Гипнотизер. Реальность невозможного (ОЛР)

Самой выразительной специализацией, по крайней мере у некоторых народов, является специализация "белых" и "черных" шаманов, хоть и не всегда легко определить различие между ними. Чаплицкая упоминает у якутов айы оюна, которые приносят жертвы богам, и абасы оюна, которые поддерживают отношения со "злыми духами". Но, как замечает Харва, айы оюна не обязательно является шаманом: это вполне может быть и хороший жрец, выполняющий жертвоприношения. Согласно Припузову, один и тот же якутский шаман может призывать как высших (небесных) духов, так и духов из низших регионов. У туруханских тунгусов класс шаманов однороден; жертвы небесному богу может приносить каждый жрец, но не шаман, и эти обряды всегда проводятся в дневное время, тогда как шаманские обряды происходят ночью.

Явное различие есть у бурятов, которые говорят о "белых шаманах" (сагани бо) и "черных шаманах" (хараин бо): одни имеют связи с богами, а другие - с духами. Их наряды различаются: белый у первых, синий у вторых. Сама мифология бурятов представляет четко выраженный дуализм: неисчислимый класс полубогов подразделяется еще на классы черных ханов и белых ханов, непримиримо враждующие между собой. Черным ханам служат "черные шаманы", которых не любят, хотя они и полезны людям, поскольку лишь они могут служить посредниками между людьми и черными ханами. Однако так было не всегда: согласно мифам, первый шаман был "белым", "черный" появился позже. Как мы помним , именно небесный бог выслал Орла, чтобы дать шаманские дары первому человеку, встреченному на земле. Это разделение шаманов может также быть явлением вторичным, то есть весьма поздним и обусловленным либо иранскими влияниями, либо отрицательной оценкой хтонических и "адских" иерофаний, которые со временем стали знаком "демонических" сил.

Не будем забывать, что очень многие божества и силы Земли и Ада не обязательно являются "злыми" или "демоническими". Обычно они представляют автохтонные и даже местные иерофании, лишенные своего ранга вследствие модификации внутри пантеона. Иногда деление богов на божества небесные и хтонически-адские является всего лишь удобной классификацией, не подразумевающей для последних никакого отрицательного смысла. У бурятов проявляется довольно четкая оппозиция между ханами белыми и ханами черными.

***
Известно, что шамана выбирают духи. Но все-таки становились шаманами в основном те, в чьем роду были сильные шаманы или шаманки то есть люди, имеющие шаманский корень. Шаманские корни делились на «белые» и «черные». Центральной и Южной Сибири – бурят, якутов, тувинцев, алтайцев и хакасов – в конце XIX –XX в. было известно белое шаманство. От обычных шаманов, называемых черными, белые отличались рядом особенностей и генетически с шаманством не были связаны. Происхождение белого шаманства до сих пор точно не установлено. Бурятский исследователь Д.С. Дугаров полагает, что оно восходит к древнему общеиндоевропейскому культу племенного верховного бога-громовержца, который получил более развитые формы, например, у индо-ариев и славян (Дугаров Д.С. Исторические корни белого шаманства). То есть белые шаманы по своим функциям были гораздо ближе к жрецам чем, собственно, к шаманам, основной функцией которых было целительство и предсказания. Белые шаманы в совершенстве знали обычаи своего народа, легенды и молитвы многочисленным божествам, были организаторами и распорядителями на крупных родовых и племенных обрядах. Формально считалось, что шаманы «белого» происхождения служат светлым добрым божествам, а шаманы «черного» корня – черным, злым. Фактически в XIX – начале XX в. эта градация не имела особого значения. Например, у бурят было немало шаманов, обладающих теми и другими корнями. Таких шаманов называли хоер тээшээ ябадалтай, т.е. они могли служить как добрым, так и злым духам.

Автор: Василий Телицын по заказу сообщества Шаманы и шаманизм

это мне моя бабушка рассказывала, передавала опыт, так сказать, и внушала, чтобы с покойниками я никаких дел не имела. Нельзя их звать, оплакивать, просить что-то, потому что после смерти их следует отпустить.
у бабушки было трое детей, и средний - мальчик -погиб в армии в 18 лет. Тогда была Венгрия, беспорядки, их почти сразу отправили за границу. Там он и похоронен (в тот месяц три похоронки в их поселок пришло, все, кого призвали).
Тела, естественно, нет, по почте отправили посылку с личными вещами и фотографиями. Бабушка не верила, что сын умер. По ночам звала его, требовала, чтобы вернулся... немного тронулась на этой почве, ждала его. И вот однажды ночью он к ней пришел.
было уже темно, они с дедушкой спать легли. Стук в окно (они тогда в собственном доме жили еще). Дедушка подходит, а там стоит их Виктор. Дедушка был атеистом до мозга костей, но в тот миг перепугался и стал креститься. Бабушка удивилась, что муж крестится, тоже к окну подошла. Дедушка ей кричит: " Не открывай!".
И тогда этот призрак стал стучать в стену дома. По их воспоминаниям, бревна под кулаком выгибались, а бревна все-таки толстые, не прутики. С полок вся посуда слетела. Грохот стоял жуткий.
призрак ушел, только когда бабушка его прогнала. С того вечера она поняла, что сын и правда мертв. Но она говорила мне, что приходил не он, а "черт в его обличии".