Падение Рыжего Орка (Современный ЛР 18+)

В чем для меня заключается Тихон – Упырь, не в наглости и беспардонности, а настойчивости и напористости. Тихон остался таким, как был, шелуха только слетела, «наносное» ушло. Оцените, как тональность поменялась:


Тихон дал Варе «иллюзию» выбора. Не думаю, что он так просто сдался бы, если Варя сказала, мол, не люблю и пока. Но Тихон допускал такую возможность, это тоже добавляло волнение, напряженность.


Вместе с Варей чувствовала вязкий туман в голове. Такое ощущение, что Варя смотрит на себя со стороны. И понимает, что несмотря на все уговоры самой себя, в глубине души она по-прежнему любит, ничего изменить не может. Если сравнить, как «обманывалась» Варя в самом начале. Она просто старалась не думать, мол, живу сегодняшним днём, и вообще, подумаю обо всём завтра. А в душе ярким цветком горела надежда: а вдруг? То сейчас Варя осознанно давила в себе все чувства, старалась забыть Тихона, строить планы на жизнь без него. А тут:

В этот момент видно, как Тихона отчаяние, самобичевание накрыло. Как будто смотрится в зеркало. И то, что он там видит, ох, как ему не нравится.

Ну могло же быть такое, когда они машинами поменялись. И Тихон, такой "лукавый". Ничего Матиз не сломался. Просто Тиша захотел увидеть свою любимую, не переживать за неё.

Откуда кто взялся (кстати, первая найденная арка)?
- И откуда ты только взялась на мою голову… - вздохнул Тин и медленно двинулся к выходу из спальни. (9 глава).
- И откуда ты только взялся на мою голову? – едва слышно, со всхлипом, выдохнула она. – За какие грехи ты мне достался? (15 глава).
Сон
Зато Варя Самойлова, как в детстве, заснула под маминой рукой, гладящей по голове – заснула быстро и крепко. (12 глава).
И засыпал Тихон теперь либо под стрекот швейной машинки, либо под тихое пение матери, работающей иголкой. Бессонница отступила. (13 глава).
Зачем села в машину?
Зачем она села к нему в машину? Почему не отшила? (11 глава).
В свете того, что он о ней узнал и понял – как она это все позволила ему? Почему? Зачем села в машину? (14 глава).
Зеркало
Чем Варя думала, когда устанавливала в комнате шкаф с зеркальной дверцей – непонятно. Но пройти мимо него теперь никогда не могла. Вот и сейчас, сбросила полотенце, протянула руку, чтобы открыть шкаф, достать свежее белье. И замерла. Разглядывая себя голую. Что с ней не так? (6 глава).
Он скосил взгляд. В зеркальной дверце шкафа отражалась Варя. Без одежды. Только белье. Красивое. (17-я глава).
Самые важные вещи
Но Тин уже начал понемногу приходить к мысли, что самые важные вещи не покупаются за деньги. Ни за какие. (13-я глава).
Любовь нельзя заслужить, заработать, получить за заслуги, выпросить. То, что получаешь в обмен на что-то, неважно на что: на деньги, вещи, поступки – это товар. То, что получаешь просто так – это дар. Любовь – дар. Как и другие, самые главные вещи в этом мире она дается в дар. Как жизнь, которую нам дарят родители. Просто так. Ни за что. Просто потому что так устроен мир. (17-я глава).
Мишки (специально для Вас)
Но свою квартиру Варя любила – потому что именно своя. И потому что все там сделано и устроено так, как хочется и удобно ей. И пусть старший брат сколько угодно прикалывается над Вариной коллекцией мягких игрушек, а вот начнут племянницу в гости привозить – будет чем поиграть девочке! (6 глава).
Наверное, соседская девчушка, десятилетняя Катерина, на запах пожаловала. И медведей Вариных потискать. (6 глава).
За дверью оказалась не Катя. И даже не Колька. Тихон Тихий – собственной персоной. (6 глава).
Тин купил диван: огромный траходром – иначе не скажешь. Который загородил половину комнаты. И все равно спал Тихон на нем по диагонали, оставляя Варе места с гулькин нос. На все претензии отвечал: «Пинай меня и буди». Да ноги отобьешь его пинать. (17 глава).
Кайл убрал с кровати ненужного теперь плюшевого медведя, лег на его место. ("Игра стоит свеч", ЭпиММЭпилог).
Подушки вкруговую
- Там подушек безопасности, конечно, до фига вкруговую, и пассивная безопасность тоже фактор, но на дороге столько идиотов! (17 глава).
Он все подстраховал вкруговую. (Послеэпилог).
Табурет
Варя присела на табурет, поставила локти на стол, рядом с белой фаянсовой миской, полной вишневой сладкой массы. И тут завод в игрушке кончился. А Варя – заплакала. (6 глава).
Варя поднялась с табурета. (6 глава).
- Вишня! Горячшшшо. Вкушно! - и, дожевав, проглотил. Тут же налил кипятка в кружку – не вставая с табуретки. (6 глава).
В два шага вернулся на место, плюхнулся на табурет с Варей на коленях. (6 глава).
- Варька, ну что ж у тебя такая мебель хлипкая? Чуть табуретка под нами не развалилась! (6 глава).
А Марфа, утомившись этими взрослыми разговорами, сбежала в детскую. Не в свою – к братьям. Но по дороге зашла к себе в комнату и взяла свой любимый сиреневый стульчик. (Послеэпилог).
Марфа забралась на стульчик с ногами, чтобы лучше видеть. (Послеэпилог).
Окно
После этого внезапно проснувшееся душевное благородство куда-то делось, а Варя резко отвернулась к окну...Варя едва слышно вздохнула. За окном стояла соответствующая настроению хмарь. (6 глава).
Варвара резко отвернулась к окну. И глядя невидящим взглядом в тонированное стекло выдохнула - устало и обреченно.
- Гад. Какой же ты гад, Тихий… (15 глава).
Это не все!
Дописано.
Часовой механизм − взрыв (жизнь − смерть; тоже цикл, круг)
Но песочные часы уже перевернулись. Начался обратный отсчет. Счет крупинкам песка, которые одна за одной неумолимо сыпались вниз. Обратный отсчет начался для всех троих. Но для того, кто лежал на снегу, он начался иначе. Любая из этих песчинок-секунд могла стать последней. (10 глава). В этом контексте есть переклички про "золотой час" из книг о Литвинских.
Ребенок… Ребенок… Ей показалось, что-то затикало внутри. Словно запустился часовой механизм. (17 глава).
Ей казалось, что она сейчас задохнется. Или лопнет. (17 глава).
- Слушай… Я позвоню Нинке, ладно? Сейчас лопну от… не знаю от чего, но лопну, если ей не позвоню! Сразу и свой ребенок, и племянник… Точно лопну! (17 глава).
Порядочный человек
– Потому что после всего, что тут вытворял, ты, как порядочный человек, должен на Варваре Глебовне жениться!
- Давай, Тихий, иди сюда. Жениться будем, - Варвара приглашающе махнула рукой.
- Не, я жениться не могу, - он привычно устроился на кушетке. – Во-первых, я непорядочный. (2 глава).
- А вот я тебе верю, Варенька. Ты человек порядочный и честный. (15 глава).
Полет
И в несколько уверенных движений отпустил ее. На волю. В полет. (17 глава).
- Я залетела от тебя в самую первую ночь! (17 глава).
Розочка (арка; мотив шире)
- Чем это его? – Варвара спросила у второго, обернувшись от раковины.
- «Розочкой», - охотно ответил тот. (1 глава).
Ваза с букетом белых роз пристроена на столе. (8 глава).
Букет рассыпался в мелкие брызги. Лишь одна роза чудом уцелела. (8 глава).
Варя осторожно протягивает руку. И достает с полки белую стеклянную розу с отколотым лепестком. Долго смотрит на цветок, сотворенный руками Егора Берковича. (9 глава).
У дверей квартиры ее ждет букет из двадцати восьми белых роз – по числу ее лет. Безымянный букет белых роз (14 глава).
У меня в плече стекло торчит!
- Что?! Откуда?
- Бокал тут какой-то разбился… ("Белые врата"; 24 глава).
Дарья, извините! Спасибо.

Дописано.
Платье, костюм, руки
Ремарка: на старорусской свадьбе невеста была в красном платье, жених − во всем белом, они все время держались за руки.
Невеста
И Варвара вытащила из плательного шкафа плечики в чехле. Это платье она надевала единственный раз. (5 глава).
Аккуратный круглый животик плотно облегало платье. Красивое, кто б спорил. Но не для невесты же – да притом беременной невесты – темно-вишневого цвета эластичное кружево на непрозрачном белом чехле! (17 глава).
Жених
Весьма впечатляющие габариты мужчины облачал костюм. Варя не смогла вспомнить – тот ли это, в котором он был вчера, или другой. Но ощущение было такое, что в этом костюме гражданин Тихий спал. Что обидно, костюм явно дорогой: видно было и по покрою, и по тонкой ткани – только стопроцентно натуральные ткани могут так беспардонно измяться. Похоже, Тихий относился к категории мужчин, вовсе не умеющих носить костюм. ( 2 глава).
...она ответно оглядела его: распахнутое темное консервативное пальто, под которым виднелась белая рубашка и галстук. (5 глава).
На нем костюм отвратительного цвета: примерно такого же, как и любимый им кофе с молоком. И жуткий галстук – аляпистая полосатая расцветка родом из шестидесятых прошлого века, наверное. (5 глава).
Но жених-то… Господи, каков был жених.
Под два метра, наверное. Никакого тебе костюма приличного – ни пиджака, ни галстука, ни бутоньерки. Брюки черные классические – и на том спасибо. Рубаха белая – но навыпуск, и на две пуговицы верхних не застегнута. Подумайте только! Не мог в штаны заправить и застегнуть, как положено! (17 глава).
Руки
Но он держит ее за руку, и она не отнимает руки, а это главное. (15 глава).
Пятница, вечер
Пятница, вечер. В травмпункте бенефис. (1 глава).
Да, в пятницу вечером аншлаг бывает не только в травмпункте. (5 глава).
Чтобы на руках носил (мотив; отличается от арки многократным повторением)
А если попадется лужа… или иное дорожное препятствие – пусть Тихон Аристархович берет на руки и переносит!
Варя так и замерла – нагнувшись, чтобы поправить запятник на туфельке. Потому что поймала себя на двух мыслях. Первая – что Тихон по одному только намеку поднимет ее на руки. Не задумается ни секунды - только повод ему дай для того, чтобы руки в дело пустить. И вторая – ей этого хочется. Чтобы подхватил на руки. Чтобы прижал к себе. Чтобы самой прижаться щекой к груди. (5 глава).
Подумаешь, на руках тащит... Ну, подумаешь, несут ее на руках.
- Ну, пошли вперед. Или тебя снова на руках нести?
- Внесу тебя на руках через кремлевские ворота, как положено.
- Уже приехали?
- Точно так, - улыбнулся Тин. – Выйдешь сама? Или на ручки?
Варя посмотрела через стекло на подъездную дверь. Помнится, когда-то ей очень хотелось, чтобы он взял ее на руки – перед тем самым «галстучным» свиданием. Мечталось об этом. Да, она оказалась права (15 глава).
Автор даже реверанс читателям сделал.
- Слушай… Вроде же вносить надо жену. А не выносить.
- А у нас с тобой много чего наоборот – не только это. Так что бери на руки. Пожалуйста.
И он взял. И шагнул за порог. Там спустил Варю на ноги, но все так же прижимал к себе. (17 глава).
Жених подхватывает невесту на руки (17 глава).
- Все, блин! – негромко рыкнул Тин, подхватывая жену на руки. – Пошли супружеский долг отдавать, Варвара Глебовна! (Постэпилог).
Свет
И хорошо, что в комнате темно, и деталей этого торопливого одевания не видно. (5 глава).
Вот в прошлый раз все было, как положено. В темноте и на кровати. И было в этой постели и темноте Варе в прошлый раз невозможно тошно и душно. А сейчас – среди бела дня. (6 глава).
Он не помнил, как раздевался. Потому что видел только ее – сколько хватало тусклого света из прихожей и с улицы. (16 глава).
Выводы
Главное – делать правильные выводы. А выводы она сделала. (6 глава).
Варя вздохнула. Она точно знала, что такая резкая смена темы разговора значила только одно – отец пришел к каким-то выводам. А если папа пришел к выводам – с этих выводов его бульдозером не сдвинуть. И шут его знает – хорошо это или нет. Знать бы – какие это выводы. (12 глава).
Дописано.
Мужик
И завести себе какого-то мужика для здоровья. (1 глава).
Нормальный, кажется, мужик. (13 глава).
...поскольку Варвара продолжала молчать, ткнул себя в грудь пальцем. - Это - твой мужик. (15 глава).
Мужик, красавец! (Послеэпилог).
Рондо (рамка) "Больничка"
Пятница, вечер. В травмпункте бенефис. (1 глава).
Перед кабинетом забора крови ранним утром собралась небольшая очередь. Очередь – потому что в виде рудиментарной памяти о не таком уж и отдаленном прошлом. (Послеэпилог).
Тоже с авторским реверансом.
Про пирожки, и какао (прочую жидкость), и Экзюпери допишу после.
Дописано.
Кстати, мотивы сопрягаюся: на чашке у Тихона махровая роза. 
Дописано.
И про Донского после напишу. Пока только результат какао, пирожков и диванов.
...проследовала с отцом в его кабинет. Там получила чашку какао, пирожок с вишней от Маргариты Сергеевны и планшет с мультиками. Со всем этим богатством Марфа и устроилась на черном кожаном диване... (Послеэпилог).
Топос (место, открытое пространство) дороги
Огромный джип катил через темноту и неоны реклам. Катил явно не в сторону Вариного дома... Варя посмотрела на Тихона. Он вел машину быстро – благо, истончившийся поток транспорта уже позволял это делать: ехать, а не тащиться по пробкам. (5 глава).
А водитель уже никуда не торопится, и джип неспешно катит в сторону столицы. Сказывается усталость – по этому маршруту Эскалада едет уже второй раз за день. А еще Тихону хочется продлить этот отрезок времени – когда она спит в его машине, и есть только этот поздний вечер, переходящий в ночь, темнота, урчание мотора и негромкий рассказ о далекой Анголе трубы Ирвина Мэйфилда... А сейчас – сейчас их время. Только для них. (15 глава).
В Москве выпал первый снег. Так вовремя. Так, мать его, кстати! Волоколамка стоит. Стоит уже наглухо, стоит уже второй час. И он стоит в этой пробке, сходя с ума от беспокойства. (Послеэпилог).
Фотка (арка − часть мотива; первую часть заметила Верушка)
Варя еще какое-то время потом смотрела на экран телефона. На котором красовалась фотография Тихона и Марфы. (Послеэпилог).
Сверлит взглядом телефон, на экране которого фоновая заставка - фото Вари и Марфы. (Послеэпилог).
Дописано. Пост от 17-го марта.
Экзюпери и узор
Дописано.
В ПРО есть арки в другие романы тоже (про двери и руки скромно умолчим, потому что и так все понятно, кроме того, автор уже объяснял).


Дописано 26 марта.

Дописано.
Перечитала 14-ю главу. Получается, что одеяло тоже свою арку имеет? Кто-то из читателей собирал клочки по закоулочкам))) И еще про одеяло. Тоже раньше форумчане упоминали, что похвально желание Тина самому принести лоскуты, а вещь ведь ему в итоге и досталась.


Дописано.
Бесстыжий − бесстыжая
- Убери руки, бесстыжий! - Зоя Анатольевна, кипя праведным гневом, уже стояла за Вариным плечом. – Да что же это творится! (1 глава).
Посетовал на то, что Варя, де, рыжая-бесстыжая... (Эпилог).
Дописано.
Проклятое стекло (скорее, метафора)
Посмотрела на забытые в руке «авиаторы». Нет, ей достанет сил и смелости провести этот разговор, не пряча взгляд за черными стеклами. (15 глава).
Вот и все. А теперь - она его не слышит. Не хочет слышать. Сейчас между ними опустится стекло. Толстое бронированное стекло. Она будет Тихого видеть, куда уж тут денешься. Но слышать – нет. (15 глава).
И почему все еще не опустилось это проклятое стекло!? А оно опустилось. Чертова бронированная преграда опустилась. Оставив их двоих по одну сторону. (15 глава).
Мой − моя, мои − твои (промежуточное дополнение)
Зато - один. Зато – сам себе хозяин. Никому не должен. Никому не нужен. Свой собственный. Ничейный. Сейчас телефон треснет – так крепко он его сжимает. Позвонить. И голос ее услышать. А не услышит. Она не возьмет трубку. Она от него отвернется. Как отвернулся отец. И Тихон больше никогда… никогда ее не увидит. Зато - один. Сам. Свой. Ничей. (10 глава).
НЕлюбовь
- Не любишь ты меня… - еще раз трагически бормочет он, неловко садясь в машину. (8 глава).
- Не представляешь, как я тебя люблю, - ей так много хотелось сказать теперь. Дать понять, что они на равных, и что ее любовь так же сильна, как его. – Ты - лучшее, что случилось в моей жизни. (16 глава).
Дописано.
Шлагбаум
И первое, о чем почему-то подумала Варя: «Как Тихий умудрился проехать на территорию больничного комплекса – ведь там шлагбаум на въезде?». Хотя… чему удивляться? Это же Тихий. (3 глава).
- А что же вы не прямо к входу подкатили, как обычно, Тихон Аристархович?
- Так у вас там шлагбаум на въезде.
Тихого остановил шлагбаум? Чудеса да и только. (15 глава).
Чушь
- А я всегда… когда мне страшно или я волнуюсь - начинаю всякую чушь нести. И делать. (8 глава).
- И вообще, ты же знаешь, - он плотнее запахивает на ней шубку, пытается застегнуть нижний крючок, но живот мешает. – Я, когда нервничаю, всегда веду себя как идиот. (17 глава).
Дописано.
В толпе
Мы. Да. Мы. Нас - много. (5 глава)
И Варвара снова почувствовала себя одной из. Из очень многих. (8 глава).
Шубка (нашли вместе с Верушкой)
Он купит ей цветочный магазин. И кондитерскую. И винный бутик. И машину купит – что она на своей смешной табуретке ездит. Купит ей хорошую дорогую машину. И золотые часы. И шубу. И кольцо с бриллиантами. (10 глава).
Люба действительно стояла возле ее машины. Короткая расклешенная норковая шубка, брюки для беременных. Варя некстати подумала о том, как, наверное, брат гордится женой. Любаву даже последние месяцы беременности красили. Подлецу, как говорится, все к лицу. (10 глава).
Одна чисто белая вещь у невесты все-таки имеется – это расклешенная норковая шубка, белоснежная, заботливо накинутая на плечи законным супругом. Но Варя сейчас не чувствует холода. Счастья внутри греет похлеще печки. (17 глава).
Про блондинку писать не буду (тут все прозрачно).
Дописано.
Солнце
Сидел на скамейке, медленно потягивал пиво и щурился на яркое солнце. Погода на стыке зимы и весны шалит. То оттепелью поманит, то подморозит, то снегопад подкинет. Сейчас снова оттепель. Звонко, почти по-весеннему капает с карнизов. Солнце блестит на крышах, ярко отражается в стеклах. На рябине оглушительно чирикают воробьи. (10 глава).
Солнце из дверей ударило прямо в глаза. Яркое послеполуденное августовское солнце. (14 глава).
Я все эти месяцы как в погребе прожил. Без света. А теперь… - он снова зарылся лицом в ее волосы. – Теперь мое солнце со мной. Светит мне. Греет. (16 глава).
... они стоят вдвоем в солнечном морозном январе, щурясь на солнце. (17 глава).
Слово и дело
- Хватит болтать! – нажимая на дверную ручку и вталкивая Тихона внутрь квартиры. – Меньше слов, больше дела, Тихон Аристархович. (6 глава)
– Словам моим веры нет. Так что если и смогу я тебя чем убедить, Варюша – то только делом. Поступками. (15 глава).
Дописано.
Родной – родная (получается, нашла Настя)
И сейчас Варвара хотела быть на ее месте. В окружении любящих людей, которые вместе с ней ждут чуда рождения новой жизни. И чтобы рядом был мужчина, который так любит. Надежный, как скала. Верный, преданный, родной. С которым не страшно ничего, и за которым и в огонь, и в воду. (8 глава).
Как скажешь, родная. (17 глава).
- Прости меня. Прости, родная. (17 глава).
«Люблю. Как же я тебя люблю, родная». (17 глава).
- Ну, все, родная, что хочешь, то и делай, но одеяло мы должны отхватить! (17 глава).
Арки есть еще (три у меня в голове (про бабу, и про клоуна, и про второй раз опростоволосились И Варя, и Тихон), о двух говорили, и еще те, о которых шла речь в посте Веры. Скорее всего, еще есть. И есть штука про зеркальное отражение Коли и Тихона. Это явное зеркало.
Дописано.
Хомяки
- А куда она денется! – довольно отрапортовал молодой отец. – Щеки отъела как у хомяка – из-за спины видно. Смотри. (14 глава).
- А чего мне поправляться? – улыбнулся Аристарх Петрович. – Воздержание в пище и активный образ жизни не способствуют накоплению излишков. Это вот ты, Тиша, отъел за годы… щеки-то. (14 глава).
- Привет, хомячок, - улыбнулся Тин дочери. – Ты кушай, кушай, не отвлекайся. Я пока маму твою заплету. (Эпилог).
- Дочь наша вчера хомяка окрестила. (Послеэпилог).
- Хомяк перенес обряд стоически. Был сирийский хомяк Персиваль Джумбал Третий. А стал Раб Божий Пафнутий. Только жрет теперь еще больше – как Пафнутием стал. (Послеэпилог).
Дописано.
Вспомнила арку про Останкинскую башню и "Седьмое небо".
Дописано.
И про барина, кстати, тоже. И про синяки. И про волшебника – фокусника.
Позднее разверну.
Дописано.
"Креста на тебе нет" и "ясен день".
Позднее разверну.
Самец −самка
- Сам? – прищурилась Варя. - Самец, значит?
- Самец, - кивнул Тин. (9 глава).
Все сама. Вара натянула на подушку наволочку и выдала себе характеристику. Домработница. Прислуга. С расширенными функциями в области секса. Вот кто она такая на данный момент для Тихого. Надо называть вещи своими именами. И, самое главное, кто ее заставлял это делать? Никто. Сама. Все сама. Самка, бл*дь! (9 глава).
Как девочка
Ударить. А потом еще за затылок схватить и коленом в лицо, чтобы сломать нос – как Коля учил. Чтобы захлебнулся собственной горячей кровью. Чтобы… чтобы…
Вместо этого она со всего размаху отвешивает ему звонкую пощечину. Как девочка. Как долбанная девочка! (9 глава).
Заставил себя собственноручно убрать то, что натворил в спальне. И презервативы заставил себя выкинуть – хотя снова затошнило. Как девочка, бл*дь! Или как баба беременная. (10 глава).

Первой в кабинет вкатилась невеста в пышном платье, следом протиснулся слегка поцарапанный свидетель, потом под руки ввели огромного человека с багровым пятном вместо лица. А потом ввалились еще с пяток человек. В травмпункт пожаловала русская свадьба во всей красе – бессмысленная и беспощадная.

- Я люблю блондинок. Они красивые и послушные. Ты пахнешь, как блондинка. У тебя хорошие духи. И руки мягкие. Как у блондинки. И задница как у блондинки.

- Тихий, ты придурок.
- А ты - ведьма, Самойлова.

И вот он стоит перед ней. Голый. С эрекцией. Чтобы не было ни малейших сомнений. Чтобы вот так вот – во всей откровенности, неприглядности. Чтобы без шансов усомниться и не поверить.
- Ну? Вопросы еще есть?

- И откуда ты только взялся на мою голову? – едва слышно, со всхлипом, выдохнула она. – За какие грехи ты мне достался?
- Не знаю, - он по-прежнему прятал лицо в ее волосах. - Тебе виднее, Варюш. Где-то накуролесила, видно. Или батя твой – а ты за его грехи расплачиваешься. – А потом все-таки повернул голову и посмотрел ей в лицо. - Но я точно знаю, за что ты мне. Матушка намолила мне тебя. За все эти годы…

- Люблю тебя. Люблю. Слышишь, люблю. Веришь? Нет, не верь. Это все слова, они ничего не значат. Просто будь со мной. Просто. Будь. Со мной. И все увидишь. Как я тебе люблю. Люблю. Люблю.

И сейчас Варвара хотела быть на ее месте. В окружении любящих людей, которые вместе с ней ждут чуда рождения новой жизни. И чтобы рядом был мужчина, который так любит. Надежный, как скала. Верный, преданный, родной. С которым не страшно ничего, и за которым и в огонь, и в воду.

- Варя… - все мысли разом вылетели из головы. – А как же операция… в среду… планово…
- Концепция поменялась! – рявкнула его жена. – Все, давай, пока. Не до тебя мне сейчас. Рожу – перезвоню.

Но Варя сейчас не чувствует холода. Счастья внутри греет похлеще печки. И он рядом. Муж. Законный супруг. И он тоже не чувствует холода в обычной рубашке на голое тело. Потому что рядом она – его законная рыжая ведьма.
- А что я натворил? Нас же объявили мужем и женой. Все. Дальше неинтересно.
- Тихий, ты сорвал церемонию, - смеется она. – Ты вообще не умеешь себя вести на свадьбах!