Тайна поместья Эль Фарион (Фентези 18+)

natallisha:

 » Тайна поместья Эль Фарион (Фентези 18+)

Юная Селина Ланиэль возвращается в родное королевство после многолетнего отсутствия, чтобы принять в наследство от бабушки загадочное поместье "Эль Фарион", оплетенное противоречивыми слухами и полное разного рода тайн. Что ждет ее в доме, где когда-то прошли ее детские годы? Доме таком родном и таком же бесконечно далеком. А под флером изящества и красоты в королевстве наступают смутные времена и творятся далеко не безобидные вещи, так или иначе затрагивающие каждого из его жителей. Пожалуй, именно теперь ее ждет самый главный в жизни и безумно ответственный выбор.

Доброго времени суток дорогие Леди и гости сайта, позвольте пригласить вас в мою новую историю, написанную в жанре исторического фентези. Надеюсь судьбы моих героев вас заинтересуют и книга принесет вам много положительных эмоций. Выкладка глав планируется не менее, чем раз в пять дней. Добро пожаловать!

...

Кейт Уолкер:

Наташа, привет. Поздравляю с новой темой! Честно говоря, я никак не ожидала, что ты решишься выкладывать свой новый роман в данном разделе. Пока ещё не знаю, когда буду покупать твою историю. К сожалению, твои темпы выкладки трёх текущих историй ("Шоколадница", "Реверанс судьбы", "Солнце для маркиза") не слишком быстрые. Мне, например, постоянно приходится перечитывать предыдущие главы, потому что детали сюжета забываются при длительных перерывах в чтении. Надеюсь, с этим романом всё будет по-другому. Аннотация, конечно, интригует, опять отчётливо видна детективная нотка - впрочем, как всегда в твоих сюжетах.

...

natallisha:

 » Часть первая. Оберег для наследницы. Пролог.

Шлюпка скользила вдоль набережной длинного пирса. Прямо по курсу мерцали огни сигнальной башни Митланда, маленького портового городка, расположенного на пересечении главных торговых путей королевства Шелтарион. Несмотря на оплетающий утлое суденышко толстый слой ила и местами облупившуюся голубоватую краску, оно отличалось завидной крепостью и имело хорошо укрытую от дождя рубку, в которой еще недавно спасались от сырости две юные пассажирки, прибывшие с последним кораблем.

Путешествие выдалось отчаянно трудным, и сейчас, когда они с Синтией наконец-то покинули палубу парусника и перебрались в лодку, должную доставить их к берегу, на душе сделалось значительно легче. Но по мере того, как сурового вида боцман огибал световые полосы маяка, стремясь не попасть в поле зрения трепещущих на черной воде красноватых отблесков, призрачное спокойствие дам давало все большую трещину.

Ухватившись за борт крохотного суденышка, Селина жадно вдохнула холодный ночной воздух, с тоской поглядев на проплывавшие мимо силуэты доков, иногда вспыхивающие крохотными ясными бликами. Шлюп, хоть и с нарочитой медлительностью, но все таки поднимался вверх по реке, успешно борясь с коварным течением, бесшумный и неожиданно быстрый. Наступивший отлив давал о себе знать глухим нарастающим рокотом, спорящим с яростным плеском волн. В свете чего боцману приходилось прилагать поистине невероятные усилия - дабы суметь справиться с ними, благо, уверенности ему было не занимать.

Вероятно, их проводник, помимо вполне очевидных водных талантов, обладал и некоторыми другими, ибо необычайно острое зрение он однозначно позаимствовал у ночных эльфов, самой ловкой и быстрой из прочих эльфийских рас. Девушка бросила опасливый взгляд на высокую, по кошачьи гибкую фигуру моряка, к тому же увенчанную рыжеватой густой шевелюрой,  окончательно утвердившись во всех  своих подозрениях. К слову заметить, ее слезящиеся от ветра глаза тоже привыкли к сгустившейся мгле и слегка различали отдельные контуры побережья, напоминая о бившейся где-то внутри искре родовой магии.

Едва миновав огромные прибрежные валуны, боцман отбросил в сторону весла, по всей видимости, намереваясь причалить к чему-то отдаленно напоминавшему старое пирсовое кольцо. Невозмутимо усевшись на носу узкой кормы, моряк сложил мозолистые ладони рупором и трижды прокричал «чайкой», причем выполнил сие странное действие столь естественно, что Синтия, ее неизменная спутница и по совместительству горничная, отчетливо вздрогнула.

По спине не менее изумленной происходящим Селины пробежал предательский холодок, окружавшая их  пустынная местность чудилась мрачной. Очертания диковинных исполинских громад высились совсем рядом, напоминая печальные одинокие барки, преграждающее течение. Даже плеск неумолчной воды вдруг стих, а последняя ни с того ни с сего стала казаться удивительно гладкой и плотной, словно сливочный крем.

Не в силах более сдерживаться, девушка все же рискнула придвинуться к боцману,  прошептав тому прямо в ухо:

- Почему вы остановились, милейший? Вы обещали доставить нас с Синтией в порт?

- Не извольте шуметь, леди, - с отчетливой неохотой отозвался моряк, смерив свою собеседницу испытующе грозным взором, - разумеется, мы причалим, только сделаем это без ведома любопытных дозорных береговой охраны.

- Полагаю, вы шутите? – озабоченно запротестовала Лина, - мы прибыли на Шелтарион согласно личному уведомлению Совета Правящих кланов, для того чтобы вступить в наследование поместьем моей покойной бабушки, леди Фелисии Ланиэль. Нам ни к чему прятаться от стражей порядка!

- Вы приходитесь внучкой госпоже Ланиэль? – моряк одарил девушку цепким изучающим взглядом.

- Совершенно верно, - коротко подтвердила Селина.

- В таком случае позвольте мне завершить одно весьма щекотливое дело, - помолчав, снизошел до пояснения боцман, - я должен принять на борт очень важного пассажира, он намерен отправиться вместе со мною на острова, как только  я вас ссажу. И во имя могучего Тириуса замолчите, иначе мы все пойдем на корм рыбам!

С досадой кивнув, Селина уставилась прямо перед собой, крепко сжимая дрожащую ладонь горничной. Впрочем самое худшее ожидало испуганных путешественниц впереди. Когда прямо по курсу замаячили очертания старых списанных кораблей, с зарешеченными редкими люками, которые эльфийское морское ведомство использовало в качестве плавучих тюрем. Чаще всего в них содержались совершившие тяжкие правонарушения моряки, угодившие в сети всесильного правосудия пираты, а иногда беглые каторжники, приговоренные к пожизненным исправительным работам.

-  Оттуда, по определению, невозможно сбежать?! – яростным шепотом объявила девушка.

- Как и из пресловутой крепости Фарсильвер, - язвительно усмехнулся мужчина, - несмотря на сей скорбный факт, сегодня один из этих обреченных на гибель узников получит волю, в этом я могу вам поручиться.

Селина зябко поежилась. Она имела некое представление о древнейшей каменной башне, расположенной в северо-восточной части Высокого Леса,  в прошлом служившей главной заставой эльфийского королевства. Ныне же ставшей магическим оберегом, но в то же время жестокой тюрьмой для опальных аристократов, обвиненных в измене своему государству.  Источники вечного незримого света, укрытые  в запретных чертогах, спасали от власти тьмы. Бойницы волшебной крепости  выступали аналогом хрустального шара, способного обнаружить любого врага, даже если последний лишь замыслил недоброе.

Подавленно отвернувшись, молодая женщина всмотрелась в чернильную поверхность воды, отчетливо различая на ней нечеткий мятущийся силуэт.

- Эта гадость заякорена в прибрежной тине, - рвано выдохнул боцман, - жидкая грязь, смертельно опасная…. Если  только он выпрямится, его мгновенно поглотит бездна.

Ужас, объявший растерянную молодую женщину, не дал ей отозваться на гнетущее откровение. Тоска сжала сердце ледяными тисками, передвижение несчастного беглеца казалось мучительным сверх всякой меры. К тому же побег могли обнаружить и тогда…. Тогда они все обретали реальный шанс - разделить участь отважного пленника. Юная королева Иллария росла девочкой милостивой, но кланы, помоги им великая Линаэ, кланы радели за соблюдение законов империи свято.

Пять правящих домов королевства, так называемое ожерелье Шелтариона, их власть считалась неоспоримой.

И все же, несмотря на желание – придушить коварного боцмана, втянувшего их в безумную передрягу, узника было искренне жаль. Ради столь вожделенной свободы он рисковал принять ужасную смерть в клейких глубинах зыбучего ила.

- Если его поймают, то отправят на проклятые ледники Телурии, - вторя ее смятенным мыслям, тоскливо молвил моряк, - для долийцев попросту нет иного пути.

Селина заставила себя проглотить рвущийся с губ вопрос. О долийцах она совершенно точно узнала впервые, и сейчас был совсем неподходящий момент дабы пробовать выяснить требуемые подробности. Оставалось одно верное средство - использовать природную магию, даже рискуя преждевременно себя обнаружить. Старясь, чтобы шкипер ничего не заметил, девушка окунула ладонь в студеные струи и, неуверенно разжав пальцы, выпустила с их кончиков тонкую пульсирующую петлю. В мгновение ока вьюнок достиг юношу, сплетая вкруг оного неожиданно прочные путы. Тем временем Лина решительно дернула зажатый в похолодевших пальчиках край, произнеся короткое заклинание, притянувшее невольную ношу к лодке.

- Помоги ему, - строго бросили моряку побелевшие дрожащие губы, - не то нас обязательно обнаружат.

Ошарашенно воззрившись на свою пассажирку, боцман медлил всего мгновение, затем перегнулся через покачнувшийся борт и, сетуя на опасное благородство сумасшедших девиц, втащил бьющуюся в сетях фигуру в шлюпку.

- Тише, прошу тебя, успокойся, - Селина придвинулась ближе к пленнику, вынимая из-за пояса платья изящной работы кинжал, с тонким рубиновым наконечником, - если будешь сопротивляться, они поранят тебя. Просто замри и я их уберу.

Эльф взглянул на нее помутневшим  боли, усталым  взором, судорожно кивнув в знак согласия. Спустя пару секунд жестокие нити исчезли, открыв взору девушки исхудавшего юношу, тело коего сплошь покрывали раны и синяки. Вьюны не могли нанести ему этих увечий. Селина сморгнула набежавшие слезы. Волосы беглеца спутались, глаза потускнели, потеряв свой природный цвет, что прямо указывало на тяжесть перенесенных лишений.

- Спасибо… - еле слышно проговорил эльф.

Как раз в этот самый момент на плавучей тюрьме замелькали факелы, обнаруживая жестикулирующие черные тени. Вдали явственно показались силуэты вооруженных солдат.

- Торес всемогущий, нас раскрыли, - хрипло пробормотал шкипер, резко ударяя по веслам.

 Шлюп мягко качнулся, вырываясь из зыбкого илистого капкана, затем обогнул призывный маяк,  удивительным образом оставляя без цели пушечный выстрел. Поднявшийся шквальный ветер заставил пространство вокруг заиграть пенными волнами. Суденышко стремительно рванулось вперед и полетело в открытое море.

- Я высажу вас с другой стороны, леди, - сквозь яростный шум прокричал боцман, - как только представиться удобный момент!

...

natallisha:

Катюша, привет, дорогая Спасибо большое



Я и сама не ожидала, ну так получилось, что эта тема будет идти в этом разделе.



Эти темы я тоже не брошу, скоро будет выкладка и по ним.



Выкладка будет не реже одной главы в пять дней. Но будем надеяться, что пойдет быстрее.



Будут и приключения, и детектив, много тайн в истории, неожиданностей, и любовь конечно. Добро пожаловать! Очень рада видеть в теме.

...

bronzza:

Спасибо за новый роман на форуме!
Графика, разбивки между главами, оформление просто шикарное.

И все это из-за халтурки (или добросердечия) шкипера.
Приключения начинаются!

...

ФАТ:

Я в читателях.Вдохновения и лёгкого пера музу.

...

natallisha:

Оксана, добро пожаловать Очень рада видеть в теме, спасибо, что отметили графику.



Это точно, и Селина пока даже не догадывается, что это приключение будет иметь последствия.






Татьяна, добро пожаловать Спасибо за интерес к теме, надеюсь история понравится

...

Кейт Уолкер:

Наташа, я оплатила подписку. Так что теперь точно буду постоянным читателем. Я так понимаю, ты решила попробовать себя в новом для тебя как автора жанре "фэнтези". С интересом и любопытством жду развития событий

...

natallisha:

Катя, привет, дорогая Я рада, что ты со мной и в этой теме тоже. Спасибо за поддержку. Моим первым опытом в фентези стали Хранители легенд, а эта история совсем другая, тут уже более соблюдены традиции этого жанра. Надеюсь тебе понравятся герои и история найдет отклик.

...

natallisha:

 » Глава 1. Прибытие.

Под рокочущие громовые раскаты почтовый дилижанс замер у распахнутых в ночь ворот.  Селина, в немом восхищении, откинула плотную шторку на окне экипажа, мешавшую ей полностью рассмотреть очертания дома. Ее дома! Это роскошное ухоженное имение ныне принадлежало ей, согласно составленному Фелисией завещанию и родовому праву. На эльфийском Шелтарионе именно женщины, в соответствии с требованиями хартии Совета Старейшин, признавались наследницами первой очереди. Для девушки, воспитанной в патриархальности западной Вергонии, сие представлялось весьма удивительным.

- Добро пожаловать, госпожа Ланиэль, - высокий седовласый мужчина, отработанным до автоматизма движением, отворил дверцу кареты и сдержанно протянул девушке затянутую в узкую белую перчатку ладонь, - мы долгое время ожидали вестей в порту и никак не могли полагать, что вы все же рискнете воспользоваться общественным экипажем.

- В момент нашего прибытия начался шторм … - Селина замялась, не зная: как обратиться к весьма озабоченному ее вынужденной задержкой надменному незнакомцу.

- Меня зовут Элави, сударыня, - догадливо подсказал последний, - я дворецкий усадьбы «Эль Фарион».

- Элави, - будто смакуя необычное имя, повторила Лина, слегка нахмурившись, в попытке припомнить: видела ли этого человека когда либо ранее, например в свой последний приезд несколько лет назад.

- Прошу прощения, мы все отчаянно беспокоились, - несколько виновато продолжил слуга, - видите ли, Танселия переживает сезон дождей, неделя, другая и от них не останется даже следа. Однако сейчас в близлежащих предместьях царит настоящий потоп.

Как раз в этот миг Селина вдруг осознала, что несмотря на удвоивший свою ярость ливень, ее темно-серое дорожное платье оставалось совершенно сухим. Удивленно приподняв голову, молодая женщина поздравила себя с очередным неожиданным откровением. Над ними парил невесомый прозрачный полог, надежно укрывавший прибывших от промозглых дождливых струй. А это, со всей очевидностью, свидетельствовало лишь об одном, ее новообретенный дворецкий обладал магическим даром, к тому же рискуя - пускать  его в ход с абсолютным спокойствием, намекающим на обыденность сего действия.

- Как раз по этой причине мы высадились с подветренной стороны и были вынуждены нанять почтовую карету, - несколько напряженно пояснила Лина.

- То есть как… - обеспокоенно уточнил Элави, - вы причалили там, где располагаются рифы? Хвала богине, что все обошлось. Это крайне опасное предприятие, тем более, в час, когда море столь неспокойное.

- Наш шкипер знал толк в своем деле, - раздраженно пожала плечами девушка, воспоминание о прибытии отозвалось в ее сердце колющей дрожью.

- Прошу вас, леди Ланиэль, - мгновенно подметив недовольство хозяйки, торжественно объявил дворецкий, - в малой столовой накрыли стол к вечернему чаю. Ваши покои и комнаты вашей горничной подготовлены надлежащим образом.

- Благодарю вас, Элави, - облегченно выдохнула Селина, чуть приподняв нижние юбки и делая маленький шаг к парадным кованым воротам.

С невероятной усталостью она наблюдала: как форейтор, решивший воспользоваться их радушным гостеприимством и все же заночевать в имении, тяжело спрыгивает на землю, а только что вышедшие из дома конюхи спешно набрасывают попоны на лошадей.

В сгустившейся темноте окна особняка, сиявшие радужными янтарными переливами, казались необычайно приветливыми. И когда слуги закрыли за нею с Синтией массивные дубовые двери, отправившись за оставленным во дворе багажом, дышать сделалось значительно легче. До боли знакомый манящий уют расслабил натянутые до предела нервы молодой женщины. Какое успокоение, после мерзлого неистовства бури, безумно сложного плавания, неприятного приключения и последовавшей за ним тряски в далеком от всяческого рода удобств дилижансе наконец оказаться в безопасности собственного жилья.

Холод, дождь, грязь, страшные тени разоблачения остались далеко за порогом, стеная и плача, словно печальные полночные призраки. Под крышей «Эль Фариона» она будет надежно защищена и сможет достойно выполнить просьбу некой высокопоставленной особы, которую ей озвучили, подписывая разрешение на выезд из пределов Вергонии. Селина мысленно возблагодарила богиню. В конце концов все сложилось благополучно, пленника удалось спасти, уберечь от жестокой участи, а об ее "скромных" способностях моряк непременно будет молчать, ведь у него тоже имеются определенные скелеты в шкафу.

Следуя по широкой, устланной ковровой дорожкой, лестнице за совсем юным лакеем, Лина украдкой оглядывала почти позабытую обстановку. Тяжеловесная пышность отчего замка сменялась в сознании на утонченную грацию хрупкой эльфийской элегантности, походящей на волшебство.

Изысканные напольные зеркала, золоченная вязь орнамента, мягкий свет магических ламп, бирюзовый шелк драпировок, драгоценные лавенийские портьеры, пушистые ковры Исхарии , в которых нога тонула будто в траве. И пусть окна еще заливал мутный серый поток, внутри продолжала царить манящая теплота, отодвигавшая прочь непогоду и страх.

Пытаясь справиться с налетевшим словно из ниоткуда ознобом, Селина перебрала в памяти последние наставления самой близкой подруги. Фанни весьма обстоятельно поведала ей: как устроена жизнь в королевстве Шелтарион. В глубине ее дорожного ридикюля покоилось надушенное письмо, с подробным напутствием госпожи Фершаллан. Впрочем, извлекать изнутри сундучка украшенный вензелями конверт не было особой нужды. Лина все помнила, почти наизусть.

Устроившись в тишине малого гостевого салона, обставленного антикварною мебелью голубовато-лимонной расцветки, среди обтянутых тканью портретов выдающихся эльфов Долины Чудес, девушка будто воочию видела  ровные строчки мелкого кружевного подчерка.

«Древнее эльфийское королевство Шелтарион основали лунные эльфы, наряду с представителями солнечного народа, однажды отвергнув невыносимое высокомерие Сильванидской знати. Столетняя война с темноволосыми захватчиками случилась тяжелой и кровопролитной. Но силы Тореса оказались на стороне светлых. Во время решающей битвы за седьмую цитадель Сильванидия потерпела сокрушительное поражение. Шелтарион отстоял свою свободу. Лишь огромные каменные валуны напоминали о временах, когда эльфы-воины шли в бой, верхом на серебряных и золотых драконах. Да крепость, известная миру как Фарсильвер, сохраненная в память о великом генерале Сильвермуне и яростно защищающей подступы к себе вотчине боевых магов. Ныне трон принадлежал королеве Илларии, в совсем недалеком прошлом светлоликой принцессе Изумрудного Двора. Старейшины единогласно принесли ее светлейшеству клятву верности. И ожерелье Шелтариона вновь сделалось рыцарским кругом для молодой государыни.

Таинственная Аншеллария, с ее сумеречно лунным источником, колюче неприступная Ирниэлия, создающая оружие для империи, колдовская Лавения, стерегущая древо Жизни, родная Танселия, южная жемчужина чайных плантаций, фермерских угодий и тенистых садов, и, разумеется, морозная дивная Телурия, провинция вечного льда и пронизывающих душу ветров, пожалуй самая нелюдимая и опасная.

Совет Старейшин неотлучно стоял на страже интересов короны. И хотя последнее слово всегда оставалось за правительницей, зачастую мог повлиять на ее решение. Впрочем, как и министры, и верховные маги, активно участвующие в управлении государством. Армии, как таковой, не существовало, но при надобности в кратчайшие сроки могло собираться войско, состоящее из личных гвардейских полков, предоставляемых каждым из кланов. Исключение составляла лишь пограничная стража, да королевская гвардия, подчинявшаяся непосредственно ее светлейшеству. Что касается вопросов торговли, то они соблюдали интересы абсолютно всех рас, королевств и державных конклавов. Стандартная денежная система сие позволяла, привилегией оставалась лишь чеканка монет, с изображением королевского лика, расчеты которыми осуществлялись исключительно в пределах империи».

На первый взгляд все казалось абсолютно логичным, удобным и при этом законодательно крепким. Но, по всей видимости, только казалось. Потому как в Вергонии распространялись весьма странные и противоречивые слухи о нарушении правительством Шелтариона требований вновь принятой на последнем  совете Семи корон хартии «О соблюдении прав и свобод всех категорий граждан, проживающих на территории венценосных миров».

Вот только в чем это выражалось, Селина не представляла. В ее задачу входила проверка достоверности крайне опасной сплетни. Нелестное обвинение грозило Шелтариону серьезными неприятностями, вплоть до полного разрыва дипломатических связей и исключения из Лиги свободных империй.

Задание девушку беспокоило. Во-первых, оно не носило официальный характер, а все сведения должны были передаваться частному лицу. Во-вторых, шпионить, пусть даже в пользу страны, когда-то давно приютившей ее родителей, значилось неприятным. И в-третьих, отказаться от сомнительной чести не представлялось возможным. В этом случае ее семью могли принудительно выслать на историческую родину. А для отца подобное имело все шансы обернуться судом и тюрьмой, ибо он воевал на стороне противника, после победы Шелтариона оказался военнопленным и едва не окончил жизнь на исправительных ледниках Телурии.

Но вмешался его величество случай. Мама влюбилась в темноволосого эльфа с пронзительными янтарными глазами, отличительной чертой племени Сильванидов, согласившись бежать с ним, навсегда покинув Танселию. Принадлежности к именитому роду никто из них не имел, что позволило бабушке примириться с неравным союзом, выдвинув лишь единственное условие – как можно чаще видеться с внучкой.

Много позже Фелисия переменила решение и визиты в родительский дом для Селины неожиданно прекратились, вплоть до сегодняшнего приезда, когда она возвратилась домой, чтобы принять в наследство поместье и обширные чайные плантации, к нему прилегавшие.

- Вы верно озябли, госпожа, - робко нарушила ход ее мыслей Синтия, протягивая хозяйке чашечку с горячим ароматным напитком.

Селина рассеянно кивнула преданной горничной, слегка улыбнувшись.

Ей будто бы наяву чудился летний вечер на увитой плющом террасе, где всегда накрывали изысканный чайный стол под  навесом из кленовых деревьев. Когда они с бабушкой наслаждались прохладой и теплою тишиной, а вдали золотились вереницы плантаций, солнце румянило старый студеный пруд, по тропинкам вился молочный туман, и рабочие возвращались с полей усталые и разгоряченные.

Звучали вокруг оживленные голоса, да ноты играющего в музыкальном салоне рояля рассыпались во тьму, под пылающие в уютной столовой  ласковые блики свечей. Где горничные проворно накрывали на стол, устилая его белой кружевной скатертью, раскладывая старинное серебро и звеня хрусталем изящных графинов с соком и душистым вином. Ужин по обыкновению оставался обильным.

И в доме все дышало тем самым теплом, в котором она так долго нуждалась. Будучи совсем юной, Селина обожала пробираться на кухню, к слегка полноватой улыбчивой поварихе, любоваться подставками с разнообразной посудой: круглыми и овальными блюдами, соусниками, медными и глиняными горшочками, рядами пузатых миниатюрных чайничков, фарфоровых чашек, расписанных живописью. Здесь же стояли красивые прозрачные банки с кофе, корицей, ванилью и судочки для масла.

Лина еле слышно вздохнула, протянув руки к пылающему багрянцем очагу. Без Фелисии имение стало чужим, и все же это был ее мир. Мир, в котором ей теперь предстояло жить.

...

bronzza:

О, Селина все-таки добралась до своего поместья.

Спасибо за продолжение!

...

natallisha:

Оксана, привет Да, добраться ей удалось. Правда поместье тоже таит "сюрприз", мы начнем узнавать о нем уже в следующей главе.

...

natallisha:

 » Глава 2. Первые трудности.

В кладовой было тихо, темно и отчаянно холодно. То ли в отсутствии леди Фелисии, то ли по устоявшемуся укладу дома, но прислуга спускалась сюда крайне редко. За прошедшие десять дней он видел лишь управительницу, которая появлялась строго в означенное время и приносила ему еды, если так можно было назвать ту странную кашу, имевшую чуть горьковатый насыщенный привкус. Обычная пища пленников, да содержанцев исправительных лагерей, расположенных на Телурии. 

Илдис не был ни тем, ни другим. Просто ему однажды не повезло. Не повезло родиться бастардом в семье знатного сильванидского вельможи. Не повезло, когда после позорного проигрыша его народ оказался изгоем, превратившись, по сути, в бесправную массу рабов.

Нет, рабства на процветающем и прекрасном Шелтарионе не было! Не было, от слова совсем! Эльф горестно усмехнулся. Юную королеву Илларию совершенно не волновала печальная участь тех, кто не успел бежать в горы и сумел оказаться заложником более сильного соперника. Сильванидов боялись и ненавидели. Каждый из них обладал прирожденной способностью к колдовству и зачастую не единому обороту. Как правило, второй ипостасью воина становилась многоликая саламандра. Так случилось и у него самого. И он когда-то, бесконечно давно, не боялся рокового огня, обладая нефритовым оберегом, доставшимся незаконнорождённому сыну от не сумевшего его защитить отца.

Законная супруга последнего искренне ненавидела плод очевидной измены своего возлюбленного и сделала все, чтобы избавиться от ребенка. Совсем юным его передали на попечение пансиона, в коем готовили будущих боевых магов, становившихся грозным орудием упрямой империи. Красивые смертоносные существа, способные одним легким прикосновением отнять у врага рассудок, а эльфу пробить защитную родовую броню. Они проиграли….

Почему? Потому что нарушили собственные запреты, принесенные клятвы и закон, установленный великим Торесом. Предали и рискнули претендовать на чужое царство. По примеру своих подземных сородичей, подданных Темного двора.

Илдису не довелось познать тяжесть боя, лишь горечь рабских оков. Когда лунные одержали свою триумфальную победу, то первым делом сыскали запрятанный в самом сердце Сильванидии уголок, приютивший едва оперившихся магов и их наставников. Эти дети представляли собой живую угрозу. Зреющее семя возмездия. Их было необходимо уничтожить, но «благородные» высшие Аншелларии не смогли пойти до конца, предпочтя превратить своих пленников в бесправных существ.

В этом им помог Фарсильвер, ставший для бывших воспитанников элитного военного пансиона настоящей тюрьмой. Магию запечатали, свободу и право на выбор отняли, в отличие от долийцев, добровольно избравших путь услужения и пользовавшихся терпимостью новых хозяев, сильваниды не годились для бытовых нужд. Их отправляли на ледяные копи, где царили лишь холод и казарменные порядки.

Илдис устало прикрыл глаза, попытавшись принять более или менее удобное положение. Скованные за спиной запястья отчаянно ломили, несмотря на пронзающий тело озноб, нестерпимо хотелось пить, веки смыкались и тяжелели, но сна, в его обычном понимании, не было. Увы, его племя не могло обходиться без света и воздуха, в отличие от своих темных собратьев. В отсутствии оных их нервная система давала сбой, эльф медленно угасал, теряя ясность мысли и силы.

Почему же с ним обошлись столь жестоко? Почему рисковали остаться без купленного сосуда живой энергии? Он знал: для чего его привезли в этот дом. Знал, что после череды ритуалов возвратиться в палаты стылого Фарсильвера уже навсегда. Госпожа Ланиэль владела бескрайними чайными плантациями вкупе с маленькой преуспевающей винодельней, поставляла напитки к королевскому столу и, разумеется, слышала об эликсире. В ее чертогах сгинул не один эльф, привезенный из морозного ада Телурии, он не был первым.

Впрочем, так даже лучше. Изнывать от впивавшихся в кожу злобных шипов, добывая проклятое зелье, слишком страшно. Хоть в этом ему должно повезти.

Скоро должна появиться его мучительница, ненадолго снимавшая тугие оковы, позволяя дойти до самого дальнего уголка, где таилось "отхожее место", если ему можно было в принципе дать такое определение. Будет снова смотреть на него  колючими злющими глазками, нарочно гремя стальной плотною цепью. К чему продлевать бессмысленные мучениям.... Лучше бы сразу дала сонной травы. Ошейник надежно блокировал любые попытки побега и неподчинения. Просто ей нравилось наблюдать за его страданиями. Брезгливо рассматривать синяки и снисходительно слушать невольные стоны, наслаждаясь чужою болью.

Быть может, в той ужасной войне и она потеряла своих родных, возлагая вину на непокорное племя и ненавидя каждого из его представителей.

По напряженно застывшей спине Селины вновь пробежал озноб. Бесцветно поникший взор устало следил за слаженной работой лакеев и проворных служанок, готовящих для нее горячую ароматную ванну.

Где-то внутри зрело стойкое чувство нелепого отчуждения, словно бы ее неожиданно бросили посереди цирковой площади, с плохо приклеенным фальшивым носом, заперев в беспощадном капкане.

Влажный, пахнущий фиалками, воздух заполнил купальню. От огромной овальной ванной из телурского розоватого мрамора, с массивными серебристыми кранами в виде цветочных раскидистых лепестков, поднимался манящий пар. Синтия аккуратно расставила на прилегающем к ней туалетном столике флаконы с различными яркими этикетками и привычно сложила горкой несколько белоснежных полотенец. Зеркальные стены помещенья для омовения плавно перетекали в огромное панорамное окно, выходящее прямо на задний двор. Стекло, амальгированное особой ртутью, сияло радужной теплотой, в то же время скрывая сей уголок от любопытных ищущих глаз, могущих быть снаружи.

Селине же чудилось, что она оказалась в гигантской перламутровой раковине, волшебной и обреченно недосягаемой.

Она долго лежала в горячей, благоухающей ласковым флером спокойствия, пряной воде, стараясь унять бившуюся в душе тревогу. Вид за окном угнетал, создавая унылый контраст с обогретой очагом спальней. Почему так тревожно? И неоправданно страшно…. Словно бы вдруг на душе разлилась безликая горькая муть.

Напольные часы в холле успели пробить полночь, когда девушка облачилась в пушистый халат, сотканный из шерсти элитной породы лавенийских овец, и присела у небольшого письменного стола, приютившегося между камином и глубоким оконным эркером. В выдвижном ящичке справа ей удалось обнаружить изысканные письменные принадлежности: тончайшую веленевую бумагу, коробочку с золотистым песком, водонепроницаемые чернила и крошечную фамильную печатку с воском. Вот только как описать те эмоции, что ныне теснились в переполненном дурными предчувствиями сердце, новоявленная госпожа «Эль Фариона» не имела ни малейшего представления.

К тому же безумно хотелось спать. Согретая вполне традиционными грелками постель, на которой заботливая рука горничной оставила батистовую ночную сорочку, сладко манила в свои чертоги. Она слишком устала за долгие дни плаванья и часы последующего за ним прибытия. Слишком переволновалась.
Происшествие со сбежавшим с понтонов эльфом не давало покоя. От чего боцман рискнул помогать каторжнику? Шелтарион отличался незыблемыми законодательными принципами, неужели случилась судебная ошибка? И был осужден невиновный. Или это то самое…. Тайна, тщательно оберегаемая жителями Чудесной Долины. Помниться в детстве она спросила у бабушки об истоках такого красивого названия. В ответ Фелисия лишь печально улыбнулась и переменила тему.

Обрушившееся в камине полено взметнуло сноп ярких искр, заставив девушку вздрогнуть. Задумалась. Отвлеклась от первого донесения. Впрочем, писать было решительно не о чем. По крайне мере пока. Отложив перо в сторону, Селина бросила беглый взгляд за окно, в комнату пытливо заглядывало хрустальное ночное светило. В особняке воцарилась мерная давящая тишина. Торопливо поднявшись, молодая женщина зевнула и сладостно потянулась. Утром, все остальное решится утром.

Проследовав к широкой кровати, девушка было дотронулась до комплекта ночного белья, когда ей вдруг послышался странный шум, за которым последовал гневный, достаточно резкий окрик и сдавленные рыдания. Изумленно застыв, молодая женщина вся обратилась в слух. Нет, ей не почудилось. Потихоньку вернувшись к окну, она приоткрыла едва заскрипевшую створку, впуская в прогретую очагом спальню холодные струи ночного воздуха.

В каморке у сторожа еще горел свет, но каково же случилось ее удивление, когда из недр домика показался высокий чуть угловатый силуэт Элави, в сопровождении коротко семенящей за ним незнакомки.

На этот раз она явственно  слышала глубокий негодущий голос:

- В вас действительно не осталось ни чуточки сострадания! Как вы посмели оставить его внизу?

Женщина лишь заплакала значительно горше, вцепившись в отворот пиджака своего недовольного спутника.

- Прошу вас, если госпожа все узнает, она непременно откажет мне от дома….

- Поделом вам, раз столь черствое сердце бьется в этой груди, - решительно объявил мужчина, выдернув руку и устремляясь куда-то прочь, по тропинке ведущей к дому.

Голоса медленно стихли, шаги растворились в ночной темноте. Возвратившись к кровати, Селина заколебалась. С одной стороны, ей отчаянно хотелось забраться под теплое одеяло и скорее уснуть, с другой, беспокойство снедало все сильней и сильней. Возможно, кому-то сейчас действительно нужна ее помощь, рыдавшая женщина показалась ужасно несчастной.

В конце концов любопытство взяло верх над усталостью. И Лина, плотнее завернувшись в халат, выскользнула из комнаты.

...

bronzza:

Я так понимаю этот пленник - новый эльф, не тот, что был с Селиной на лодке. Или все же это он, и сбежать ему не удалось. Скоро узнаем!
Спасибо за продолжение!

...

natallisha:

Оксана, привет Да, пленник это новый эльф. Скоро мы познакомимся с ним поближе и узнаем о его судьбе. Спасибо за интерес к истории

...