На пороге (СП, 18+)

Александра Ростова:

 » На пороге (СП, 18+)

Обложка от Светы (михайловна)
Атмосферная, вдохновляющая и рассказывающая!
СПАСИБО!


жанр: современный любовный роман

рейтинг: 18+

аннотация:

Под куполом храмовой колокольни реставраторы обнаружили птичий тайник – записки и обрывки газет столетней давности.
– Вдруг это ангел попросил их принести? – предположила Она.
А Он… взялся проводить её до дома, чтобы помочь перенести найденные бумаги.
Проводил. Переступил порог, держа в руках обрывки чьей-то судьбы…
Что дальше? Ведь за каждым новым порогом ждёт дорога, и идти ли по ней, решать самому.
Что было прежде? Какие пороги преодолевали те, кто больше века назад выводил строки очень красивым почерком.

...

Марфа Петровна:

Сашенька, привет.
Нас ждет новиночка! Это замечательно.
Аннотация интригует
Вдохновения тебе!!!

...

Александра Ростова:

 » Глава 1

Не имя, а собачья кличка. Так она считала. И единственное, что примеряло с ним: по нынешним временам имя было редким. Ну и, конечно, необычным, вызывающим много вопросов в детстве.
Тамара вздохнула и проснулась. И как это у неё получается думать во сне?
Тамара, Тома, Томка. Эх, ладно.
Она улыбнулась – впереди был рабочий день. Замечательно! Ей несказанно, удивительно повезло. Ведь многие бывшие однокурсники ещё в поисках мест, а кто-то пошёл уж куда смог, только бы работать.
Она же случайно проходила мимо храма и заметила геодезистов. Не постеснялась, спросила, для какой организации они делают замеры. Ну, а дальше всё просто: вбила название в поисковик, прошла на сайт… Компании требовались подсобные рабочие, и она пошла поговорить… Готова была на любую работу на этом объекте.
– Девушка, вы серьёзно? Это тяжёлая работа. Зачем?
– Я по профессии реставратор зданий. Понимаете, хотя бы… – и Тамара с такой надеждой посмотрела на молодого человека, к которому её направили для разговора. – У меня кроме практики нет опыта. А у вас… сторонний появится.
Тамара не сомневалась, что этот человек кто-то типа прораба. Он был в джинсовом комбинезоне, клетчатой рубашке, и на подоконнике лежала строительная каска.
Конечно, кабинет выглядел стильно, но ведь офис небольшой, вот и принимают соискателей там, где есть возможность.
– Сторонний…
– Вернее, приближенный.
– Послушайте…
– Тамара.
– Послушайте, Тамара, я не могу взять женщину на тяжёлый труд.
– А как вас зовут?
– Григорий Витальевич.
– Григорий Витальевич, а я шустрая. Я буду перебежками носить по частям. Тачки возить!
Он улыбнулся и откинулся на спинку кресла. Озорным взглядом рассматривал её сверкающие глаза. Давно он такого страстного желания работать не видел, только если в своём зеркальном отражении.
– Давайте документы.
Григорий Витальевич подался вперёд и разбудил стоящий на столе ноут.
Он пощёлкал мышкой. И принялся вбивать её данные. А она осторожно, облегчённо вздохнула. И с интересом стала посматривать на Григория Витальевича. Конечно, за прошедшие годы учёбы Тамара строителей повидала, и этот молодой мужчина не тянул на сформировавшийся у неё образ. Хотя в нынешних реалиях кто угодно мог кем только не работать.
Она подумала, что он не намного старше её, и отчего-то не возникло сомнений, что образование хорошее получил. Умный, живой взгляд. А ещё – без заносчивости и снисходительности.
Светло-русые волосы, ярко-серые глаза, нос… классный такой нос. Да и – вообще… И стрижка.
Григорий Витальевич закончил с внесением данных и нажал на "печать", об этом по секрету сказал проснувшийся принтер.
Тамара подумала, что вряд ли его призвание – быть начальником над разнорабочими, но, возможно, это одна из обязанностей. Потому что…
– Вот, – Григорий Витальевич прервал поток её мыслей. Он принялся подписывать только что распечатанные документы. – Сделаем так, Тамара Андреевна. Вы будете помощницей моего главного специалиста и станете выполнять его задания по реставрации, но оформлю вас разнорабочей. Пока. А там посмотрим.
И с этим загадочным словом "пока" он передал бумаги ей и протянул ручку.
– Ваш главный специалист – это архитектор-реставратор?
– Да.
Тамара кивнула, взяла ручку и пробежала взглядом по трудовому договору. Нормальный, дельный документ, заканчивающийся подписями сторон.
Староверов Г.В. И подпись.
Вот только что поставленная подпись. Г.В. – Григорий Витальевич и есть. Староверов. Генеральный директор.
Тамара подписала.
– Угу, – он кивнул.
Потом шлёпнул на каждый экземпляр печати.
И обратил внимание на её слегка удивлённый взгляд. Улыбнулся.
– Мне не нужен секретарь. По крайней мере, пока. Компания моя молодая, развиваемся потихоньку. Сотрудников в штате немного.
– Работа от объекта к объекту.
– Именно. Кстати, вашего непосредственного начальника зовут Алексей Аркадьевич, – протянул ей визитку архитектора-реставратора. – Через две недели он будет вас ждать. Рабочий день начинается в восемь.
…Рабочий день…
Каждый рабочий день проходил с удовольствием. Сначала Алексей Аркадьевич присматривался к Тамаре, пока она выполняла ту же работу, что и он. Быстро понял, что подопечная его – большая умница, и стал определять для неё участки для самостоятельной работы. Такому ответственному реставратору можно было доверять. Хоть это и был первый её объект.
А сегодня! Сегодня они приступали к колокольне, к оценке состояния и составлению плана работ. Конечно, это не входило в её обязанности, но так хотелось! И как ликовала, когда Алексей Аркадьевич разрешил ей поприсутствовать.
Тамаре не терпелось поскорее оказаться на месте. Поэтому она решила, что пары бутербродов будет достаточно. Да и сделать растворимый кофе – это так быстро! А любимый "Индийский" мамы – супер!
В семь Тамара уже спустилась во двор и улыбнулась, кивнув соседке. В их дворе-колодце имелся небольшой газончик, по которому бегала собачка, а значит, они уже вернулись с прогулки, и йорик смакует последние минуты на воздухе.
Сегодня не было времени для общения с йориком… А ведь Тамара с ним дружила! Хотя помимо радости от общения с пёсиком испытывала и тоску. Это ещё с детских лет тянулось: она очень хотела собаку, но…
Тома обернулась на приветственное "тяф!" и помахала йорику, а он завилял в ответ хвостиком.
…Тамара вышла на улицу. Малая Конюшенная была пешеходной. За исключением машин скорой помощи, ведь в соседнем доме была их подстанция.
Да, пешеходов здесь хватало, ведь тут располагались и кафе, на тёплый период занимающие место на улице, и ларёчки периодически проводившихся фестивалей. Вот сейчас книжный был. Центр, центр, центр.
Она юркнула в крохотный переулочек и мгновенно оказалась на набережной канала Грибоедова. А вот и храм! Спас-на-Крови, родной сердцу, милый глазу… Вот как судьба распорядилась, приведя её на первую профессиональную реставрацию именно к нему.
Переходила канал по Ново-Конюшенному мосту, и – прямиком к входу.
Конечно, у неё имелся бейдж, но охранники уже знали всех работников в лицо, поэтому быстро пропускали, отодвигая заграждение. А сегодня раньше обычного уже на посту были.
– Здравствуйте.
– Здравствуйте. А директор ваш уже здесь.
– Ого! А Алексей Аркадьевич?
– Его пока нет.
Тамара кивнула. Зашла в храм… Предстояло непростое восхождение. Преодолевала ступени и думала об Алексее Аркадьевиче: его появление на работе зависело от расписания электричек. Обычно он приходил раньше всех, а сегодня чуть задерживался. Но ничего.
Преодолевая последний участок, надеялась, что Григорий Витальевич услышит её шаги. Так и получилось: директор даже с некоторым беспокойством смотрел, как Тамара проходит внешнюю лестницу от главного купола.
– Доброе утро.
– Доброе утро, Григорий Витальевич.
– Тамара, пойдёмте скорее! Посмотрите.
Уже была установлена лестница, ведущая под купол колокольни.
Григорий Витальевич посветил фонарём.
– Там тайник.
– Тайник?
– Вот, смотрите, – он показал ей небольшой листок, на котором очень аккуратным почерком было что-то написано. – Этому больше ста лет.
– Чернилами… С ятями! Как же это не было обнаружено?
– Так только внешним в прошлую реставрацию занимались, – Григорий Витальевич достал телефон. – Позвоню Алексею Аркадьевичу, пусть какой-нибудь мешок с собой захватит. Надо всё это забрать.
– Там много?
– Да. Записки, обрывки газет. И очень много птичьих перьев.
– Так, наверное, птицы это и приносили.
– Скорее всего.
Алексей Аркадьевич не заставил себя долго ждать, уже недалеко от Спаса был.
– Вот, прихватил самый большой мешок для мусора.
– Отлично. Плотный и вместительный.
Григорий Витальевич долго и осторожно перекладывал всё найденное в пакет, который Тамара держала открытым, стоя на пару ступеней ниже.
– Всё. Сложено всё было с одной стороны.
– Может, гнездо хотели устроить?
Григорий Витальевич ещё раз осветил подкупольное пространство.
– Но никаких скорлупок. Хотя за столько лет… Скорлупа – не бумага.
– Не для гнезда. Просто птичий тайник, такое бывает, – заметил Алексей Аркадьевич.
– Может, их ангел попросил, – прошептала Тамара, рассматривая лежащие в пакете записки.
Мужчины с осторожными улыбками посмотрели на неё.
– Возможно, вы и правы, Томочка, – и Алексей Аркадьевич взял одну из записок.
– А что мы с этим будем делать? В какой-нибудь музей отдадим? – и Григорий Витальевич заметил, что Тамара при этих словах притянула мешок к себе.
– Давайте сделаем так, – и Алексей Аркадьевич с интересом посмотрел на записку. – Я попрошу одного моего знакомого посмотреть. Он точно скажет, имеет ли это… глобальную историческую ценность.
– А где это держать будем? – Тамара была взволнована. – Вдруг кто нечаянно выкинет?
– Тома, возьмите себе, – Алексей Аркадьевич достал очки, чтобы рассмотреть записку. – Вот закончим с осмотром, и отнесёте.
– Да, надо приступать к работе, – она оживилась.
– Посмотрите-ка, – Алексей Аркадьевич махнул запиской.
Тамара и Григорий Витальевич подошли к нему и с интересом склонились к записке.
– Вот, здесь небольшое отверстие, – он указал на верхнюю часть. – Уверен, сюда нитку продевали.
– Почта с этажа на этаж, – предположил Григорий.
– Через окно! – разволновалась Тамара. – Как интересно…
– Написано печатными буквами.

Сегодня будѣтъ встрѣча. Начну учить тѣбя писать пѣромъ.

– Итак, зовётся кто Татьяной?
Таня замерла, стоя на пороге своей комнаты. Она каждый день с нетерпением ждала папу со службы. А когда он, пройдя в вестибюль, неторопливо снимал верхнюю одежду и передавал в руки слуги, говорил эту фразу… Тогда становилось понятно, что пришёл он не с пустыми руками. Временами папа делал сюрпризы… Она прошла в ближайшую из парадных комнат и побежала ему навстречу. Конечно, бегать по квартире было непозволительно, но вот один раз в день можно.
– Папочка!
Отец, Фёдор Петрович, улыбнулся, глядя на спешащую к нему дочку. Это было одно из лучших мгновений дня. Тепло и радость вспыхивали в душе… А ещё…
В концах их анфилады висели зеркала. Это было модно, говорили, что создают пространство. Так вот, Таня бежала от одного из зеркал, и отец смотрел на её отражение. Отражение дочки уменьшалось и ускользало в зеркальное пространство… И этот эффект подтверждал правильность его выводов и принятого решения. Конечно, рано или поздно Таня уйдёт во взрослую жизнь, но у них было время, чтобы избежать ошибок, когда-то совершённых со старшими дочерьми…
…Первая женитьба Фёдора Петровича была устроена по сватовству. И он, и невеста его просто знали, что так принято, да и перечить родителям в голову не вставало. К тому же они понравились друг другу. Правда, после свадьбы выяснились некоторые шероховатости. Не то чтобы характер супруги сюрпризы преподнёс, но вот её предпочтения… Материальное она ценила… слишком, и это в столь юном возрасте. Сам же Фёдор Петрович предпочитал душевное спокойствие и пищу для разума.
– Слюбится, – обнадёжила мама. – Поживёте, лучше станете понимать друг друга.
– Думай о наследнике, – жёстко заявил отец. – Остальное – перемелется.
Забеременела супруга сразу. И через девять месяцев после свадьбы… Но не появился, а появилась. Дочь.
Фёдор не мог разобраться в своих чувствах к ребёнку. Да ещё и жена, тяжело перенесшая роды, не смогла оправиться. Надломилось её здоровье: после нескольких месяцев попыток исцелиться она покинула этот мир.
– Думай о наследнике, – отец, казалось, кроме разочарования, никаких чувств не испытывал.
Мама взяла на себя заботы о внучке: очень жалела крошечную Лизу. Только вот жалость нельзя выпускать из своего сердца… Своенравной и избалованной росла девочка, лишь любовь к чтению и вообще к учёбе сглаживала трудности нрава. Фёдор Петрович настаивал на обучении дочери в Смольном, но мать упросила его сжалиться над сироткой, уверила, что домашнее обучение смягчит её, а отсылка лишь ожесточит.
Как только вышло положенное время вдовства, отец начал было подыскивать Фёдору новую партию, но тот пресёк первую же попытку.
– Успею. Сам выберу.
– Наследник! – вскричал отец.
– Счастья хочу. Всё.
И сосредоточился на карьере.
Лизе уже десять было, когда появилась на пути Фёдора та самая, по душе.
– Обедневшие, – фыркнул отец.
– Мы с Катей любим друг друга. Я женюсь.
Наследника-внука отец так и не дождался. И не сразу Бог ребёнка им послал, да и родилась девочка. Назвали Дарьей.
И Фёдор Петрович, глядя на свою старшую, решил, что Даша в Смольный отправится непременно. Там дисциплина, образование, да и, что греха таить, возможность хорошей партии и других продвижений. Конечно, он не желал дочери участи Долгоруковой, которую заметил Александр II и сделал своей фавориткой, но всё же. Да и царя того понять можно было: человек хочет любви, несмотря на ответственность перед Отечеством.
И ещё была причина – сомнительный пример старшей сестры. Фёдор Петрович уже понял, что своеволие Лизы к хорошему не приведёт.
И сколько же из-за этой ситуации было страданий…
Даша поступила на учёбу в Смольный, и в это время Лиза решила, что непременно хочет стать врачом. Не получит она места? Так она уедет в деревню! Всё, решено. Только вот теперь домашнего обучения оказалось недостаточно. И она засела за подготовку, чтобы экстерном окончить реальную гимназию.
Лизе удалось всё задуманное. Выучилась. Нашла спутника жизни. И молодые супруги уехали на службу в дальнюю губернию.
Ни Фёдор Петрович, ни тем более Екатерина не противились Лизиным решениям. Когда дверь за старшей плотно закрылась, супруги переглянулись и в глазах друг друга прочли: это долгожданное событие, пусть и не очень прилично желать такого.
А ещё они огляделись – ведь остались вдвоём. В доме наступила такая желанная, но, как оказалось, тяжеловатая тишина.
Дашенька их училась… И видеть её они могли лишь в Рождественские, Пасхальные и летние каникулы, да порой просили свидания с дочерью на территории Смольного.
У Фёдора Петровича была служба, а вот Екатерина приуныла. Она взялась ходить к институту, чтобы, возможно, хоть издали увидеть дочь.
Конечно, они и в гостях бывали, и сами приёмы устраивали. Да и театры, и выставки посещали… Но это всё было не то. Не хватало их семье звучания колокольчика – детского смеха и голоса. Жаль, жаль, что у них больше не было детей.
И вдруг!..
Фёдор Петрович и обрадовался, и встревожился, когда Катя сказала, что ожидает ребёнка.
Надо же? Не меньше десяти лет разницы между дочерьми!
Фёдор Петрович беспокоился только о жене. Возраст уже не юный. Столько сил надо! И главное, чтобы смогла восстановиться после родов.
Но и ликовал! Какая радость придёт в дом. Утреннее милование с родной крохой, прекрасное общение, тепло за вечерними играми и беседами.
Он молился. Ни дня не пропускал, чтобы не зайти в храм. Благодарил и просил сил.
И думал. Много думал о том, как организовать жизнеустройство дочери. Конечно, дочери! Уверен был, что так распорядилась судьба, да и не роптал. Лиза, хоть и строптива, но и немало нежных чувств вызывала. А уж Даша… Его прелестная доченька, расставание с которой ведь с таким трудом давалось. Теперь он понимал, что ошибкой было отдать её в институт, они не нуждались, а воспитание и образование получила бы иначе… Но что ж теперь…
И вот – младшенькая. Нет, её они никуда не отпустят. Дом, потом гимназия, а уж дальше – что ей по сердцу будет.
…Фёдор Петрович неустанно благодарил Господа, пославшего радость. В 1902 году, в начале июля месяца жена пережила достаточно лёгкие роды. Дочка родилась крепенькой, здоровенькой. Куколка!
Татьяна. По-гречески это имя означало "устроительница". Она таковой и стала для них – устраивала их новую, наполненную смыслом и радостью жизнь.
Не баловали, но радовали.
Лиза домой не появлялась, а вот Даша стала тосковать, так хотелось побольше времени проводить с сестрёнкой.
– Вот окончу институт, вволю станем с Танечкой играть и разговаривать!
Слыша это, Фёдор Петрович скрывал грустную улыбку: к тому времени Даша наверняка выйдет замуж…
Но пока вместе они проводили все каникулы, отведённые смолянкам. И Даша целую кукольную страну для Тани устроила, когда та подросла. Кукол хватало, да ещё и папа время от времени дарил.
А с каким удовольствием с ними играла мама… Екатерина в те минуты превращалась в ребёнка, с такой страстью отдавалась игре. Они неустанно придумывали истории своих кукол. И дошло до того, что принялись ставить небольшие спектакли из жизни игрушек.
Фёдор Петрович понимал, что теперь настали самые счастливые годы его жизни. И словно напоминанием, что всё рано или поздно заканчивается, было зеркальное отражение бегущей Тани. Почему же его взгляд так притягивало убегание, отдаление в зеркале? А ещё неведомо было, что происходит в зеркальном отражении за его спиной.

...

Александра Ростова:

Иришка, привет!

Спасибо!

...

uljascha:

Это я удачно зашла. С прошедшими праздниками. В 1902 родилась, значит, 19 будет в 17м. Эээх. Какое время.

...

Ани:

Саша, привет!
Ура, новая история!
Прошлое время - начало 20 века, видимо, на долю Татьяны выпадут испытания, как и для многих в то время...
А Тамаре точно повезло найти такую работу сразу после учебы.
Спасибо за главу.

...

Александра Ростова:

Ульяша, приветствую.
И тебя с праздниками!
А Тане в 1917 будет 15...
Спасибо за отклик!

...

Александра Ростова:

Ани, привет!

Да, рада встрече!

К сожалению, испытания предстоят, время и тяжёлое, и жестокое.
Тамаре повезло, разглядел Григорий в её глазах страстное желание работать. Он и сам такой.

Ани, благодарю за отзыв!

...

натаниэлла:

Привет!
Какая чудесная аннотация
И какая прекрасная интересная, глубокая глава

Я в читателях!
Желаю автору вдохновения и успеха роману! Судя по первым строчкам получается прекрасная книга. Рада познакомиться с хорошим писателем на нашем форуме (это ж как я вас раньше пропустила? нет мне прощения)

Жду продолжения!

...

uljascha:

Что ещё хуже, а мне двойка по математике. Таня ещё будет учиться в Смольном, да

...

Александра Ростова:

Нат, привет!

Признательна за отзыв и пожелания.
Согрели меня.

Продолжаю работу.

...

Александра Ростова:

Танюша будет дома.

...

Александра Ростова:

 » Подарок от Светы (михайловна)

Света, огромное спасибо!
Вдохновляющая обложка!

...

Марфа Петровна:

Саша, привет.
Спасибо за главушку.
Профессия реставратора сама по себе интересна, ведь сколько тайн скрывают найденные древности. Но и тяжелая - сколько песка и землицы надо перевернуть, чтобы обнаружить крупицу истории. Ну и надо иметь талант в восстановлении разрушенного, да и быть очень увлеченным, чтобы не обращать внимания на тяготы работы.
Именно такими и оказались Тамара и ее начальники.
А какая история заключена в найденной записке! История семьи Федора Петровича.
Очень интересно!
Отдельная благодарность Свете за красоту в теме!

...

Кейт Уолкер:

Саша, привет! Поздравляю с новой интересной и необычной темой! Желаю интересных отзывов, понимающих читателей, много-много вдохновения и свободного времени побольше! Тяжёлая, конечно, тема выбрана, но такие события точно не забудешь, и хотя не мог лично их видеть, всё равно невольно переживаешь и волнуешься. Татьяну мне уже заранее жаль - трудная у неё будет судьба, если учесть время, в котором выпало жить. Но поглядим, как всё будет. Сейчас вспомнила, кстати, отличную книгу о трёх поколениях женщин с одним и тем же именем. Называется "Три Анны", автор - Ирина Богданова. Первая Анна по фамилии Веснина жила в конце 19 века и была дочерью купца. Вторая Анна по фамилии Найдёнова жила уже в 20 веке и была сиротой. Третья Анна по фамилии Саянова - наша современница, работает в библиотеке. И между всеми тремя Аннами существует невидимая связь, хоть и живут они в разное время.

...