Seniorita Primavera:
Иришка, Ластик, Татьяна и Таша - спасибо Вам огромное за продолжение!!!
Мечта идиота исполнилась...
( то бишь моя... 
)
Я так ждала, так надеялась...
Правда не в этой главе, но мысленно взывала к автору.
И вот оно - свершилось!
Зак снова с нами!!!
Глава, безусловно, порадовала.
И как могло быть по другому, если в ней наконец-то случилось то, чего мы все так ждали?
Он вернулся!
И, конечно же порадовало то, что они не бросились в объятия друг друга.
А все как положено, жизненно, выдержанно в духе этой книге!
Спасибо автору за такое продолжение! Достойное.
Могло бы быть куда-более прозаичнее, и сказочнее..
Но нет. Автор решила пройти этот путь до конца - ближе к реальности.
Зак... Сначала о нем...
Конечно же первое, что бросилось в глаза - фото Зака...
Я начала читать главу, уже зная, что он здесь, вернулся...
И так спокойно стало на душе. Так отрадно!
То, что он был потрепан, не разбогател, уставший от скитаний - снова плюс автору!
Как может разбогатеть ковбой?
Слава Богу, что жив, здоров, а остальное дело наживное.
И было бы Заку для кого стараться, богатеть...
Вот сейчас, может быть, дело сдвинется с мертвой точки...
Зашевелится, станет к чему-то стремиться.
Ну, это лишь мои мысли, смешанные с фантазией.
Но хотелось бы стабильности для Зака и Клем.
Rusena писал(а):
– Клементина, – сказал Зак Рафферти, и его голос сорвался на последнем слоге.
Она не могла произнести ни слова. Лишь смотрела и смотрела на него.
Она не могла произнести ни слова. Лишь смотрела и смотрела на него.
Их встреча...
Разное я представляла себе, размышляя на тему возможной концовки.
Но дрогнуло сердце от их встречи после семи лет разлуки. Дрогнуло!
И счастье нахлынуло волной!
Ни поцелуев, ни объятий - чего я боялась больше всего...
Нет, все сдержанно, с надрывающим душу спокойствием, все эмоции заперты под замок.
Оба словно чужие друг другу.
Знакомые, когда-то любившие другу друга, а сейчас словно незнакомцы...
Но там, под маской спокойствия, видны бурлящие эмоции и чувства.
Долго ли они смогут их скрывать друг от друга?
Rusena писал(а):
– Полагаю, ты захочешь побыть с братом наедине, чтобы попрощаться. Когда освободишься... на плите стоит кофе.
Его взгляд вернулся к могиле. Рафферти стоял молча.
– Я уже попрощался с братом, – сказал он ровным голосом, – в тот день, когда уехал отсюда семь лет назад.
Его взгляд вернулся к могиле. Рафферти стоял молча.
– Я уже попрощался с братом, – сказал он ровным голосом, – в тот день, когда уехал отсюда семь лет назад.
Rusena писал(а):
– Эта фотография была сделана в его последнее лето, – пояснила она. То было плохое лето для Гаса, для них обоих, но по отпечатку такого не скажешь. Широкая улыбка озаряла лицо Гаса, и от нее топорщились усы и щурились глаза. Прядь целованных солнцем волос спадала на лоб, превращая его в парнишку-сорванца. На снимке Гас навсегда остался радостным, озолоченным солнечными лучами, как и светом ее воспоминаний.
– Хорошая фотография, – кивнул Зак, но не стал дальше разглядывать, а положил ее на ближайший подоконник отпечатком вниз.
– Хорошая фотография, – кивнул Зак, но не стал дальше разглядывать, а положил ее на ближайший подоконник отпечатком вниз.
Чувствуется в поведении Зака какое-то легкое отчуждение, или мне показалось?
Словно он давно уже пережил горе от потери...
Как такое возможно?
Возможно ли, что Зак семь лет назад решился навсегда покинуть эти места?
И тогда же распрощался с братом, в сердце веря, что никогда больше его не увидит, потому что не вернется сюда?...
Или все это чувство от бесконечной ревности к Клем?
Понятно одно, все те эмоции, что он испытывал к брату - слишком сложны и полны горечи, долга, любви и отчаяния...
На данный момент опять остаются лишь догадки...
Если Зак чуть далее не просветит нас в свои эмоции.
Но мне больно, что он все держит в себе.
На долго ли его хватит?...
Rusena писал(а):
Качая головой, Рафферти перевел глаза с фургона на Клементину и обратно.
– Бостон... Боже, Бостон... – Жесткая линия его рта смягчилась и изогнулась, на щеке наметилась ямочка, и он сосредоточил на женщине свой останавливающий дыхание взгляд. — Ты всегда была для меня загадкой, Бостон, – хрипло произнес Зак, – и, похоже, в этом ты не изменилась.
– Бостон... Боже, Бостон... – Жесткая линия его рта смягчилась и изогнулась, на щеке наметилась ямочка, и он сосредоточил на женщине свой останавливающий дыхание взгляд. — Ты всегда была для меня загадкой, Бостон, – хрипло произнес Зак, – и, похоже, в этом ты не изменилась.
Как много в этих словах...
Вот мне почему-то кажется, что сейчас, даже если бы Зака где-то там кто-то ждал, жена или партнеры - он не смог бы уехать от Клем.
Столько в нем к ней чувств!
Для него самого непонятных, загадочных...
Но эта тяга... этот мальчишечий задор...
Она в нем что-то пробуждает. Как и он в ней.
Любо-дорого за ними наблюдать!!!
Rusena писал(а):
Рафферти даже толком не вошел в дом. Словно счел необходимым держать за спиной открытую дверь, чтобы быстро развернуться и дать деру, прежде чем она сможет его остановить.
И в этом он не изменился...
Но здесь скорее привычка.
Ведь он привык быть всегда где-то поодаль, не приближаясь, соблюдая дистанцию...
И не один день, а года.
Да еще и 7 лет разлуки!
Но долго ли он будет держать эту самую дистанцию?...
И кто сделает первый шаг? Клем или Зак?...
Теперь в нетерпении буду ждать продолжения, дабы увидеть их дальнейшее общение!!
Теперь вот, признаюсь честно - мне мало пол главы! ...
Отощаю, Иришка...
Rusena писал(а):
Мальчуган выпятил нижнюю губу.
– Вот черт.
– И прекращай ругаться, Зак Маккуин, иначе я вымою твой рот с мылом.
Рядом с ней Рафферти тихо отрывисто фыркнул – то ли смешок, то ли вздох сочувствия. Но когда Клементина посмотрела на деверя, выражение его лица было пустым. Даже глаза казались пустыми.
– Славный мальчишка, – спустя мгновение сказал Зак.
– Он похож на тебя.
На эти слова ответа не последовало...
– Вот черт.
– И прекращай ругаться, Зак Маккуин, иначе я вымою твой рот с мылом.
Рядом с ней Рафферти тихо отрывисто фыркнул – то ли смешок, то ли вздох сочувствия. Но когда Клементина посмотрела на деверя, выражение его лица было пустым. Даже глаза казались пустыми.
– Славный мальчишка, – спустя мгновение сказал Зак.
– Он похож на тебя.
На эти слова ответа не последовало...
Даже здесь Зак пытается не показывать чувства!
Но потрясение, что он испытал - думаю, его хорошо встряхнуло оттого, что сын Гаса и Клем так похож на него и назвали его же именем!
Ну, теперь можно предположить, что Зак с мальчишкой будут "не разлей вода"...
Вот так подарок Заку к приезду!
Rusena писал(а):
Если Зак останется здесь дольше, чем до завтрашнего дня.
Ну уж другие варианты я и не рассматриваю!!!
Хватит ему скитаний, а нам страданий!
А с учетом, что Клем овдовела - его теперь с фермы никаким макаром не вытравишь...
Даже если сильно постараться
Клем... Удивила!
Даже не так, не удивила.
А порадовала!
Ведь сейчас я увидела ту самую девушку, что так радовала нас в начале книги!
Сильная, волевая, стойкая, смелая,предприимчивая и упрямая!
И как такое может не порадовать?
Я уже и не мечтала увидеть ее вновь...
Вторую часть книги я видела лишь страдания, бесконечные беременности, несчастную и затравленную в браке женщину...
А сейчас она воспряла, словно птица Феникс из пепла.
То, как она смотрит на мир вокруг себя.
Какая-то мудрость есть в ее мыслях...
Что-то глубже видит она, чем другие...
Не просто деревья или людей, а самую суть.
Такая глубина мысли, философия мировоззрения, опыт и взгляд фотографа.
Rusena писал(а):
Если бы Рафферти спросил, Клементина рассказала бы ему об этих снимках. О том, как в чередовании света и тени вдруг обнаруживала ритмы, образы и правду жизни. Мягкий серый свет туманного утра, яркий резкий свет полуденного солнца, холодный унылый свет зимнего дня. В каждой детали этих изображений — в крупицах льда вокруг глаз коровы, в кланяющемся ветру камыше, в лице старой скво, по текстуре напоминающем сыромятную кожу – Клементина нашла свою истину.
Очень-очень пронзительно!!!
Такая Клем мне по душе!
Та, которая живет в гармонии с собой и миром вокруг себя!
И видно сразу, что несмотря на все невзгоды и трудности - она счастлива.
Rusena писал(а):
Этот последний их с Гасом ребенок был настолько похож на стоящего перед ней мужчину, что в первое время Клементина с трудом могла смотреть на сына. Сейчас же она любила его так сильно, что даже делала над собой усилие, чтобы не отдавать младшенькому предпочтение перед остальными детьми.
Оно и понятно.
Время сгладило тоску и боль от ухода Гаса.
Теперь малыш ей напоминал о другой любви.
У нее было все.
И память о Гасе в первых детях.
И память о Заке в этом малыше.
Ведь могло так сложиться, что Зак и не появился бы в ее жизни.
Rusena писал(а):
Внезапно Клементина вспомнила первое лето своего замужества. Рафферти тогда тоже спал в сарае, в пустом стойле, предоставив старую лачугу охотника на буйволов им с Гасом. В первые годы он изо всех сил старался ее избегать, чему Клементина была только рада: деверь пугал ее, и она считала, что ненавидит его. Молодость и глупость не позволили ей тогда понять, что она на самом деле чувствовала к этому мужчине, к брату своего мужа.
Многое Клем переосмыслила. Многое осознала.
Со многим смирилась и сама изменилась.
Но вот чувства, что вызывал в ней Зак ранее...
Как они теперь будут?
Гаса нет, она свободна...
Будет ли она ждать от него каких-то шагов?
Или Зак будет гордо держать дистанцию, ведь когда-то она его отвергла, не поехав с ним...
Или их сведет случай? Какое-нибудь происшествие?
.... Как вот теперь ждать четверга, а?
******************************************
Добавлю еще одно, последнее - именно такой вот главы я и ждала последние недели.
Радостной и грустной, жизненной, дающей надежду и держащей в напряжении...
Семейный зарисовки, красивые пейзажи, простые человеческие радости и печали...
Надеюсь, далее нас ждет тоже самое и с остальными героями...
Я соскучилась по Ханне и Эрлан, по Дрю и Джере.
Очень хочется увидеть поближе старших детей Клем и Гаса.
И, конечно же, Одноглазого - рядом с Заком...
( думаю, эта встреча будет волнительной для первого... )
Девочки, еще раз Вам огромное спасибо за чудесно проведенный вечер рядом с героями!!!
P.S. Осенила мысль после того, как отправила пост.
Зак ехал на ферму к брату с разными мыслями, но все же более с гнетущими, сложными, с болью в сердце.
Ведь он не знал, что Гас умер.
А значит, готовился морально увидеть любимую женщину и любимого брата в счастливом браке ( а может быть просто в браке, вместе, с детьми...)
И готовился к новой порции страданий и ревности...( ну, это я утрирую, там гамма посложнее будет...
)
И то, что он застал Клем вдовой - выбило его из колеи.
И смерть брата сейчас для него - и боль, и призрачная надежда для него...
Мне кажется, что вся замкнутость Зака именно оттого, что он не готовился к тому, что увидит именно То, что увидел.
И ему нужно время, чтобы свыкнуться, переварить и найти для себя верное решение.
А для нас - долгожданное!!!
Метелица:
Ура! Продолжение!
Девочки! Большое спасибо за перевод!
Надо же, появился Зак! Я вот даже не думала, что так скоро)) Спасибо автору - не стала томить)))
За Клементину испытала настоящую гордость)) Настоящая женщина
)) И пусть внешний вид оставляет желать лучшего, зато цела крыша над головой и дети сыты.
Ну, а мелкий Зак умилил до не могу, до самой сердечной пульсации
Это же надо, какие подарки иногда преподносит природа)) И автор Ох, шутница)))
Королева писал(а):
Я так поняла, что он хочет часть фермы себе забрать, а Клем пусть что хочет, то и делает?
Да не-е... Отговорки это все. Было плохо - сбежал. Думал вырвал с корнем, ан нет... Сердечко-то тоскует по земельке своей. Труда сколько вложено, надежд сколько оставлено...
Suoni писал(а):
Мне хотелось , чтобы Зак через эти семь лет вернулся самодостаточным, преуспевающим человеком. А не ветром в поле, без кола и двора.
Не в этом соль, как говорится. Думается мне, что счастлив, а вместе с тем и успешен наш мистер Рафферти может быть только на своей земле/своем месте. Мне жаль его, очень. Он как пес, которого лишили двора, какая уж тут "качественная" жизнь. Жизнь выбила почву у Зака из под ног, как только на ранчо появилась Клементина. Поэтому мне близок ход ее мыслей. Она права, со времени ее приезда - Зак только уступал.
Nata Nata писал(а):
Я впечатлена! Маленькому Заку, примерно 3,5 года, он может чистить рыбу? Обращаться с острым ножом?
Ой! И я!
Даже не знаю, что думать. 
У меня вот тоже младшенький с ножичком здорово на кухне орудует, но лет так с семи, не раньше. Может, просто игра у них такая, во взрослых))) а там, глядишь, и Сафрони на помощь придет.
Еще раз спасибо за перевод, девочки!
Проглотила в присест! Эх, скорей бы 32-я 
П.С. Не знала, что писать после прошлой главы. Я не ошиблась в своих предположениях и Пенелопа, таки, убрала Гаса.
(А мне он был симпатичен. Нормальный мужик, любящий, ну а то что мягкий... так это не самый плохой вариант. Да и уверена, что в интимной жизни у них с Клем все было нормально). Но спасибо ей за то, что (если можно так сказать) сделала это красиво 
. 
Seniorita Primavera писал(а):
Теперь вот, признаюсь честно - мне мало пол главы! .
Увидела Танин пост и каюсь в солидарности: и мне мало. Но ведь больше-то не дают!
Только бы ночь (ту самую, которая) не разделили А то мы зачахнем за неделю от ожидания)))
Seniorita Primavera писал(а):
И, конечно же, Одноглазого - рядом с Заком... ( думаю, эта встреча будет волнительной для первого... )
+ 100
очаровашка:
Tricia писал(а):
Мне кажется, что Зак чего-то добился (ну, может денег заработал изрядно или еще чего) за время отсутствия, просто Клем ничего не сказал..
вот и мне почему то так кажется... А про ферму сказал чтоб не говорить правду...
Rusena:
Малина Вареньевна писал(а):
Мне так понравилось читать про фотографию. Особенно про портреты на заказ ))))) и торчащие уши)))))
Мне так понравилось читать про фотографию. Особенно про портреты на заказ ))))) и торчащие уши)))))
Да-да. Мне тоже очень понравилось, как автор так детально описала сей процесс. Клем даже фотографии обрабатывала, чтобы добиться каких-то эффектов. Вот не знала, что раньше такое было возможно.
Метелица, за постик от меня
Метелица писал(а):
Думается мне, что счастлив, а вместе с тем и успешен наш мистер Рафферти может быть только на своей земле/своем месте. Мне жаль его, очень. Он как пес, которого лишили двора, какая уж тут "качественная" жизнь. Жизнь выбила почву у Зака из под ног, как только на ранчо появилась Клементина. Поэтому мне близок ход ее мыслей. Она права, со времени ее приезда - Зак только уступал.
Как же верно подмечено!!!
И я рада, что Зак решил приехать, даже если и только ради того, чтобы одним глазком увидеть, как поживает брат и Клем. Похоже все эти годы он только и мечтал, как бы снова оказаться дома...
Скажу только, что автор нам потом хорошочко опишет все мыслишки Зака
Ташусь,
Nata Nata писал(а):
Если бы не слова о том, что Клементина натренированным глазом увидела боль, я бы разочаровалась в Заке. Сдержанность в такой степени тоже не дело. Можно было бы и задержаться на могиле брата.
Сдержанность в такой степени тоже не дело. Можно было бы и задержаться на могиле брата.Да, слишком скрытен наш Зак. Возможно, он еще и перед Клем не хочет показывать своих чувств, но вот все же мне кажется, что для него это тоже стало сильным ударом.
Nata Nata писал(а):
Клементина, давно уже не Бостон, а настоящая дочь суровой Монтаны. Если бы она оставалась Бостоном, не выжила бы и не вытянула семью из 5 человек (Сафрони в счет, она тоже член семьи). Мне даже кажется, что она стала сильнее Зака духом.
Это точно.
Но как же я соскучилась по этому прозвищу - Бостон!!! Так и представляю себе, как Зак его произносит. Он просто еще не знает, какой стала Клем... Но скоро наша дамочка всем покажет, кем стала за это время
Nata Nata писал(а):
А Большому Заку, наверно, дико слушать такие приказы - наверняка, сперва кажется, что обращаются к нему.
А мне еще думается, что самой Клем теперь будет тяжковато. Два Зака в доме... Когда она представляла брата Гаса сыну, то уже хотела назвать Рафферти Заком.
Танюша, лови
Seniorita Primavera писал(а):
Но там, под маской спокойствия, видны бурлящие эмоции и чувства.
Долго ли они смогут их скрывать друг от друга?
Учитывая их темпераменты, до какой-нибудь бури Но там, под маской спокойствия, видны бурлящие эмоции и чувства.
Долго ли они смогут их скрывать друг от друга?
Seniorita Primavera писал(а):
Отощаю, Иришка...
Отощаю, Иришка...
Танюш, так лето же на носу. Как раз диеты - самое то!!! Надо сбрасывать набранные за зиму килограммчики
Seniorita Primavera писал(а):
Ну уж другие варианты я и не рассматриваю!!!
Ну уж другие варианты я и не рассматриваю!!!
Кто бы сомневался?!
Seniorita Primavera писал(а):
Надеюсь, далее нас ждет тоже самое и с остальными героями...
Я соскучилась по Ханне и Эрлан, по Дрю и Джере.
Очень хочется увидеть поближе старших детей Клем и Гаса.
И, конечно же, Одноглазого - рядом с Заком... ( думаю, эта встреча будет волнительной для первого... )
Надеюсь, далее нас ждет тоже самое и с остальными героями...
Я соскучилась по Ханне и Эрлан, по Дрю и Джере.
Очень хочется увидеть поближе старших детей Клем и Гаса.
И, конечно же, Одноглазого - рядом с Заком...
( думаю, эта встреча будет волнительной для первого... )Не переживай, всех-всех увидим!!!
Малина Вареньевна:
Nata Nata писал(а):
хи-хи, я тоже когда читала, стала прикидывать сколько пацаненку лет ))))
Я впечатлена! Маленькому Заку, примерно 3,5 года, он может чистить рыбу?
Но не думаю, что Клем рассчитывает на реальную чистку рыбы )))) Скорее он просто её хорошо вымоет, а это тоже нужное дела учитывая как до этого разбрызгивал слизь )))), но всё же это приучение к труду с самого мальства.
Nata Nata писал(а):
Клементина, давно уже не Бостон
Rusena писал(а):
И я соскучилась ))))) Ведь только Зак так её называет, это что-то принадлежащее только им двоим ))))) И потом кличка несет в себе часть человека )))) Как бы сильно и полно Клем не стала частью Монтаны, Бостон в её крови все равно останется. Это и её упрямство (с него всё и началось) - это строгая одежда и осанка - это её фотографии.... это много что в Клем. Монтана скорее взрастила Клем, но зародилось всё в Бостоне.
Но как же я соскучилась по этому прозвищу - Бостон!!!
Nata Nata -
Seniorita Primavera писал(а):
Согласна.
Спасибо автору за такое продолжение! Достойное.
Могло бы быть куда-более прозаичнее, и сказочнее..
Могло бы быть куда-более прозаичнее, и сказочнее..
Seniorita Primavera писал(а):
да Клем... Удивила!
Даже не так, не удивила.
А порадовала!
Ведь сейчас я увидела ту самую девушку, что так радовала нас в начале книги!
Сильная, волевая, стойкая, смелая,предприимчивая и упрямая!
И как такое может не порадовать?
Я уже и не мечтала увидеть ее вновь...
Вторую часть книги я видела лишь страдания, бесконечные беременности, несчастную и затравленную в браке женщину...
Даже не так, не удивила.
А порадовала!
Ведь сейчас я увидела ту самую девушку, что так радовала нас в начале книги!
Сильная, волевая, стойкая, смелая,предприимчивая и упрямая!
И как такое может не порадовать?
Я уже и не мечтала увидеть ее вновь...
Вторую часть книги я видела лишь страдания, бесконечные беременности, несчастную и затравленную в браке женщину...
Seniorita Primavera писал(а):
Татьяна как никогда согласна с твоими мыслями. Спасибо, замечательный пост! И то, что он застал Клем вдовой - выбило его из колеи.
И смерть брата сейчас для него - и боль, и призрачная надежда для него...
Мне кажется, что вся замкнутость Зака именно оттого, что он не готовился к тому, что увидит именно То, что увидел.
И смерть брата сейчас для него - и боль, и призрачная надежда для него...
Мне кажется, что вся замкнутость Зака именно оттого, что он не готовился к тому, что увидит именно То, что увидел.
Метелица писал(а):
а ведь и правда. Как бы он не строил безразличие, думаю ему своя земля была куда дороже чем Гасу. Ведь именно он с самого детства скитался без кола без двора. Всё таки Гас вырос в нормальном доме...
Не в этом соль, как говорится. Думается мне, что счастлив, а вместе с тем и успешен наш мистер Рафферти может быть только на своей земле/своем месте.
Rusena писал(а):
Танюш, так лето же на носу. Как раз диеты - самое то!!! Надо сбрасывать набранные за зиму килограммчики
не надо о больном 
Rusena писал(а):
Тоже не знала, просто безумно понравилось читать.
Клем даже фотографии обрабатывала, чтобы добиться каких-то эффектов. Вот не знала, что раньше такое было возможно.
Rusena писал(а):
Скажу только, что автор нам потом хорошочко опишет все мыслишки Зака
НУ НАКОНЕЦ-ТО !!!!! А то всю книгу одними догадками ))))
Обрадовала Русёна! Очень!
Rusena:
Малина Вареньевна писал(а):
Скорее он просто её хорошо вымоет, а это тоже нужное дела учитывая как до этого разбрызгивал слизь )))), но всё же это приучение к труду с самого мальства.
Правильно-правильно.
Но сценка с рыбой - просто умиление. И маленький Зак умница, мамку-то слухается, хоть и пытается возмущаться. Не только внешностью, но и характером как дядя Рафферти
Малина Вареньевна писал(а):
Монтана скорее взрастила Клем, но зародилось всё в Бостоне.
Марьяша,
Малина Вареньевна писал(а):
Как бы он не строил безразличие, думаю ему своя земля была куда дороже чем Гасу. Ведь именно он с самого детства скитался без кола без двора.
Да, вечно никому не нужный одинокий пес.
А ведь ему многого и не надо - рад и углу в сарае, лишь бы на родной земле рядом с родными людьми.
Seniorita Primavera:
Девочки, всем привет!
Rusena писал(а):
Учитывая натуру Зака, я просто уверена, что теперь он начнет им помогать по хозяйству.
Иришка, согласна!
Он раньше помогал, а сейчас, когда Клем овдовела - и тем более не оставит их на произвол!
Мне кажется, что даже если бы не было там любви, он бы не оставил ее и племянников.
Он с виду такой весь одиночка и резковатый, а в душе - его тянет к семейному очагу.
Просто у него детство было поломано, мать бросила с отцом, который кроме себя ни о ком не заботился.
Сам же Зак лишь являет миру свое бесчувствие...
Сейчас он находится именно там, где и должен. Дома. Рядом с любимой.
Rusena писал(а):
Ну не в постель же к ней прыгать вот так с ходу...
Я была бы сильно разочарована, если бы он там оказался!
Очень радует, что автор немного охладила их пыл и развела немного в стороны...
Тем любопытнее будет наблюдать за их "новым" сближением.
Таша - за пост лови
Nata Nata писал(а):
Если бы не слова о том, что Клементина натренированным глазом увидела боль, я бы разочаровалась в Заке.
Таша, я здесь тебя поддерживаю полностью, мне тоже бросилось его спокойствие в глаза...
Но хочу немного еще добавить в его защиту...
О чем, конечно же, не стоит забывать...
У них было не совсем нормальное детство. Факт.
Их мать уехала с Гасом, а Зака оставила с отцом ( который уже тогда явил себя непутевым и кошмарным отцом!)...
Гас с Заком увиделись много лет спустя.
Гас привез жену на их ферму, не предупредив брата.
Между ними не наблюдалось той братской привязанности и любви, которая есть в тех семьях, где дети растут вместе, единой семьей.
Они не показывали своих чувств друг другу, и в чем-то были соперниками. Факт.
Много ли Гас при жизни на ферме показывал какие-то чувства к брату?
И по мне, когда открылась любовь Зака и Клем к друг другу, он вздохнул с облегчением, когда Зак покинул ферму.
Так вот на фоне всего этого коктейля, всех этих полутонов чувств, боли и страданий - можно ли требовать от Зака слез или больших страданий?...
Думаю, что нет.
Да, в глубине души он страдает, и оплакивает смерть брата.
Не верю, что у него совсем ничего не екнуло. Это на него не похоже.
Но он замкнутый, и привык по жизни держать эмоции под контролем...
...Да и потом, он тоже человек, и без того большую часть жизни заботился о других, и о брате в том числе...
Ставил интересы того превыше своих.
Так может быть ему пора подумать и о себе, о своих чувствах?...
Может быть я и ошибаюсь, но это чисто мое восприятие ситуации...
Янина - лови от меня!
Метелица писал(а):
Suoni писал(а):
Не в этом соль, как говорится. Думается мне, что счастлив, а вместе с тем и успешен наш мистер Рафферти может быть только на своей земле/своем месте. Мне жаль его, очень. Он как пес, которого лишили двора, какая уж тут "качественная" жизнь. Жизнь выбила почву у Зака из под ног, как только на ранчо появилась Клементина. Поэтому мне близок ход ее мыслей. Она права, со времени ее приезда - Зак только уступал.Мне хотелось , чтобы Зак через эти семь лет вернулся самодостаточным, преуспевающим человеком. А не ветром в поле, без кола и двора.
Как точно ты передала то, что я чувствовала, но не могла найти слов.
Спасибо, Янина!
Отлично и точно сказано!!!
Да, Зак - истинный сын этой земли, этого места!
Как и Клем сейчас.
И не важно, что у него нет толстого кошелька, и сам он потрепан жизнью.
Здесь самая суть в другом для меня - в истинной принадлежности человека к этой суровой земле, в любви, что преодолела время и испытания...
Думаю, на жизнь себе и своим детям они смогут заработать.
Главное другое - что они есть друг у друга!
Rusena писал(а):
Учитывая их темпераменты, до какой-нибудь бури
Иришка - дразнишься...
Я теперь изведусь совсем!
Такая интрига!
Rusena писал(а):
Танюш, так лето же на носу. Как раз диеты - самое то!!! Надо сбрасывать набранные за зиму килограммчики
Иришка -
рассмешила, правда!
Марьяша - лови от меня!
Малина Вареньевна писал(а):
Как бы сильно и полно Клем не стала частью Монтаны, Бостон в её крови все равно останется. Это и её упрямство (с него всё и началось) - это строгая одежда и осанка - это её фотографии.... это много что в Клем. Монтана скорее взрастила Клем, но зародилось всё в Бостоне.
Как красиво и точно сказано!!!
"Не в бровь, а в глаз..."
Марьяш - ты права, в каждом слове!
Rusena писал(а):
Да, вечно никому не нужный одинокий пес.
А ведь ему многого и не надо - рад и углу в сарае, лишь бы на родной земле рядом с родными людьми.
А ведь ему многого и не надо - рад и углу в сарае, лишь бы на родной земле рядом с родными людьми.
Ой, Иришка, для меня это было самое болезненное, вот правда!
Неужели в доме места не нашлось бы?
Как-то жестоко отправлять его в лачугу, пыльную да заброшенную, словно он чужой, и вообще не совладелец...
В самом деле, словно никому не нужный пес...
Обидно за Зака!
Надеюсь, он там ненадолго задержится, в сарае...
lubonka:
Rusena, LuSt, codeburger, Nata Nata, спасибо большое!!
Как всегда Уильямсон меня не разочаровала))) Встреча Клементины и Рафферти прописана прекрасно.
lilu писал(а):
«Храм фотографии». А ниже буквами помельче: «Пейзажи всех видов, семейные фото, индивидуальные и групповые портреты. Съемка со вспышкой, стереоскопическим эффектом или в обычном исполнении».
Какая всё-таки Клементина умничка! Столько всего пережила и повидала, а не отказалась от своего любимого дела. Другая бы, на её мести, уже давно на это плюнула и стала бы жить одними мыслями о выживание, тянула бы свою лямку и периодически ныла о трудностях своей тяжёлой, невыносимой вдовьей доли. Клементина, мала того, что справляется со всем этим, так ещё умудряется видеть столько интересного и смешного в окружающем её мире, запечатлеть это на фото и делится этой красотой.
Даааа, она явна выросла и стала более мудрой и женственной. У меня вообще создалось впечатления, что она даже более решительней чем Рафферти и первый шаг к их совместному будущему она сделает первая.
Почитаем, увидим...)))
Федор:
Девушки, спасибо за главу и ее оформление!!!
Порадовала глава. Раньше все боль и страдания, в этой главе особого позитива не было на мой взгляд, но она дает надежду на будущее.
Не может быть, чтобы за семь лет Зак ничего не заработал. Он не из тех кто просаживает заработанные деньги в кабаках. Он из тех, кто единожды полюбив, уже не разлюбит, хотя за 7 лет вряд ли обходился без женщин. Здоворый мужчина со своим нормальными потребностями.
Такое количество вооружения, почему-то наталкивает на мысль, что он был рейнджером.
А Клем-молодчинка. Сильная, умная, стойкая. Прозвище "Бостон", данное Заком, уже никак ей не подходит. Пожалуй стоит назвать ее
"Монтаной". Заслужила.
Посты девушек просто обалденные!!!
persik:
Спасибо за перевод. очень понравилось что перенесли образ героини "Ада на колёсах" на Клементину.
Rusena:
» Глава 29(часть 2)
Глава 29 (часть 2)Перевод: Rusena
Редактирование: LuSt, codeburger
Иллюстрации: Nata Nata
– Такого безобразия раньше никогда не было, – хмурилась Ханна Йорк, разливая виски «Бутон розы» из бутылки по трем стаканам. – В тот год, когда я впервые приехала в округ Танец Дождя, воздух был таким чистым и свежим, что его хотелось пить как воду.
Клементина подошла к кухонному окну, занавешенному клетчатой льняной материей из крашеной пряжи, и взглянула на небо цвета потускневшей сепии на старой фотографии. Её сынишка Зак и Сэмюэл Ву играли между осин, стреляя по белкам из рогаток. День был таким маревым и тяжким, что даже трепетные листья осин не шевелились, не взблескивали серебряной изнанкой. Мир снаружи казался размытым и нечетким, будто она смотрела сквозь марлю.
– Это все чертова шахта с их ямой для обжига, – выпалила Клементина, удивив даже саму себя, поскольку редко ругалась. Наверное, всему виной хмарный воздух. Да и Зак Рафферти вернулся домой.
Прежде чем присоединиться к Эрлан за кухонным столом, Клементина открыла дверь, чтобы женщины могли следить за мальчиками. Ханна накинула на стол кружевную скатерть и поставила в центр вазу из рубинового стекла. У миссис Йорк на любой случай имелись красивые вещички.
– Айя! – воскликнула Эрлан, сморщив нос. – На улице воняет гаже, чем от трехдневной рыбы.
Ханна поставила на стол тарелку с печеньем и намазанными маргарином ломтиками хлеба.
– Это все чертова шахта! – повторила она слова Клементины. Потом скользнула на пустой стул, вытащила из коробка спичку и зажгла фабричную сигарету. Клементина подумала, что курение придает Ханне восхитительно порочный вид. – Клянусь, стало еще хуже с тех пор, как на прошлой неделе «Четыре вальта» зажгли новую кучу.
Наряду с крупными компаниями в Бьютте, «Четыре вальта» производили больше меди, чем любая другая шахта в округе. А самым дешевым и распространенным способом очистки красного металла являлся обжиг в кучах, когда в гигантских открытых печах день и ночь горели уложенные поочередно слои бревен и медной руды. Вот только при этом в воздух выбрасывался грязный, коричневый, содержащий мышьяк дым.
Хотя стоял полдень, в помещении было так темно, что Ханне пришлось зажечь лампу. Пламя отражалось от отделанного прессованной жестью потолка и зеленых эмалированных керамических плиток на кухонной плите. Лампа освещала валентинки, которые Ханна вставила в рамки и повесила на стену. Окаймленные бахромой, с рельефными рисунками, украшенные жемчужными каплями, кружевами и лентами. По одной на каждый год, с тех пор как маршал Скалли являлся ее любовником.
– Иногда дым становится настолько густым, что с веревки я снимаю белье серое и покрытое сажей, будто протянутое через старый дымоход, – сказала Эрлан. – Наверняка именно из-за этого чада Сэмюэл всю прошлую зиму проболел.
– Мы должны что-то сделать с этой шахтой, – произнесла Клементина.
Глаза Ханны округлились, и она посмотрела за спину подруги, словно хотела убедиться, что в комнате больше никто не прячется.
– Кто? Мы?
– Нет такой причины, по которой «Четыре вальта» не могут построить нормальный завод.
– А мне на ум сразу приходит как минимум одна причина – деньги.
– Но дым — это же яд, – сказала Эрлан. – От него все болеют.
Ханна одним глотком допила свой виски.
– Медь превратила Радужные Ключи в разросшийся город. Люди не прочь мириться с любым количеством грязного дыма, пока богатеют. Особенно те, кто всем здесь заправляют... – Она пронзила Клементину взглядом. – Например, Джек Маккуин. Почему бы тебе не побеседовать с ним об этом деле, раз так храбришься? Он же твой родственник, в конце концов, пусть даже вы двое не говорили друг другу ни слова, кроме «здравствуйте» с тех пор, как Гас умер.
– Нужно потолковать с самими шахтерами, – решила Клементина. – Если они будут отказываться добывать медь, пока не зароют ямы для обжига и не построят новый завод, то у управляющих просто не будет другого выбора. А если шахтеры не согласятся нам помочь, можем пойти к их женам.
Ханна фыркнула.
– Да респектабельные дамочки Радужных Ключей не станут слушать таких как мы... ну, меня-то точно.
– Их сохнущие на веревках постирушки так же становятся серыми от дыма, как и у Эрлан. Их дети тоже болеют. Так почему они не станут слушать?
Ханна вздохнула.
– Боже, и какого черта я постоянно позволяю тебе втягивать меня во всякие неприятности? – Она отодвинула стул, царапнув пол, и встала. – Но если уж мы выходим на тропу войны с «Четырьмя вальтами», не помешает для храбрости выпить по второму кругу.
Ханна выпрямилась, вдруг на ее лице мелькнуло удивление и ноги подкосились. Падая, она попыталась схватиться за стол, но сорвала скатерть и опрокинула на себя стаканы и тарелки.
– Ханна!
Клементина с Эрлан опустились на колени по обе стороны от подруги. Китаянка подняла и погладила ее ладонь.
– Думаю, она всего лишь упала в обморок.
– Принесу немного уксусной воды, – дернулась Клементина, но Ханна уже зашевелилась.
Ее веки задрожали и открылись. Лицо выразило изумление.
– Думаю, этот дым внезапно вызвал у меня дурноту, – прохрипела Ханна. Она осторожно села, прижав трясущуюся руку к животу. – Боже, как меня мутит.
* * *
Скрестив ноги, Клементина сидела на грязном дворе рядом с тихо мычащим теленком, который родился совсем недавно, и от него все еще шел пар.
Корова облизывала своего малыша, чем способна заниматься часами, пока тот не встанет на ноги, чтобы впервые ощутить вкус материнского молока. Клементина испытывала радостное удовольствие, просто сидя и глядя, как в теленке просыпается жизненная сила.
Грязь, в которую опустилась Клементина, была холодной и вязкой. Во дворе витал запах крови и навоза. Улыбнувшись, миссис Маккуин потянулась и погладила белую морду коровы.
– Ты хорошо справилась, дорогая. Просто отлично.
Мать-корова лизала новорожденного, фыркала и моргала длинными белыми ресницами.
С безумным кудахтаньем по двору с шумом пронесся степной тетерев. Это не помешало родительнице и дальше облизывать детеныша, но Клементина подняла глаза и увидела скачущего через сенокосный луг Рафферти.
Все трое суток со дня приезда Зак в основном держался особняком, приноравливаясь к прежнему образу жизни. Миссис Маккуин знала, что деверь объехал все ранчо, словно должен был собственными глазами убедиться, как она тут справлялась. И Клементину порядком злило, что Рафферти ее оценивает.
А еще ее беспокоили мысли, что он подсчитывает общую стоимость ранчо, намереваясь продать свою половину. Возможно, какому-нибудь восточному синдикату или английскому баронету, ищущему приключений на Диком Западе.
Рафферти остановился рядом с ней и спрыгнул с седла. Клементина поднялась с земли, стряхивая с юбки грязь. Мгновение они просто смотрели друг на друга, ничего не говоря.
Теленок, будто дожидался прибытия Зака, шатаясь, поднялся на крошечные копыта, мумукнул и пихнул мать головой в красный живот. Довольная собой корова вскинула голову и низко замычала.
– Интересно, что заставило ее убраться с пастбища и прийти телиться во двор, – обронил Рафферти.
Клементина опустила глаза на тонконогого новорожденного, энергично сосущего материнское молоко.
– Наверное, двор показался ей самым безопасным местом для рождения малыша.
– Он с виду совсем кроха. Да и большая часть остальных детенышей, которых я видел сегодня на пастбище, выглядят плохо.
– Коровы пасутся на вырубленных участках леса и едят хвою с поваленных деревьев, вот телята и болеют.
– С каких это пор ты вырубаешь лес?
Клементина убрала с глаз выбившиеся пряди волос и внезапно заметила, что ладонь выпачкана в крови. И пошла прочь от Зака к водяному насосу.
Ведя в поводу лошадь, Рафферти догнал невестку и зашагал с ней в ногу.
– Клементина...
– Вы не можете вернуться сюда спустя столько лет, мистер Зак Рафферти, и ожидать, что ничего не изменилось.
– Черт, я знаю.
– И ожидать, что не изменилась я.
Клементина почувствовала на себе изучающий взгляд деверя как прикосновение, но нет, она не станет смотреть на него.
– Не вижу в тебе никаких изменений, – хмыкнул Рафферти. – По-прежнему чопорная и колючая как накрахмаленная рубашка.
Что доказывает, подумалось Клементине, как мало он ее знает. Но с другой стороны, ни один из её любимых мужчин никогда ее толком не знал.
Зак качал ручку насоса, пока невестка смывала с рук кровь от отела.
Минуту назад Клементина придерживала вылезающую из утробы матери голову теленка и громко смеялась от радости, когда малыш сделал первый вдох. Через год она отправит его на бойню без сожалений и задних мыслей.
– Было время, когда я даже не могла смотреть, как клеймят телят, – произнесла она, высказывая вслух самый конец своих размышлений.
Уголок рта Зака дернулся, углубив ямочку на щеке. Но то была не улыбка.
– Даже тогда я не говорил, что ты слабачка.
Заслышав стук копыт, Клементина резко повернула голову. По дороге, ведущей из города, галопировал пинто с сидящими на его спине Сарой и Дэниелом.
Дети каждый день ездили в школу и обратно на старом Лиатрисе, но Клементина не подозревала, что конь до сих пор способен мчаться столь быстро. Она увидела, что неисправимая дочь снова не надела чепчик и ее волосы свободно развевались за спиной, как у цыганки. И вдруг Клементина заметила кровь на лице Дэниела.
С колотящимся от страха сердцем она бросилась обратно во двор. Сара уже помогала брату спуститься на землю, поддерживая руками за плечи. Кровь стекала сбоку головы мальчика по шее и капала на рубашку, окрашивая ткань в алый цвет.
– Это всего лишь царапина, – сказала Сара неестественно громким голосом, и Клементина уловила в глазах дочери настойчивое предупреждение. Дэниел все еще страдал от спазмов легких, и одними из причин, способных вызвать приступ удушья, оставались истерика и страх. Сара сжала плечи брата. – Ты же не боишься, правда, Дэниел?
– Угу, не боюсь, – прогундел мальчик. Его нижняя губа слегка дрожала, но дыхание было спокойным и ровным.
– Нет, конечно же, он не боится — глупо бояться такой маленькой царапины, – произнесла Клементина, заставляя себя говорить спокойно. Она наклонила голову сына, чтобы получше рассмотреть ссадину, и почувствовала головокружение из-за обилия крови. Это был не просто небольшой порез, а длинная, с рваными краями, но, к счастью, неглубокая рана. Клементина обняла Дэниела, отнесла его в галерею и устроила в кресло, сидя на котором иногда сбивала масло.
В сопровождении Сафрони из кухонной двери с шумом выскочил маленький Зак. Рот перепачкан черемуховым вареньем, а в липком кулаке зажат молочный крекер, с которого капала вязкая масса. Клементина чуть не задохнулась от на мгновение застрявшего в ее горле густого и сладкого запаха варенья.
– Сафрони, – кашлянула она, – принеси, пожалуйста, ящик с лекарствами.
– О, Боже упаси. – Сафрони схватилась за передник. – О, святые угодники... – Она бросила умоляющий взгляд на Рафферти, приподняла юбки и забежала обратно в дом.
– Ух ты, Дэнни, да ты кровишь прямо как зарезанная свинья! – воскликнул младший брат.
– Зак, а ну, замолчи. – Клементина заметила, как Рафферти притянул ее младшенького к ногам, будто защищая, а пострел позволил ему такую вольность. Ее дети приняли этого мужчину, словно знали его всю жизнь. Да и Сафрони рядом с ним не считала нужным прикрывать татуировки.
Клементина заставила себя более тщательно осмотреть глубокую ссадину на голове сына. Казалось, кровь свертывалась, хотя рана все еще выглядела катастрофично.
– Сара, а теперь расскажи, как такое произошло.
Взгляд широко распахнутых серьезных глаз Сары поднялся к Рафферти, будто лишь дядю она удостаивала своим ответом, и Клементине захотелось встряхнуть дочь.
– Они снова рубят лес на нашей земле, мужчины из «Четырех вальтов». Мы только подъехали поближе, чтобы получше рассмотреть, что они делают, а они стали в нас стрелять. Мы не хотели подкрадываться... ну, не совсем... но думаю, мы малость удивили их, когда высунулись из-за лачуги сумасшедшей…
Мужчины из «Четырех вальтов»... В груди Клементины вспыхнула холодная всепоглощающая ярость. Опять «Четыре вальта». Сначала они отравляют воздух и крадут деревья с ее земли, а теперь стреляют в ее детей.
Вернулась Сафрони с ящиком с лекарствами.
– Слава Богу, мистер Рафферти вернулся домой, – тихо пробормотала она. – Ты можешь попросить его разобраться с этими наглецами из «Четырех вальтов».
Клементина ничего не сказала, пока промывала рану на голове сына гамамелисом. Ее руки задрожали, стоило подумать о том, насколько ужасно все могло обернуться. Она хлестнула дочь колючим взглядом.
– Сара Маккуин, ты ослушалась меня, не поехав из школы прямо домой, как тебе положено.
Сара ответила взглядом типичным для этой строптивицы — широко распахнутые глаза, спокойные и полные презрения. Ее дочь, такая бесстрашная и независимая, такая безжалостная ко всем, кто слабее нее.
– Они вырубают наши деревья, – выпалила Сара. – Кто-то должен заставить их прекратить.
Клементина закончила умащать огнестрельную рану мазью с алоэ и окопником.
– Сафрони, днем отвезешь детей в город, как мы и планировали, – распорядилась миссис Маккуин. – Загляни к доктору, пусть посмотрит, не нужно ли наложить Дэнни швы. Мы все останемся на ночь у Ханны.
Сафрони опустила голову и понизила голос до еле слышимого шепота.
– Ты что, и вправду собираешься это сделать? То, что вы удумали на днях на своих дамских посиделках с виски?
– Раз я сказала, значит, так и будет. Ты езжай, а я сделаю небольшой крюк по пути.
– О, Боже. Возьми с собой мистера Рафферти.
Клементина уже была на ногах и направлялась в дом, чтобы захватить жакет от амазонки и «Винчестер». Мужчина, которого она любила всю свою жизнь, пусть сам решает – ехать вместе с ней или нет.
* * *
Когда его саврасая поравнялась с ней, Клементина пустила свою кобылу в быстрый галоп. Они мчались по ведущей в город дороге, и копыта их лошадей чавкали и хлюпали по весенней грязи.
Однако через несколько минут миссис Маккуин замедлилась, когда поняла, что Рафферти не собирается отставать. Она не станет смотреть на него.
– Мы скачем, чтобы кого-то убить? – спросил Зак.
Клементина глубоко вдохнула, чтобы успокоить боль в груди.
– Мне бы этого хотелось, действительно хотелось.
– Так ты объяснишь мне, в чем дело?
– Сара же только что рассказала. Медная шахта «Четыре вальта» вырубает лес на нашей земле, и кто-то должен их остановить.
Лесорубы поставили свой лагерь на западном склоне оврага, рядом с развалившейся лачугой сумасшедшей. Когда-то окружающие холмы густо топорщились желтыми соснами, ольхой, тополями и лиственницей. Теперь же целые акры деревьев были вырублены под корень и вывезены или гнили кучами порубочных остатков. В овраге, который пересыхал засушливым летом, сейчас текла река метровой глубины от недавних дождей и стоков с гор.
Одна из привязанных у лагеря кобыл заржала, оповещая о новоприбывших, хотя они и так наделали достаточно шума, с хлюпаньем и чавканьем пробираясь верхами по влажной земле, где с холмов и пригорков в овраг бежала талая вода. Все лесорубы работали выше на склонах. В лагере находились только двое мужчин, стоящих возле печки.
Сначала взгляд Клементины метнулся к Персивалю Кайлу, начальнику медной шахты «Четыре вальта». По своему обыкновению, тот был наряжен как сбежавший актер театрального представления о Диком Западе: белый стетсон, отделанный бахромой жакет и белый кожаный жилет с косичкой из плетеного конского волоса, спускающейся от верхней пуговицы из буйволиного рога в кармашек для часов. Мистер Кайл был белокурым элегантным мужчиной со светлой лопатистой бородой и глазами серого зимнего цвета.
Клементина несколько раз видела, как он вынимал свой посеребренный револьвер с перламутровой рукояткой. Но сегодня, как и обычно, начальник шахты был безоружен. «Четырем вальтам» нравилось строить из себя мирную законопослушную компанию.
Но один взгляд на Мика, подумалось Клементине, опрокидывал все первоначальное впечатление. Тот всегда носил на яйцевидной голове шотландский берет, а его коротко стриженые жесткие усы напоминали щетку для сапог. Кожа на лице свисала складками, а глаза походили на бусины, придавая мужчине злобный непроницаемый вид. Клементина не знала настоящего имени этого типа, лишь слышала, как его называли Миком.
На мгновение все стихло, кроме позвякивания уздечек. Затем Персиваль Кайл шагнул к Клементине, обнажая зубы в улыбке.
– Миссис Маккуин. Я так и думал, что то маленькое происшествие быстро приведет вас сюда. – У него была странная манера говорить в нос, едва шевеля розовыми губами. – Пожалуйста, поверьте, что никто не сожалеет больше...
– Который из ваших мерзавцев стрелял в моего сына?
Никто из мужчин добровольно не сознался, но этого и не требовалось. Не только потому, что оружие при себе было только у Мика, но и благодаря изобличающему взгляду, который Кайл тут же бросил на ирландца, и этого свидетельства для Клементины было достаточно.
Одним быстрым плавным движением женщина поднесла «винчестер» к плечу, прицелилась и нажала на курок. Прогремел выстрел, его эхо заглушили набрякшие дождем тучи.
От внезапного шума лошадь Клементины подалась вбок, прядая ушами и испуганно поводя глазами, но миссис Маккуин бедрами и коленями легко подавила бунт. А затем направила ствол винтовки на Персиваля Кайла и передернула затвор.
За спиной она услышала щелчок, когда Рафферти взвел курок своего револьвера.
– Не рыпайся, – тихо сказал он, и Мик, который потянулся было к оружию, передумал.
На рукаве шерстяного пальто Мика расцвело ярко-алое пятно. Он дотронулся до плеча, а затем в изумлении уставился на окровавленную ладонь.
– Иисусе, она меня подстрелила! Ты это видел, Кайл? Бабенка меня продырявила!
– И сделаю это снова, если вы когда-нибудь причините вред моему ребенку. Только следующего выстрела вы не услышите. – Клементина повела винтовкой, пока ствол не оказался нацелен между глаз щеголя. – Говорят, что нельзя услышать выстрел, который тебя убивает. Ведь правда, мистер Кайл?
Персиваль Кайл выгнул изящную светлую бровь и развел руки в стороны, демонстрируя, что безоружен.
– Вы достаточно ясно объяснили, миссис Маккуин. Но, как я уже пытался вам сказать, ранение вашего мальчика было несчастным случаем. Это больше не повторится, уверяю вас. «Четыре вальта» не ведут войну с невинными женщинами и детьми.
– Нет, только с невинными деревьями. – Еще один выстрел прогремел в воздухе, и безупречный белый стетсон слетел с головы Кайла с зияющей в тулье большой дырой. Клементина сама удивилась, как близко от головы командира прошла пуля — наверное, с ширину скрипичной струны от макушки. – Убирайтесь с моей земли!
Кайл продолжал держать руки разведенными в стороны, но сощурил бледные глаза и стиснул зубы. Однако его голос оставался спокойным:
– Но-но, мэм, будьте разумны. Суд же определил, что право на владение этим участком земли остается спорным вопросом между «Четырьми вальтами» и «Ревущим Р» и, пока не принято окончательное решение, у нас имеется разрешение на продолжение вырубки.
– Ваш суд и ваш судья.
– Закон есть закон. Однако мы оба знаем, что если бы вы согласились принять щедрое предложение «Четырех вальтов» и отказались от сомнительных притязаний на участок, то все судебные дела прекратились бы. – Кайл то и дело бросал косые взгляды на Рафферти и наконец больше не смог выносить неизвестности. — А это что за дьявол?
Седло Рафферти скрипнуло, когда тот наклонился вперед. Зак положил левую руку на луку, но правой по прежнему держал кольт, нацеленный на Мика.
– Тот самый дьявол, которому принадлежит «Ревущий Р».
Персиваль Кайл повернул удивленное лицо к Клементине.
– Я думал, владелица ранчо — вы.
– Так и есть. – Она развернула лошадь и, ткнув каблуками в бока, пустила ее рысью, оставив Рафферти право выбора – следовать за ней или нет.
* * *
Ниже по склону оврага, скрывшись за сосновой порослью, маршал Дрю Скалли наблюдал за стычкой между миссис Маккуин и мужчинами из «Четырех вальтов». Он держал револьвер под рукой, готовый вмешаться, однако испытал облегчение, когда встревать не потребовалось.
Скалли не хотел, чтобы кто-то знал о его присутствии здесь. А особенно не хотел, чтобы кто-то стал свидетелем того, что он собирался сделать.
Убедившись, что за ним не следят, маршал спустился к новой речке, бегущей через глубокий овраг. С перекинутой через плечо седельной сумкой Скалли, полусогнувшись, пошел вдоль течения, разглядывая раскиданные по берегам и выступающие из потока валуны. Их принесла с окружающих склонов и холмов талая и дождевая вода. Время от времени Дрю наклонялся, поднимал камень, разглядывал и бросал обратно. Наконец один из булыжников настолько привлек внимание маршала, что он вставил в глаз монокль, чтобы внимательно изучить породу.
Скалли стер с образца грязь и песок, снова вгляделся, и уголок его рта приподнялся в улыбке. Он продолжал поглаживать находку большим пальцем даже после того, как позволил висящему на шнурке моноклю упасть и повиснуть на шее, а улыбка давно погасла.
Дрю посмотрел вверх на склон оврага и начал карабкаться туда, следуя против течения стекающего ручейка.
Примерно на полпути по скользкой крутизне на сырой земле обнаружилась россыпь булыжников. На поясе у Дрю были закреплены молот и «бычий член», и Скалли воспользовался инструментами, чтобы отколоть от одного из камней кусок размером с кулак.
Дрю сунул образец в седельную сумку и быстро начал спускаться по склону оврага к сосновнику и спрятанной там лошади. Лишь на мгновение, не больше чем на пару секунд, солнечный луч прорвался сквозь заслон из туч и отразился от семиконечной жестяной звезды на груди маршала.
Федор:
Девушки, спасибо за главу и иллюстрации к ней!!! Вы молодцы!!!
Клементина-молодец, папашка Маккуин-сволочь, все-то ему мало. Забывает, что в могилу ничего не возьмет.
Интересно, что опять нашел Дрю и интересно, это ведь на земле Зака и Клементины.
Svetlaya-a:
вау!!!! Ханна в положении?? Клементина стала очень решительной хозяйств ранчо и сразу вступает в битву! класс! А что Скалли нашел?
спасибо большое!!
djulindra:
Rusena писал(а):
Думаю, этот дым внезапно вызвал у меня дурноту, – прохрипела Ханна. Она осторожно села, прижав трясущуюся руку к животу. – Боже, как меня мутит.
Не уж-то Ханна понесла??? Буду за нее рада.
Rusena писал(а):
Дрю сунул образец в седельную сумку и быстро начал спускаться по склону оврага к сосновнику и спрятанной там лошади.
И, что это Дрю там выискивает??? Интересно
Ира, Ласт, Таня, Таша спасибо за продолжение
