идейно враждебный элемент. Мне тогда было шесть лет. Мать не пережила этого удара судьбы, меня два года растила бабушка с материнской стороны, а после ее смерти я попал в детский дом. Там меня всегда травили как сына врага народа и воспитатели, и воспитанники, я буквально выживал в приюте, в котором часто не было еды – это был конец голодных девяностых годов. И выжил только благодаря самому себе, промышляя ловлей крыс и птиц. Мечтал, как о манне небесной поскорее попасть в армию, ведь там худо-бедно кормили. Попав в армию, я решил пробиться наверх любыми способами и стать не только уважаемым, но и влиятельным членом общества. Также поклялся самому себе больше никогда не голодать и не испытывать унижений из-за осужденного отца. Я исполнял любой приказ своих командиров, не думая и не возражая, и в конце стал для них незаменимым исполнителем; обзавелся множеством нужных связей. С этого старта началась моя карьера и вот я стал начальником одного из лагерей «Кваллисо».
- А что случилось с вашим отцом после осуждения? – невольно поинтересовалась Чхунхян, которую взволновала история честного заводского директора.
- Сдох в одном из лагерей «Кваллисо», не дождавшись освобождения, - равнодушно ответил Канчжон и выпил еще одну стопку водки.
- Какая страшная судьба! – содрогнулась девушка.
-А мне ничуть не жаль этого дурака, поделом ему, - отрезал капитан. На своего родителя он испытывал большую обиду, чем на государство. Если бы не отцовский промах, он, Канчжон, не пережил бы столько бед в своей жизни. – По своей глупости он погубил себя и свою семью! Чхунхян – жизнь суровая штука, нужно к ней приспосабливаться и выживать. Я прекрасно вижу, что ты хорошая, порядочная девушка, попавшая в сложную жизненную ситуацию и готов тебя поддержать, быть к тебе снисходительным, помочь тебе пережить время пребывания в этом лагере. Более того, если ты станешь моей бабой, твоя жизнь кардинально улучшится. Я переведу тебя техничкой в медпункт, будешь носить нормальную одежду, получать усиленное питание, мыться каждый день в душе. Можешь также рассчитывать на мои подарки, тебе достаточно только сказать, чего ты хочешь. Об утомительной работе в швейном цеху можешь забыть.
Чем больше Чхунхян слушала задушевную речь Канчжона, тем больше сжималось ее сердце и даже алкогольное опьянение не могло перебить ее тревогу. Интуиция не обманывала ее, с самого начала предупреждая не верить внешней доброте нового начальника двенадцатого лагеря. Девушка ощутила себя в ловушке. Он искусно совращал ее, но его предложение купить личный комфорт ценой интима было совершенно неприемлемым для нее.
- Нет! – сказала она ему.
- Что – нет? – не понял ее Канчжон, считающий, что он сделал девушке предложение, от которого не откажется ни одна заключенная двенадцатого лагеря.
- Капитан Кан, я никогда не намеревалась уклоняться от работы для облегчения своей жизни, - откровенно сказала ему Чхунхян. – Она нужна мне, свою вину перед нашей страной я искуплю в полном объеме усердным трудом. Таково мое искреннее желание и я отказываюсь от предложенных вами условий.
На лице Канчжона выступило замешательство, которое скоро сменилось откровенной злобой.
- Если усердный труд твое искреннее желание, то я добавлю тебе работы, кретинка, - сквозь зубы произнес он. – С завтрашнего дня твоя норма – двенадцать рубашек в смену, и попробуй только не выполнить ее. Посмотрю насколько тебя хватит. Охранник, увести заключенную!!!
Конвоир зашел на крик начальника лагеря, грубо подтолкнул девушку к двери, и Чхунхян поспешила выйти в коридор, все еще не веря тому, что так легко отделалась от мерзавца, носившего форму лагерного капитана.

...

Анастасия Благинина:

Вита, спасибо за новую интересную главу! Единственное, что порадовало в главе: Чхунхян совсем не наивна, и распознала коварный план Кан-чжона, который хотел её соблазнить и мог даже изнасиловать, если бы не помешали. Жаль её. Она теперь и в лице начальства лагеря злейшего врага нажила, да и Ен-джу когда узнает об этой пирушке, окрысится на девушку прежде всего, а не на своего любовника.

...

Виктория В:

Настя, привет!


Да, Чхунхян понимает мотивы Кан-чжона. Однако ей это не слишком поможет в противостоянии ему.


Главная опасность для девушки исходит от Кан-чжона. Ен-джу не имеет значительного влияния на него и ей приходится быть осторожной в своих действиях, подстраиваться под любовника.

Спасибо за душевный отзыв!

...

AriSta:

Вика, привет!
Благодарствую за новую главу!
Канчжон сделал предложение от которого невозможно отказаться, но Чхунхян сразу раскусила этого совратителя. Теперь будет каждый день стоять над душой во время работы.
Немного странно, что Канчжон решил разоткровенничаться о своей семье. Понимаю, что надо ослабить внимание Чхунхян, втереться к ней в доверие, рассказав историю своей жизни, да к тому же и грустную. Но обычно мужики не сильно любят откровенничать. Тем более начальники тюремных лагерей.


Мужчина, остыньте! У вас и так в каждом лагере по личному гарему имеется. Короли Чосона обзавидовались вам.


То ли лыжи не едут, то ли я дундук.
Как велось дело в суде, если Канчжон сразу выявил что есть и к чему?

...

Виктория В:

Оля, добрый вечер!
Спасибо за обратную связь!


Да, из своего поля зрения Канчжон Чхунхян уже не упустит!


Ему еще душевной близости захотелось. И волк-одиночка ищет себе подругу.


До перевода в двенадцатый лагерь Канчжон довольствовался супругой. Жена его вполне устраивала.


Он наблюдательный. Сделал свои выводы из первой встречи, когда Чхунхян заступилась за паренька, прочитал кто по профессии Сунхва, умножил два на два и получил четыре. А следователям и судьям главное соблюсти формальности. Чхунхян оказалась для них удобной обвиняемой. Как-то так получается.

...