В Небесную канцелярию
Отчет Принцессы ТД Элви
Проект «Загадки истории»
Задание 2. Древний мир
Отчет третий. Вылазка
Цель визита: разгадать тайну исчезновения колонии гренландских викингов
Дата происшествия: неизвестна
Если гора не идет к Магомету…
Пожалуй, стоит считать мои исследования в Гренландии каникулами. А что? Природа, отдых, ледяной отель. Прямо как в рекламирующих такого рода туры в Канаду и Скандинавию проспектах. Разница лишь в наличии цербера, то есть, сорри, куратора, следящего, как бы чего не вышло, ну и вроде как с заданием направлять и помогать. Чтобы меня кто-то направлял, нужно наладить контакт – первое, иметь в моих глазах авторитет – второе. Ну второе, ладно, ноблес оближ, все-таки ангел, а вот с первым как-то не случилось. Моя манера подружиться куратора, похоже, только раздражала и вызывала недоумение. С каждым днем он мрачнел все больше и больше, замыкался в молчании, и даже лицо его закаменело. Хотя, возможно, причиной был холод.
Холод. Да-а-а. Относительный. Если одеться потеплей, активно двигаться, даже в Гренландии замерзнуть сложно. А вот в нашем ледяном доме и вовсе невозможно. Проблема в том, что Васариах в этом уютном во всех отношениях, с любовью обставленном (при помощи артефактов) гнездышке не ночевал. Да и вообще старался проводить как можно меньше времени. Подозреваю, причиной служили частые визиты хм, моих гостей. Сначала Наставник, затем муж, а в конце ВРИО. Последний, только что с фронта, задержался на двое суток. К моей пущей радости и к его, ВРИО, удовольствию. Вот только Вася после этого сгинул совсем. Нет, он меня не бросил, не подумайте, он просто переселился в соседнюю ледяную хоббичью нору. А и хрен с тобой, подумала я, показывая спине ангела однозначный жест. Сиди в своей дыре, грызи тюленя, а я, как и велел супруг, поразмышляю над тем, как поскорее закончить с заданием и отправиться домой.
Загрузив карту Гренландии, я подперла щеку кулаком. Наше селение и большой дом на берегу, судя по всему относились, к Эстербюгдену, то есть Восточному поселению. По свидетельствам хроникеров, последнему из трех поселений викингов. По-хорошему следовало бы узнать, куда делись или когда исчезли, хотя бы примерно, остальные. А для этого мне было нужно скользнуть на несколько десятков лет в прошлое.
Я вышла из своей комнаты и огляделась. Блин! Чертов ангел! Теперь мне одеваться и тащиться в его нору. И не факт, что он там сидит и ждет. Развернувшись на каблуках, я вернулась к себе и начал рыться в шкатулке, куда ссыпала все подарочки Его Высочества. Пожалуй, вот этот подойдет. Я взвесила на ладони медальон с изображением двух глядящих друг на друга волков. Мужской оберег. Ну и что! Главное, красивый, да и мои предки славянки жаловали все волчье, те же волчьи клыки. Быстро одевшись и заправив рукавицы в рукава куртки, я, как могла, представила себе прошлое. Ничего не изменилось, но это ничего и не значило. Смерть, снабжая меня амулетами на все случаи жизни, вряд ли позволил бы мне оказаться неизвестно где на семи ветрах.
Полчаса спустя я неслась на лыжах по снежной целине. Солнце зависло низко над горизонтом, и хотя я была к нему спиной, все равно щурилась, ослепленная сиянием белых кристаллов и жалела, что не прихватила солнцезащитные очки. Но несмотря ни на что мне было хорошо, и я улыбалась. Вернусь домой, обязательно отправлюсь кататься на лыжах, правда сначала позвоню Йохану и приглашу его в гости. Заодно этот профи поучит меня правильно съезжать с гор, которые я недолюбливала с детства.
Пейзаж не менялся. Возможно, я ошиблась направлением? Хотя что там может меняться – лед, камни, сопки, снова лед. Я двигалась на запад по компасу, периодически сверяя координаты по навигатору. Или я недостаточно удалилась по времени от нашей с Васей первоначальной точки? Неважно. Отрицательный результат – тоже результат. Зафиксирую данные и перенесусь обратно.
Впереди между торосами замаячило нечто неровное. Строение? Я припустила ходу и спустя несколько минут остановилась напротив засыпанных снегом и покрытых льдом развалин каменного дома. Когда-то здесь жили люди. Но когда они ушли? Где-то должно было оставаться кладбище или другие свидетельства присутствия людей. По моим расчетам исчезли они не так давно.
Обогнув заледенелые камни, я чуть не споткнулась. Из расщелины прямо передо мной тянулась тонкая струйка дыма. Немудрено, что я его не заметила: ветер дул в другую сторону, и дым стелился понизу. Я бы еще долго пялилась на камни и дым, если бы меня вдруг не швырнуло резко в сторону. От толчка я уселась попой на снег и раскрыла рот. Лыжи слетели, а надо мной нависла огромная косматая фигура.
– Йети? – пробормотала я растерянно, а секунду спустя разглядела человека.
Из-под мехового капюшона, точнее, головы белого медведя, торчала белая заледеневшая борода. В руке старик держал топор с каменным лезвием. Поверхность его была отполирована и переливалась голубым. Голубым? Свет шел от меня, Клеймо защитило меня от случайной раны, чуть было не нанесенной местным жителем, и слава богу, не стало того убивать.
Косматый старик что-то прохрипел, но не отшатнулся, не удивился и не выпустил из рук топора. Он просто стоял и меня разглядывал.
Покряхтев, я перевернулась, встала на четвереньки и поднялась. Мне ли бояться показать спину врагу? Да и какой из старого норманна враг. Даже с топором.
Отряхнувшись, я повернулась и тоже стала разглядывать гренландца.
– Ты один здесь? – Старик промолчал. – Это Вестербюгден? Где люди? Дальше?
И снова я не получила ответа. Казалось, ко мне потеряли всякий интерес. Дед потоптался немного на месте и пошел себе куда-то мимо меня. Я проводила его взглядом до очередной кучи камней, поначалу показавшейся мне бесформенной, но старик сдвинул одну глыбу и нырнул в образовавшийся проем. Я бросилась следом.
– Постойте, – закричала я, часто моргая во тьме.
Потребовалось несколько минут, чтобы глаза привыкли, и я смогла разглядеть хоть что-то. Моему взору предстали настоящие катакомбы. Куча узких каменных проходов, перемежающихся ледяными глыбами. Сколько времени потребовалось старику, чтобы все это прорубить во льду? А может здесь кто-то жил до него, например, семья? Но пока я гадала, дед успел затеряться в проходах. Мне нужно было его найти.
Блуждать по лабиринтам я не стала. Сняла варежку, повернула на пальце одно из колец и переместилась прямо в жилище старика.
Когда-то это был просторный зал очередного длинного дома, где собиралась большая семья, но теперь крыша обвалилась. Повсюду валялись осколки и какой-то мусор, в самом центре возвышалась груда камней, и лишь в углу, рядом с хорошо сохранившимся очагом, в куче тряпья сидел старик. Он откинул свой капюшон, которым служила голова медведя, и смотрел прямо перед собой. Я кашлянула и подошла ближе.
Старый норманн поднял голову и уставился на меня странными жуткими глазами. Оба закрывали бельма. Он ничего не видел.
– Людей нет. Никого нет, – неожиданно заговорил он, и я вздрогнула. – Садись и задавай свои вопросы, странница.
Покрутив головой и сообразив, что замеченная мной раньше груда камней – наиболее чистое место, я присела.
– Почему ты называешь меня страницей? – задала я первый же вопрос. Сообразила, насколько он был глуп, и тут же задала следующий: – Куда исчезли все люди?
– Ушли, – прохрипел старик. – И я скоро уйду.
– Умерли?
– Нет. Ушли.
– Я пришла из Эстербюгдена. Там есть люди. Довольно много.
Еще одно дурацкое заявление, но старик, как ни странно, воспринял его нормально и даже затряс головой, видимо, изображая согласие. Мне показалось, что я должна была что-то объяснить этому человеку, живущему в белой пустыне неизвестно сколько времени, совершенно одинокому, практически сошедшему с ума. Но хотя он и был стар, рука, которой он сжимал топор, не дрожала.
– Я пришла… – замялась я, но раз уж начала, надо было говорить. – Я пришла издалека, чтобы узнать, что произошло.
– Проверить, послушались ли тебя, вельва? – Я снова раскрыла рот, чтобы исправить человека, но тут наконец включила голову и передумала.
Старик, похоже, ждал подтверждения, и я его не стала разочаровывать. К тому же я вспомнила, как на днях, гугля информацию о Гренландии, наткнулась на упоминание какого-то шамана. Эврика! Значит, это был не шаман.
– Все ушли, – повторил старик задумчиво, взгляд его был направлен на пробивающийся сквозь щели в камнях свет. – Забрали своих предков и ушли.
– Предков?
– Да. Как ты сказала. Сначала напали они. Скрэлинги
[1]. Восемнадцать человек было убито. Двоих увели. Детей. Они стал рабами. И ты сказала, что на этой земле мы увидим лишь бесславную смерть. И старейшины приказали собираться. Господь благословил их путь. Больше кораблей не было.
– Неужели викинги не могли противостоять каким-то скрэлингам? – спросила я скорее саму себя, чем старика, но он неожиданно взял меня за предплечье и сжал. Рука его была горячая и крепкая.
– Когда-то нас было много. Целый город. Гардар
[2], назывался он. Большой, как Берген. О, я тоже был юн и ходил в Берген, когда торговля была бойкой. Китовый ус ценился на большой земле. И моржовая кость. Но черная смерть скосила всех.
– Черная смерть? – не поняла я, но тут же сообразила: чума.
– Корабли перестали ходить, – продолжал старик. – На предпоследнем приплыл епископ. Он говорил о стойкости детей Божьих, призывал к смирению. Много молодых ушло на том корабле. Мой отец ушел, а моя мать осталась. Западней был еще один город. Там скрэлинги все испортили. Мало людей осталось. Мало.
– Вы могли воевать с ними, дать отпор.
– Торговля прервалась. У нас осталось мало оружия. – Гренландец погладил топорище. – Это камень. Камнями много не навоюешь. Женщины и старики много не навоюют. Мужчинам нужно было добывать пищу. Когда-то тут было теплей. На зеленых пастбищах паслись овцы, но несколько лет назад эти земли сковал северный холод, и все стало падалью. Даже церковь оставила нас. Но не Бог! – Он немного помолчал, затем продолжил: – И вот, когда пришел последний корабль, все ушли.
– А ты?
– А я остался. Я охочусь…
– Ты же слеп!
– Я услышал тебя, маленькая ведьма! Никто не ожидает найти в этих камнях жизнь и не таится. Я мог бы тебя убить, но я узнал тебя.
– Дедушка…
Внезапно он поднялся и рассмеялся. Рука его все еще держала мою, и я была вынуждена подняться вместе с ним.
– Мне тридцать зим, женщина, на большой земле я не был бы стариком.
Я смотрела на огромную фигуру, завернутую в ободранную шкуру белого медведя, и верила, что этот мужчина с топором в руках сможет прожить здесь еще долго.
Он наклонил голову, схватил меня второй рукой за плечо и дернул на себя.
– Давно я не прижимал к себе женщину. Очень давно.
– Когда ушел последний корабль? – спросила я, пытаясь осторожно выпутаться из крепких объятий.
– Не помню. Время остановилось. Вечность и Господь правят этой землей, – произнес он, а потом вдруг меня встряхнул. – А ты ведь настоящая, вельва. Как ты прошла сюда?
– Ты не сумасшедший, – пробормотала я.
– Нет! – снова расхохотался он. – Эстербюгден далеко, а лед еще не скоро вскроется. Ты была на лыжах. Где-то поблизости есть поселение?
– Отпусти меня немедленно! – потребовала я. – Я не хочу делать тебе больно.
Мужчина не отреагировал.
– Отпусти, и я тебе расскажу откуда взялась!
Он отпустил мое плечо, и я его машинально потерла. Не хватает еще получить синяки.
– Иди на восток, и дойдешь, – ответила я как обещала. – Там много людей, они примут тебя.
– И ты пришла одна? Не может быть! – Гренландец сделал попытку снова схватить меня за плечо, но тут наконец ожило Клеймо, озарив каменные стены развалин бледно-голубым светом.
– Господь всемогущий! – охнул мужчина и наконец отпустил мое предплечье. – Да ты и вправду ведьма.
– Восток, – повторила я. – Иди на восток. Там есть женщины. Немного, но есть.
И я снова повернула кольцо, приказав перенести меня подальше от логова чокнутого северянина.
Лыжи остались валяться у развалин. Возвращаться туда у меня не возникло желания, и я побрела по снегу на восток.
Поднялся ветер, кидая мне в лицо колючий снег. Поежившись, я натянула поглубже капюшон. Вообще-то я собиралась перенестись еще немного назад во времени. Но теперь подумала, что не стоит. И что я узнаю нового? Нет лучше данных, чем рассказ очевидца. И пусть норманн был немного не в себе от одиночества, я была склонна верить в его историю. Осталось только вернуться к себе и сверить несколько фактов.
***
Чтобы оказаться в ледяном домике, нужно было обратиться за помощью к волчьему медальону. Я остановилась, повернулась спиной к ветру и дернула заледеневшую шнуровку своего тулупчика. Замерзшие завязки не реагировали. Я дернула еще раз – снова впустую.
Ветер завывал на высоких тонах, мне казалось, что я начинаю слышать какие-то голоса. Клеймо меня защитит, но все равно стало страшно.
Следовало найти какое-то укрытие, чтобы спрятаться от снега и ветра и спокойно добраться до амулета. Вытянув перед собой руки, я побрела вперед. Наугад. Надеясь, что не свалюсь в какую-то яму и не попаду в капкан изо льда и камней.
Мысли постепенно исчезали из головы. Я слушала меняющий тональности вой ветра и впадала в прострацию. Холодало. Я почти перестала чувствовать руки, но была уверена, что когда станет совсем хреново, Клеймо согреет. Когда меня что-то схватило, я даже не смогла закричать. Я дернулась, забилась, но долгая борьба с разбушевавшейся стихией меня ослабила, вызвав панику. На нее мгновенно отозвалась метка Хозяина, и державший меня человек вскрикнул от боли и выронил меня в снег.
Тяжело плюхнувшись на четвереньки, я отползла подальше от согнувшейся от боли мужской фигуры. Когда обидчик разогнулся, я узнала своего куратора.
– Молчи! – не дала сказать ни слова ангелу я. – Жив, и слава богу, подумаешь, током стукнуло. А ты меня не хватай. Напугал же! Вот и получил. Мы далеко от дома? Перенеси нас.
Шагнув к Васариаху, я схватила его за руку. Он бросил на меня совершенно однозначный взгляд, но спорить не стал, и секунду спустя я оказалась в своей ледяной гостиной.
– Есть хочу. И кофе, пожалуйста, – бросила я через плечо сверлящему меня взглядом ангелу и направилась в спальню. – А я приму ванну и переоденусь, а то замерзла как цуцик.
Когда я, в теплом длинном свитере и гетрах, вернулась в гостиную, на столе было пусто, а Васи и след простыл.
Привычно показав выходу из гостиной средний палец, я взяла планшет. Кофе позже. Сначала надо дописать отчет. И я набила первые слова в текстовом редакторе
[3].
Итак. Викинги приплыли в Гренландию примерно в X веке под предводительством печально известно Эрика Рыжего. Изгнанника, отметившегося убийством на родине, отправившегося путешествовать и открывшего Америку. То есть Винланд. По дороге за лучшей долей он открыл новую землю, которую в шутку назвал Зеленой – Гренландию. Фьорд, где высадились люди Эрика, теперь носит его имя – Эрикфьорд. Там было основано Восточное поселение, за ним последовало и Западное, а по некоторым преданием существовало еще и Среднее. Между материком и Гренландией завязалась торговля. Викинги занялись земледелием, разводили скот, пытались возделывать земли. И поначалу все шло хорошо. Свободные от усобиц и дележа земель, что и заставило многих покинуть родные земли, они избрали старейшин для управления своими общинами. Строили церкви. В Европу они поставляли шкуры белых медведей, китовый ус и моржовую кость. Из Европы норманнам привозили современную модную одежду, оружие, орудия труда.
Шло время, и на землю, которую населяли древние люди, пришли новые, предки современных эскимосов. Скрэлинги, называли их гренландцы, люди Туле, или инуиты, как известны они нам. И поначалу все было хорошо, но расы не смогли найти общий язык и стали враждовать. Постепенно связь с Исландией и Норвегией стала ослабевать. В Европе бушевала чума. Берген после сильнейшего пожара оказался почти полностью разрушенным. Торговля прекратилась. Наступил Малый ледниковый период.
Молодежь, уставшая бороться с суровой природой, ищущая более интересной жизни, стала покидать Гренландию. Люди болели. Женщин оставалось все меньше и меньше. Учеными Среднего мира не было найдено ни одного доказательства смешения рас. Участились столкновения с гренландскими эскимосами. Кто-то сходил с ума.
Однажды в одно из поселений пришла ведьма и приказала всем уходить. Люди раскопали могилы, достали останки своих родичей, погрузились на пришедший из Исландии корабль и покинули свою суровую землю навсегда. Спустя несколько лет во фьорд пришел другой корабль и нашел лишь покинутый город. Не было следов битв, не было тел. Жители колонии просто исчезли.
В отдельных местах оставались еще небольшие группы людей, но и они постепенно уходили в Исландию, а оттуда дальше, в Норвегию, Данию.
Мне довелось встретиться с последними из гренландских викингов, которые лишь подтвердили очевидное. Не слабость скандинавских поселений послужила причиной исхода, а стечение обстоятельств.
Но последние из норманнов определенно люди достойнейшие. И пусть Небесная Канцелярия не сочтет меня нацистом, но было бы очень жаль, если бы древняя кровь викингов перемешалась с инутитской. Это могло спасти колонию норманнов, но повлияло бы на чистоту расы.
С уважением и приветом, резидент Элви, принцесса ТД, и прочая, прочая.
Отложив планшет, я потянулась. Где этот ангел? Достало!
– Васариах! – заорала я во всю мощь легких. – Я закончила. Перенеси меня домой.
И не успела я набрать воздуха для следующего крика, как оказалась в своей комнате в Ледяном замке, перед раскрытыми настежь дверьми балкона.
– Лето! – восторженно подпрыгнула на месте я и бросилась в свой оазис, на ходу скидывая свитер и гетры.
Секунду спустя я нагишом плавала в своем заливе и наслаждалась теплом.
--------------------------------------------------------------------------------
__________________________________________________
[1] – Так называли эскимосов норманны.
[2] – Гардар – город на др.сканд.
[3] – В работе использованы статьи с сайтов membrana.ru, murzim.ru, информация из форума ulfdalir.ru и архивные материалы Archaeological Institute of America.
