Fata morgana ( Мираж) любовь, мистика

Ответить  На главную » Наше » Собственное творчество

Навигатор по разделу  •  Справка для авторов  •  Справка для читателей  •  Оргвопросы и объявления  •  Заказ графики  •  Реклама  •  Конкурсы  •  VIP

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>17 Мар 2009 17:45

 » Fata morgana ( Мираж) любовь, мистика  [ Завершено ]

РОМАН ЗАВЕРШЕН! ОДНИМ ФАЙЛОМ МОЖНО СКАЧАТЬ ВОТ ТУТ



Аннотация: Оливия не помнит о себе ничего до 16 лет, именно в этом возрасте, она с матерью оказались на пороге Мадлен, которая приютила их. Через несколько недель ее мать умерла, оставив девушку без ответов на вопросы: кто она, почему они здесь, кто те люди, которые снятся ей каждую ночь, особенно Он? Все, что осталось ей от прошлого - странная брошь, но поможет ли она ей найти свою сущность?. Прошло шесть лет, и в одно ужасное утро, вся, с таким трудом, налаженная жизнь летит под откос... Или наоборот - все возвращается на круги своя?
Рейтинг: NG17 ( пока) smile
Рассказ будет вестись от нескольких лиц smile
Действие происходит в альтернативной реальности, где Европа не пытается объединится в Евросоюз, и на территории восточной Европы и балканского полуострова продолжаются многочисленные военные конфликты за распределения власти. В этом мире не было Второй мировой войны в нашем понимании. Она закончилась через два года, так как, более слабая, Германия не смогла противостоять Англии и Франции. Америка так и не приняла в ней участие, Советский союз был задет лишь краем. А потму, эти две супердержавы нашей реальности, так и остались захолустьем в этой. СССР не выдержал кома нарастающих пробле, и распался еще сорок лет назад. США лишь сейчас достигло уровня развития стран западной Европы. Атомная бомба не была создана. Но, Франция и Англия активно разрабатывали космическую программу, а потому, такие привычные для нас вещи как телевиденье, мобильные телефоны и т.п. - существуют



Глава 1
Быстрее, быстрее, она должна ехать еще быстрее. Педаль газа была вдавлена до упора, но это не помогало. Ей хотелось кричать. Хотя, она и так уже кричала. Никогда в жизни она не ездила с такой скорость – 190 км в час. О Боже! Она нарушала все законы. И где?! В самом центре города! До сих пор, ей «везло»: она еще ни в кого не врезалась. Остальные машины шарахались от нее во все стороны. Возможно, этому способствовало то, что ее палец свело судорогой на кнопке сигнала, в положении « ON». Хотя, более вероятным было все же то, что всех пугали звуки выстрелов, и их непосредственные последствия – ее машина была похожа на решето, и только чудом не были задеты какие-нибудь важные части. О других машинах, вокруг, она не могла сказать то же.
Оливия не знала, что происходит. Она не понимала, почему именно ее машину выбрал этот маньяк. Но, когда третий выстрел отпечатался круглой дырочкой на ее лобовом стекле, у нее отпало желание это выяснять. Осталась лишь одна мысль – быстрее, быстрее, быстрее…
Ей надо сосредоточиться. Она не может пропустить этот поворот. Иначе, ей не добраться до дома Мадлен. Зачем ей туда, Оливия не знала, но это была привычка, выработанная годами: проблемы – Мадлен – решение.
Не сбавляя скорость, девушка резко вывернула руль. «О мой Бог! Господи! Господи! Пожалуйста, не дай мне умереть сейчас, пожалуйста.» - Оливия закусила губу до крови, и ее соленый привкус смешивался со вкусом слез на ее губах. « Я еще так много не успела, я не хочу умирать, не могу, я еще не сделал ничего, не вспомнила, не нашла. Не дай мне умереть»
Даже ремень безопасности не мог удержать ее тело на одном месте при повороте на такой скорости. Она почувствовала, как он натянулся, прижимая девушку к сиденью. Но, все равно, инерция влияла на ее тело, клонила его в сторону. « Нет, нельзя, тебя размажет по любому встречному препятствию, держись, держись…» Тонкие руки вцепились в руль со всей возможной силой.
И в этот момент, произошло нечто, весьма странное. Она раздвоилась… Ну, может это и не то слово, однако, ничего более подходящего в тот момент на ум не пришло. Неужели это смерть? И ее душа, отделившись от тела, смотрит на происходящее сверху? Но вот же она, там, за рулем, живая, хоть и испуганная. Может ли тело жить без души? Ее, вроде, живет и функционирует. Более того, она, словно, и не теряла с ним связи, Оливия чувствовала все, что происходит в машине, и, в тоже время, смотрела на все это сверху и следовала за машиной. Да что же это такое?! Оливия обернулась и посмотрела на машину ее преследователя. К своему ужасу, девушка увидела, что сквозь лобовое стекло, мужчина смотрит на нее, не на ту, что в машине, а на душу, которая сверху. Может это не душа? Она что, видима?! Его губы зашевелились, и, ничему уже не удивляясь, она услышала его хриплый голос, полный ненависти:
- Я знал, что не ошибся насчет тебя! Ты – такая же. Ты умрешь. Как и другие, как твой отец. – Его губы скривились в насмешливой гримасе. – Не беги, маленькая Ольви, тебе не убежать. Никто не убежал. – Он откинул голову и рассмеялся надсадным, ломающимся смехом. А затем, резко оборвав смех, навел руку с пистолетом на нее.
Миг, и она снова… едина, пожалуй, так можно сказать. Наверное, это прогрессирующее сумашествие на фоне стресса. А что еще это может быть?!
Не смотря на хаос, творящийся в ее голове, она, все еще, вела машину. И, все еще, не была подобием лепешки, размазанной по первой встречной стене. Каким образом это ей удалось? Ни одной идеи. Ноль. Ее мозг взял выходной на сегодня. А может, и навсегда. Чтож, не важен путь, важен результат. Не так ли?
Ее машина, визжа по асфальту на очередном крутом повороте, странным, необъяснимым для Оливии образом, вписалась в узкую арку, которая была въездом во двор Мадлен.
Резко выжав сцепление, и тормоз, девушка пыталась остановить бешено летящую машину, лихорадочно переключая передачи. Машину дергало, Оливию бросало вперед-назад, и, только благодаря ремню безопасности, девушка не вылетела, разбивая стекло головой.
Все же, полную остановку машины нельзя было назвать совершенной. Вряд ли кто-то поверит, что это просто такой метод парковки – капотом в дерево. Но – она жива, и пока, это главное. Трясущимися руками, Оливия отстегнула ремень, и отпихнула от лица подушку безопасности. Дернув ручку двери, девушка выпала из машины на землю, жадно хватая воздух. Опираясь о дерево, остановившее ее машину, она старалась принять вертикальное положение.
И вот тут ее везение кончилось, во всяком случае, ей так показалось. А как может быть иначе, когда весь двор, в котором жила Мадлен, был набит полицией. Именно набит, лучшего слова не подобрать. И как она никого из них не раздавила?! А, может, раздавила? Взгляд невольно метнулся под колеса – нет, вроде никаких внутренних органов и частей тела там не было, чтож, и на том – спасибо.
Картина двора была впечатляющей: несколько десятков людей в немом изумлении смотрели на нее, трясущуюся, истерично глотающую воздух, взъерошенную девушку, стоящую возле разбитой о дерево машины. Почему-то, в ее оторопелом, ушедшем в отпуск мозге, отпечаталось два лица – перепуганное лицо Мадлен, с огромными, в пол лица глазами, и пораженное мужское, странно знакомое, словно, виденное раньше. Но, это было не то лицо, нет, точно не тот, кого она искала все эти шесть лет. Ее отвлекло движение сзади, она не смогла вспомнить, где видела этого человека. Машина ее преследователя пронеслась мимо арки. Хотя, Оливия была уверенна, что он прекрасно знал, что она здесь. Почему же не повернул? Ему было известно о полиции? Это его план? Ограничить свободу ее передвижений путем заключения в тюрьму? А потом спокойно добраться до нее подкупив охрану?
Ее голова отказывалась думать, она пульсировала и болела, возможно, на лбу был синяк, но кого это сейчас волнует?
И тогда, Оливия сделала то, ради чего она ехала сюда на такой скорости. Захлебываясь рыданиями, девушка побежала к Мадлен. Где-то сбоку, началось движение, резко хлопнула дверь машины. Но ее это не волновало, она добралась до женщины, и, практически упав на нее, начала плакать еще сильнее. Мадлен обняла ее и начала что-то говорить, но Оливия не слышала ее, просто не могла ничего слышать, ей казалось, что ее окружает плотный кокон, который не дает пробиться звукам, даже ее собственный плач она не слышала.

* * *
Шесть лет назад.
Сегодня было странное утро. С самого начала, как только Мадлен проснулась, и пошла в душ, ее не покидало странное ощущение, что что-то произойдет. Нельзя сказать, что Мадлен отличалась сильно развитой интуицией, нет, даже напротив, она ею вовсе не обладала. Иначе, не носила бы, столь поддерживаемый государством, гордый титул матери-одиночки. Одно воспоминание об этом подонке, заставило женщину презрительно искривить губы. Впрочем, и от такого ничтожества была польза – прекрасная двухлетняя кроха – Анита. Мадлен обожала свою дочурку, тем более, что в возрасте 37 лет такими подарками судьбы не разбрасываются, пусть отец этого подарка был и остается, ничтожеством. Слава Богу, Анри исчез из их жизни еще до рождения дочери. А в том, что он не вернется, Мадлен не сомневалась.
Вновь вернуться к своему « предчувствию» женщине пришлось уже во время завтрака. Они с Анитой сидели в теплой, освещаемой солнцем, кухне, когда сердце Мадлен пустилось вскачь. Непонятно было, то ли средний возраст, непростая жизнь и поздняя беременность – сказались на ее сердце. То ли бедный орган, ни с того, ни с сего, стал чутким радаром будущего. Конечно, все эти мысли пришли ей в голову позже, тогда она не особо задумывалась о странном поведение организма. Тридцать девять, все еще, не тот возраст, когда мы сознательно относимся к своему здоровью. День прошел в обычных хлопотах воскресенья, Мадлен наслаждалась своим поздним материнством в полной мере. И хотя саму женщину воспитывали в строгой манере истинной немецкой буржуазной семьи, ее дочь не имела отказа ни в чем.
А вот вечер принес неожиданности. Этот апрельский дождливый вечер навсегда изменил жизнь матери и дочери.
Сидя перед телевизором с дочерью и просматривая очередные развивающие мультфильмы, которых она накупила превеликое множество, Мадлен услышала звонок в дверь своего дома. Это удивило женщину. Они жили в престижном районе, это позволяли доходы Мадлен и состояние ее семьи, доставшееся ей в наследство. И в этом районе не было принято беспокоить соседей без их на то предварительного согласия.
Тем не менее, Мадлен пошла посмотреть, кто пришел. Подойдя к двери, и выглянув на крыльцо, через окно, она увидела стоящих там женщину и девочку - подростка. Мадлен открыла двери.
- Чем я могу вам помочь? – она внимательно осматривала пришедших. Их одежда, определенно дорогая, была изрядно испачкана, а местами и порвана. И женщина, и девочка выглядели усталыми и измученными. На вид им было около тридцати и четырнадцати лет соответственно.
В этот момент зеленые глаза женщины встретились с голубыми глазами Мадлен. И холод прошел по спине немки. Вот сейчас она вспомнила и утреннее предчуствие, и странное поведение сердца за завтраком.
- Вы дочь Брюге? – голос женщины дребезжал на ветру, словно треснутый сосуд. Мадлен не смогла произнести слова, в горле внезапно пересохло. Ее платиновая головка нервно дернулась в утвердительном жесте.
- Нам нужен приют. – Женщина наклонила голову, пытаясь достать что-то в сумке, черные волосы упали ей на лицо, подчеркивая мертвенную бледность пришедшей.
Такая просьба не была странной для нынешнего времени, война окончилась не так давно, и в страну , все еще, прибывало много беженцев. Но откуда этой странной пришелице была известна ее фамилия?
Все это время девочка молча стояла, глядя в пространство, казалось, она не замечает ничего, что окружало ее. Один взгляд на нее заставлял усомниться в ее адекватности и здравом восприятие мира.
Наконец, женщина выпрямилась и что-то протянула Мадлен. Та непроизвольно подставила ладонь, хотя про себя уже решила, что откажет этим странным и пугающим беженкам. На ее тонкую холеную ладонь упала брошь, и весь мир Мадлен перевернулся с ног на голову. Она снова была маленькой девочкой, которая сидела в кабинете отца и внимательно слушала семейную легенду.
- Запомни, Мадлен. Если когда-нибудь к тебе придет человек, и покажет брошь с таким рисунком, - отец положил перед ней старый ветхий кусочек бумаги с изображением пантеры, волка, медведя, которые, казалось, застыли в момент прыжка, и парящего над ними сокола. – Ты будешь должна сделать для него все, о чем бы он не просил. Брюге помнят свои клятвы, и никогда не предают их. А мы обязаны этим людям самим своим существованием. – И отец сурово поджал свои тонкие губы, подчеркивая важность произнесенного постоянными кивками своей седой головы.
Это был не первый их разговор, и не последний, на эту тему. Каждую пятницу, после работы, отец звал ее к себе в кабинет. Так же, как и четыре поколения Брюге до него, так же, как его собственный отец делал это. Но никому из них не довелось воюче увидеть этот узор.
И вот она, та, кто менее всех верила во все семейные предания, уж больно смешно смотрелись они в двадцатом веке, держала в своей ладони тяжелый кусок черненного серебра в форме овала, с которого на нее готовились прыгнуть пантера с глазами из оникса, волк, сверкающий топазами, и медведь, с глазами из янтаря. А над ними парил, расправив крылья и выставив когти, сокол, сверкая глазами – изумрудами.
Все, о чем она думала до этого, вылетело у нее из головы. Она просто отошла вглубь дома, молча приглашая зайти странную пару.
В эту же ночь, успев лишь сообщить, что ее дочь зовут Оливия, женщина впала в забытье. И ни один из докторов, которых Мадлен приглашала к ней, не смогли выяснить причину такого состояния женщины, и тем более, не могли ей ничем помочь. Все эти дни , Оливия просто сидела в комнате, которую Мадлен выделила для нее. Она делала лишь то, что ее просили сделать. Ела только если ей напоминали об этом, принимала душ лишь потому, что Мадлен каждый день говорила ей об этом, а в остальное время сидела, смотря куда-то, куда никто кроме нее не имел доступа. Как и с ее матерью, а в том, что это была ее мать сомнений не возникало – те же черные волосы, отливающие синевой, белая кожа, те же тонкие черты лица. И зеленые глаза, который были столь же потухшими и безжизненными; врачи не смогли найти никаких физических отклонений в здоровье девушки.
Мадлен не представляла, что ей делать. В один из вечеров, к ней подошла нанятая для женщины сиделка и сообщила, что подопечная очнулась. Немка тут же бросилась к ней в комнату.
Женщина лежала в кровати, сливаясь с белыми простынями, лишь волосы, черным пятном, выделялись на подушке.
- Скажите, кто вы, что произошло с вами? – Мадлен стала на колени возле ее кровати.
Но больная лишь слабо покачала головой. А затем начала говорить тихим голосом.
- Позаботься о моей дочери. Сделай ей документы. Ее фамилия… - женщина замолчала на некоторое время и прикрыла глаза – Носен, ей шестнадцать лет. Скажи ей, что ее мать звали – Амелия.
После этих слов, она просто закрыла глаза и… умерла. Мадлен не могла поверить своим глазам. Они вызвали скорую, но немка уже знала, что ничто не поможет.
Так и оказалась Мадлен Брюге матерью двух девочек.

**********
И вот сейчас, стоя в окружении огромного числа незнакомых людей в форме полиции, и еще непонятно кого. Держа в руках рыдающую Оливию, Мадлен поняла, что прошедшие шесть лет были лишь затишьем перед этими событиями.

Глава 2.
Марк нервно барабанил по спинке переднего сиденья. Он волновался. Это не было обычным для него состоянием, но, тем не менее, это было так. Он устал от безнадежных выматывающих поисков. Устал от ложных следов. От зацепок, ведущих в пустоту. И, не смотря на все это, Марк не думал останавливаться. О нет! Он не сдастся. Он найдет их. Рано или поздно, но найдет. Кроме того, у него было подозрение, что даже, если у него и опустятся когда-нибудь руки, Габриель просто возьмет его за шкирку и потянет дальше. А возможно, просто перешагнет через него, не удостоив даже взглядом, и будет искать сам.
- Прекрати, Марк, меня раздражает этот звук. – Габриель недовольно скривился. – Неужели, нельзя сидеть тихо?
Сидящий рядом с Марком, Габриель казался абсолютно спокойным. Только то, что они знали друг друга очень давно, помогало Марку увидеть, что его друг, также, неспокоен. Он был неподвижен – это правда. Но под его неподвижными пальцами, на кожаной обивке сиденья, виднелись дыры, которых раньше не было.
Марк вздохнул. Как же он устал.
Шесть лет – так долго, и так мало. Шесть лет прошло с тех пор, как он , вернувшись домой, нашел мертвого отца, и узнал, что его мать и сестра исчезли. Никто ничего не знал. В доме, полном слуг, никто ничего не мог ответить на его вопросы. Это было невероятно. Но он не смог добиться от них ничего. Глупые, неразумные люди. Лучше бы они рассказали все ему. Через час после него, пришел Габриель…
То, во что друг превратил его дом, не хотелось вспоминать. Марк не был уверен в том, как Габриель нашел виноватых, возможно, он и не искал, а просто всех определили виновными безусловно. Так или иначе, показательное наказание первых нескольких человек, развязало языки другим. Трудно молчать, когда ты забрызган кровью своего товарища. Габриель не был щепетильным в выборе средств. Он даже не перевоплощался, нет, он вполне справился с этим в своем обычном обличье, хотя, на тот момент ему еще не было и двадцати.
Нельзя сказать, что Марк не знал натуру своего друга. О нет, ее все знали прекрасно. Поговаривали, что когда Габриель родился, провидцы клана советовали убить дитя, так как боялись, что младенец станет неуправляемым чудовищем. Но отец Марка не мог поступить так с единственным ребенком лучшего друга. Их клан был уникальным, и держался он на доверии друг к другу. Потому, Габриель остался жить. Возможно, многие потом пожалели о терпимости главы, но все молчали. Его остерегались, избегали, боялись.
Во всем клане, насчитывающем более трехсот членов, только один не боялся Габриеля, и это не был Марк.
Но та ночь в полной мере показала ему характер друга. Все, что стояло между Габриелем и тем, что ему было нужно – будет уничтожено, без исключений. С того дня Марк испытывал трепет перед другом.
Марк перевел свой взгляд на окно, за которым, подполковник полиции месье Лефлер, разговаривал с госпожой Брюге. Ему не надо было прислушиваться к разговору за тонированным окном, чтобы знать, о чем они говорят. Десятки подобных разговор велись за эти шесть лет. Сотни людей, которые могли что-то знать об Оливии или его матери. Но все эти разговоры ни к чему не привели. Война в соседнем государстве только усложнила их поиски. Даже то, что они нашли среди слуг предателей и узнали у тех все, что могли, не особо помогло им. Все, что те знали, что какой-то мужчина в темной плаще с капюшоном, пришел вечером, и, за огромную сумму, попросил провести его к премьер-министру. Это не было чем-то необычным. Многие таким образом, пытались привлечь внимание политика, добиться встречи, рассказать о каких-то проблемах. В целом, такой приработок не очень и карался самим премьер-министром, хоть вся его семья и охрана были против. Но никто серьезно не сопротивлялся, в конце концов, все члены их клана могли защитить себя, а уж тем более, глава, не так ли?
Как оказалось - не так. Этот таинственный ночной гость смог убить его. Как? Они не знали этого и спустя шесть лет, и незнание делало их слабее. Кто-то знал, как победить их, а они даже не представляли себе, кто или что это могло быть.
Сегодняшний день мало чем отличался от череды подобных дней за эти года. Они приехали в страну вчера. Получив разрешение здешнего правительства на поиски ( словно их отказ мог им помешать), и получив их полную поддержку, они начали искать госпожу Брюге. Один из очередных информаторов навел их на эту женщину достаточно давно, около четырех лет назад. Но ее не так легко оказалось найти, она слишком часто переезжала, впрочем, как многие другие. Ее поиск не был приоритетным в их списке, но несколько дней назад они, наконец, нашли ее. А потому решили изучить, чтобы ничего не пропустить.
Для всего мира они были представителями правительства небольшой восточно-европейской страны, которые искали пропавшую дочь и жену своего бывшего премьер-министра. У них были громкие должности и полное благословение своего нового правителя. Разумеется, этот новый премьер-министр не был истинным главой их клана, это было подставное лицо из людей. Они стали мудрее. После смерти отца Марка, самый сильный из их объединенного клана должен был стать главой, если же такового не имелось, вопрос главенства решался в боях. Но вопрос возник не в личности сильнейшего, а в том, что ни сам Габриель, ни кто-либо из клана не хотел, чтобы он стал главой. Кто хотел быть под управлением безумца? Потому, с полным согласием каждого члена клана, Марк был выбран главой. Габриель же занял пост его главного охранника.
От размышлений Марка отвлек резкий визг и громкий скрежет. Он увидел, как во двор на полной скорости влетает машина. Было очевидным, что водитель не успеет остановится до столкновения с многочисленными препятствиями во дворе. И действительно, машина, все же сбросив частично скорость, врезалась в дерево. Над двором повисло молчание. Все, словно застыв, смотрели на место трагедии. Внезапно, дверь с водительской стороны открылась и на землю выпала девушка.
Марк понял, что уже стоит на улице. Он практически не сомневался в том, кто это была. И в этот самый миг, она подняла голову и посмотрела прямо на него. Марк застыл. Это была Оливия! Но она даже не задержалась взглядом на нем?! Рыдая, девушка бросилась к госпоже Брюге.
Марк услышал, за своей спиной скрежет металла. Очевидно, очередная их машина осталась без двери.
Марк точно знал, что эта девушка – его сестра. И еще, так же точно, он знал, что у того, кто имеет отношение к этим событиям – огромные проблемы. И сам Марк, был наименьшей из них…
*********
Двадцать лет назад.
Габриель тяжело вздохнул, и гордо выпрямил спину. Он устал, ему было неудобно, скучно и ужасно одиноко. Взгляд его черных глаз был устремлен в одну точку, даже, не смотря на то, что в комнате никого не было уже два часа. Мальчику очень хотелось расслабить спину. Хотелось подойти и рассмотреть все эти удивительные картины на стенах, забраться на галерею, опоясывающую комнату на уровне второго этажа, полистать книги на полках в поисках картинок. Габриель впервые попал в дом главы клана. И ему было очень любопытно. Но за свою недолгую жизнь, он усвоил главный урок – он не имеет право на то, что могут делать остальные дети его клана. Мальчик не знал – почему. Он просто выучил этот урок. У Габриеля не было друзей, никогда. Он никогда не играл с кем-либо, кроме родителей. Когда у него хватило глупости выйти на улицу одному, без отца, он понял, что с ним что-то не так. Только не понял, что именно? Никто не говорил с ним, дети убегали и тыкали него пальцем. Никто не звал его играть. Если Габриель пытался подойти к кому-то, ребенок с громким криком бежал к взрослым, а те прятали визжащие чадо. В тот день мальчик узнал, что единственное, что может составить ему компанию – его гордость. Когда он вернулся домой, отец поговорил с ним, он сказал, что остальные члены их клана просто не понимают Габриеля. Они боятся того, что он очень сильный для своего возраста, и, к тому же, имеет достаточно взрывоопасный характер. Мальчик не совсем понял, каким образом особенности его поведения стали известны всему клану, но твердо решил поменяться. Ведь, если быть честным, он, и правда, не был послушным ребенком, и не единожды кто-нибудь из домашних вызывал у него приступы гнева. Однако, все его старания ничего не изменили. Он не мог полностью контролировать себя. Его продолжали бояться.
И тогда, в возрасте четырех лет, Габриель решил – его клан не принимал его, и он не мог поменять этого. Чтож, он сможет с этим жить. И он жил. Жил почти три года. Пока, два дня назад, не произошло нечто неординарное в его жизни – он перевоплотился первый раз.
Его клан – состоял из ликантропов. Но, они не были обычным кланом. Сотни лет назад, оборотни, уставшие от постоянных войн кланов, объединились в единый клан, в котором не было единой формы трансформации. Здесь были все возможные формы, которые пожелали присоединится. Таких желающих собралось огромное количество. И их число послужило отличной гарантией безопасности нового клана. При объединении было определено единственное правило: всякий ликантроп, независимо от формы, которую он выбирал при первичной трансформации, и от его способностей, имеет право быть полноценным членом клана.
Поэтому, учитывая историю его клана, сам факт перевоплощения не был странным. Шокирующим было другое – Габриель впервые трансформировался в неполные семь лет! Теоретически, перевоплощение могло начинаться в любом возрасте. Однако, во всей истории ликанов было лишь два известных случая первой трансформации до четырнадцати лет. Необычной была и форма, в которую перевоплотился Габриель – он был пантерой. Пантеры были очень редкой формой трансформации, и в их клане не появлялись уже много лет. Унитарный клан, состоящий лишь из пантер, давно перестал существовать.
В тот день, когда Габриель принял свою форму – он увидел то, что полностью разрушило его веру в окружающий мир – он увидел ужас в глазах матери. Его мать боялась своего сына. Теперь он знал, ничто не имело для него значения. Он будет таким, каким создала его природа и судьба, и он не будет стараться стать тем, кем не является, ни для кого на свете. Даже для матери.
Следствием этих событий и было его нынешнее пребывание в этом доме. Его родители привезли Габриеля, чтобы Архен, глава их клана, решил его дальнейшую судьбу. Его оставили в этой комнате, строго приказав не двигаться с места и ждать. Вот он и ждал.
Мальчик испустил очередной тяжелый вздох – ему было так скучно! Бросив осторожный взгляд по сторонам, он рискнул подойти к одной из картин. Она была очень красивой. На ней было изображено море. Габриель никогда не видел моря вживую, только изучал его на занятиях с учителем и видел его рисунок на карте. Но эта картина была поразительной: море искрилось под лучами садящегося солнца, переливалось множеством красок, и, казалось, что это не картина, а окно, из которого видно самое настоящее море. Габриелю так захотелось дотронуться до волны, но, хоть он и был высок для своего возраста, он не мог достать до картины. Тогда, мальчик начал оглядываться в поисках предмета, на который можно было бы стать. И тут произошло невероятное – на Габриеля что-то упало!! И это что-то – лопнуло, окатив мальчика с ног до головы холодной водой! Вода забрызгала пол и стены, и стекала с самого Габриеля на пол большой лужей. Не понимая - что произошло, мальчик услышал приглушенное хихиканье, и возню на галереи. Он задрал свою темную голову и попытался рассмотреть обидчика. Но ему не сильно это удалось, так как галерею окружали высокие деревянные перила. Габриель зарычал от обиды и несправедливости. Он сжал свои кулачки и собрался крикнуть наглецу, чтобы тот спускался, когда его опередили.
- Малк! Ты плохой! – С галереи донесся шепелявый визг, и звуки борьбы. Над перилами показалась русая голова мальчишки, одного с Габриелем возраста, который пытался от кого-то отбиться.
- Отстань, Ольви! Уходи, мелкая злюка. А не то, я на тебя пожалуюсь родителям! – мальчик пытался протиснуться к ступенькам, ведущим с галереи, но, похоже, у него не получалось оторваться от шепелявой поборницы справедливости.
- А я скажу папе, что ты обливался, и он тебя накажет! – В голосе девчонки слышалось торжество.
Мальчик, признавая свое поражение, пытался сбежать по ступенькам, но его сестра с удивительной проворностью догнала брата, и вцепилась в его рубашку. Так что, с лестницы они спустились вместе. Мальчик выглядел раздраженным, и не особо довольным таким поворотом событий. Он с сердитым видом стал напротив Габриеля, пытаясь спрятать сестру за собой.
- Уйди, Ольви. Что ты тут делаешь? – Девочка упорно пыталась вылезти из-за спины брата и разглядеть мокрого гостя.
- Я сбежала от няни! – Лицо девчушки светилось гордостью от своего достижения. У нее были темные волосы, и она не сильно походила на брата. – И я все видела, ты, Малк, обливался! – Девочка показала брату язык.
Эти слова вывели Габриеля из ступора, и он посмотрел на этого « Малка».
- Ты зачем обливаешься?! – Габриель чувствовал, как в нем нарастает злоба, накопленная за все последнее время. Теперь у него есть на ком отыграться!
- Тоцно, Малк, ты зачем обливался? – Снова влезла девчушка, выходя из-за спины брата.
«Малк» выглядел растерянным и испуганным. Похоже, он точно знал, кого именно облил, но, все же, пытался спрятать сестру.
- Ты что, Ольви, спрячься за меня, это же Габриель! Я слышал, как его так называли.
Гнев начал пробиваться через контроль Габриеля. Ему хотелось кричать от обиды из-за злости, звучащей в словах мальчишки.
- Ни и сто? Обливаться – плохо! – авторитетно заявила Ольви, для усиления эффекта качая головой и маша маленьким пальчиком перед братом. – А мальсик тебя не трогал! Он – холосый!
Габриель моргнул и замер. Это он хороший? Девочка определенно ничего о нем не знала. Но странное тепло появилось у него внутри. Никто не называл его хорошим. Никогда. За всю его жизнь, его звали: странным, ужасным, плохим, ответственным, монстром, но никогда – хорошим.
- Да что ты понимаешь, малявка, он тебя съест. Он сумашедший монстр, он урод. Прячься за меня, немедленно. – Марк с силой дернул сестру за руку, пытаясь затащить ее за себя. Но не рассчитал силу, и Оливия заплакала от боли.
В эту минуту произошло несколько событий сразу. Габриель потерял остатки своего контроля от обидных и несправедливых слов мальчишки, и его взбесило, что тот обидел его единственного заступника. Его тело начало меняться. Одновременно с этим, дверь, ведущая в коридор, открылась, и в комнату вошли родители Габриеля и Архен. Увидев разворачивающуюся картину – все застыли.
Разумеется, Габриель был еще мальчиком, и потому, превратился в котенка пантеры. Но и этот котенок были размером со взрослую овчарку, и имел весьма острые когти и зубы. Он весьма успешно выбрался из одежды, и теперь, стоя перед Марком, скалился и рычал на него. Мальчишка, от страха, выпустил сестру, которая уже перестала плакать, и начал пятиться к стене. Оливия же, напротив, с интересом рассматривала Габриеля, не выпуская палец изо рта. Она казалась совсем крохой на фоне такого Габриеля. Сзади кто-то ахнул.
И тут Оливия решила прервать затянувшуюся тишину:
- Смотли, Малк! Он стал котиком! – Девочка визжала от восторга и хлопала в ладоши. – Я говолили, что он холоший! Все котики – холосые. – Она смело подошла к Габриелю, и начала гладить его ухо, приподнимаясь для этого на носочки.
Габриель оторопел. Она не боялась его, совсем. Наверное, она совсем глупая, если не понимает, что он вполне может убить ее. Но как ни странно, его контроль почти вернулся. И удалось это ему, именно благодаря этой маленькой девочке. Он не видел страха в ее глазах, только восторг. Там, где даже родная мать отвернулась от мальчика, маленькая девчонка смело подошла к нему и обняла. С этого момента. Габриель поклялся себе, что он сделает все для нее, пусть она явно слаба умом, он никому не даст ее в обиду. Он сел на задние лапы и потерся мордой о ее темные волосы. Сзади раздался очередной полу-вздох, полу-всхлип. Габриель повернулся и посмотрел на родителей. Его мать с ужасом смотрела на своего сына, словно ожидала, что наброситься на маленькую девочку и разорвет ее. Это больно ранило мальчика, в очередной раз, но теплая ладошка успокаивающе гладила его по голове и смягчала боль обиды. Отец и Архен внимательно наблюдали за происходящим, очевидно, не уверенные в следующих действиях Габриеля, и, боясь спровоцировать его на импульсивные поступки.
- Папа, - Оливия тоже посмотрела на Архена, - а давая оставим его себе, я всегда хотела котика.- И девочка с надеждой воззрилась на папу.
- Солнышко мое, он не котик, он мальчик, и мы не можем оставить его, он имеет свой дом. – Архен осторожно начал приближаться к странной компании.
- Но папа, - девочка обиженно надула губки и топнула ножкой, - он будем моим длугом. У меня совсем не длузей, а Малк, злюка. – И Оливия еще теснее прижалась к Габриелю, разгадав намерение отца оттащить ее от новообретенного «друга» и игнорируя протянутые к ней руки…
Габриель зарычал на главу клана, выражая свое недовольство его намерениями забрать девочку. Архен отступил на шаг и задумчиво посмотрел на детей. Чтож, может, его дочь мудрее взрослых, и видит в этом мальчишке что-то, что пропустили они все. Хотя, разве провидцы ошибаются? Он не помнил таких случаев. Но решил дать Габриелю шанс, ради дочери.
- Возможно – это то решение, которого мы не смогли найти, Вил. - Он повернулся к отцу Габриеля. – Похоже, моя дочь нашла к нему подход. Давай оставим Габриеля у нас. Уверен, что Марк, – Архен строго посмотрел на сына, - подумает и подружится с Габриелем. Ему, так же, не хватает друзей его возраста.
Марк, ожидавший сурового наказания, усиленно кивал соглашаясь с отцом.
- Чтож, это будет неплохим решением, ведь, если Габриель будет находиться под защитой главы клана, его оставят в покое. – Вил вздохнул и посмотрел на сына. – Не подведи нас, Габриель. И помни все, что я говорил тебе.
С этими словами, он обнял жену за плечи, и повел к выходу. Габриель видел, что мать оглянулась несколько раз на сына, и в ее взгляде, к тоске за сыном, примешивалось облегчение. Мальчик не знал, то ли от того, что ее сын надежно пристроен, то ли от того, что не они теперь отвечают за его выходки.
С тех пор, Габриель стал еще одни сыном Архена. Глава клана никогда не делал отличий между ним и своими детьми, никогда не обращался с Габриелем так, словно тот отличался от других детей своего возраста. И это помогало чувствовать мальчику себя почти нормальным. Хотя срывы его темперамента случались все равно, и тогда никто не мог подойти к нему, кроме Оливии.
Габриель подружился с Марком, несмотря на первое впечатление, и, вскоре, они проказничали вместе. Однако, ни Архен, ни Марк, и никто из клана не мог даже мечтать о той преданности, которую Габриель испытывал к Оливии.

Глава 3
Месье Лефлер настойчиво уговаривал госпожу Брюгге оказать всю возможную помощь этим дипломатам. Габриель усмехнулся на этой формулировке « дипломат», ха, это определенно не про него, Марк – возможно, Берт – определенно. Истинным дипломатом их клана была Оливия.
На этой мысли его пальцы впились в сидение, он чувствовал, как ногти удлиняются и превращаются в когти, прорывая кожаную обивку сиденья. Контроль пошатнулся в очередной раз, но сейчас было не подходящее время. Позже, когда он выяснит, что известно этой Брюге – он сможет сорваться. Не сейчас, когда нужно быть собранным.
Что-то привлекло его внимание в словах женщины. Она врала. Ему не было необходимости опускать стекло или подходить ближе к разговаривающим. Все ликаны обладали великолепным слухом. И сейчас, Габриель слышал, что женщина лгала. Почему? О чем? В какой мере? Знает ли она что-то, что могло бы им помочь. Оборотень оценил, каковы шансы, что Марк даст ему поговорить с этой Брюге, и усмехнулся – они были ничтожны. Из всей их «делегации», включающей двадцать человек, у него были наименьшие шансы получить доступ к этим людям, во всяком случае, пока. Но он был готов подождать. Если это поможет ему получить хоть крупицу информации. Габриель вздохнул, и мысленно, скривился от горького запаха страха, витающего в воздухе. Это становилось смешно. Их было ровно на девятнадцать ликанов больше, и они боялись его. Даже Марк. Именно брат Оливии настоял на таком большом составе их команды. Он не был уверен, что справится с ним меньшим числом. Ха–ха-ха, а эти его остановят?
Габриель считал себя привычным к тому, что его боятся и ему не доверяют. В конце - концов, он с рождения носил титул « монстра». Он должен был бы привыкнуть. Но это было не так. Оливия заставила его поверить, что его не надо бояться, и он летал с этой уверенностью. Тем горше было его падение после ее исчезновения. Прожив четырнадцать лет в окружении ее любви и восхищения, он забыл, как уничтожителен страх окружающих. Правда, сейчас к страху примешивалось и почтение. Как ни как, он был сильнейшим, и кроме того, руководил защитой всего клана.
Нельзя сказать, что в теперешнем страхе клана не было его вины. Напротив, он сам, своими руками разбил тот образ, который так долго создавала Оливия. Но Габриель не испытывал ни малейших угрызений совести за свое поведение. Те люди, которых он убил, были виновны в предательстве главы клана, они даже не были ликанами.
Лично для него – все слуги были виноваты в том, что не уберегли Оливию, и все, до последнего, заслуживали смерти. Но Марк остановил его тогда.
За эти шесть лет, мужчина, вновь, перестал заботиться о том, что думают окружающие. У него были другие проблемы – его самоконтроль рушился. С каждым месяцем, с каждым новым днем и секундой – ему все труднее было сдерживать себя. Мысль о том, что могло произойти с его девочкой за это время – доводила его до безумия. В такие минуты он крушил все, что попадалось на его пути. И это только усиливало страх его спутников. Он не имел поддержки, а у самого Габриеля уже не было сил сдерживаться. Оборотень сжал кулаки, впиваясь когтями в свою ладонь. Он найдет ее, чего бы это не стоило. Ему никогда и ничего не было нужно, кроме нее.
Женщина за окном упорно отказывалась сотрудничать. О, она не говорила именно так. Напротив, с улыбкой соглашалась, что судьба бедной девочки ее беспокоит, и она всячески постарается помочь, но Габриель слышал фальш в ее голосе. И это выводило его из себя, но он еще держался, еще мог контролировать свою сущность.
Посторонний шум ворвался во двор, он не очень интересовал Габриеля, но все же, привлек внимание. Машина на огромной скорости влетела во двор и врезалась в дерево. Когда из поврежденного автомобиля выбралась девушка, сердце Габриеля замерло. Он толкнул дверь машины, оторвав одно из креплений, но кого это сейчас волновало? Взгляд девушки задержался на долю секунды на Марке, но на ее лице не отразилось ни радости, ни узнавания. Что происходит, черт возьми? Металл двери сминался под его пальцами, но он не видел этого.
Оливия стремглав бросилась к госпоже Брюгге. В этот момент, все пришло в движение. Полицейские засуетились, вся «делегация» ликанов высыпала из своих машин и собралась плотной группой возле Марка и Габриеля. Немка что-то говорила, полицейские говорили, все говорили разом, и только ликаны молчали. Месье Лефлер, очевидно, желая выслужиться, подскочил к Оливии и попытался привлечь ее внимание, тряся за плечи…
******
Оливию резко выдернули из ее защитного кокона, какой-то мужчина в форме полиции, начал трясти ее за плечо. Эта тряска, как ни странно, привела ее в чувство по одной просто причине: Оливия не переносила, когда ее кто-то касался. Исключения составляли Мадлен и Анита – им она доверяла. Она не знала, почему боится чужих прикосновений, но этот страх уже жил в ней, когда она начала осознавать себя шесть лет назад. Потому, нахальное нарушение границ ее личного пространства, вызвало в ней гнев и резкое возмущение. Она отскочила от этого человека, вскинув голову и зло глядя на него. Странно, но ей послышалось рычание, наверное, очередные последствия стресса.
- Не смейте трогать меня. – Она не знала, почему так сердита на этого человека, но ей было необходимо выплеснуть свой гнев, иначе она просто завизжит, как истеричка. И ей плевать, что он может посадить ее.
Но мужчина оказался непробиваемым, и снова поднял руку, пытаясь достать Оливию.
- Вам четко сказали, отойдите от нее немедленно. – Раздался из-за спины полицейского мужской голос. Лефлер оторопел, непонятно откуда, но у него появилась четкая уверенность, что очень тонкая грань отделяет его душу от встречи с Создателем. Девушка же, стоящая перед ним, напротив, встрепенулась.
Оливия не понимала, что происходит, но когда она услышала этот …. условно, голос ( девушка скорее отнесла бы этот звук к рыку), у нее появилась настойчивая потребность увидеть его обладателя. В ее голове появился странный круговорот образов, словно заблокированное сознание пыталось прорваться наружу, она почти вспомнила, почти…
Не совсем осознавая свои действия, девушка обошла полицейского.
Тот, кого она увидела, не был незнакомцем. Оливия понимала, что его вид должен напугать ее. Лицо мужчины было резким и жестоким. Глаза его были чернее ночи. Она, честно, не понимала, как такое возможно, но ее охватил восторг, когда она встретилась с этими глазами. Пусть в них она видела безумие и боль, там была и надежда. Она знала эти глаза. Они снился ей каждую ночь. Он звал Оливию в ее снах, а просыпаясь, она не могла вспомнить его имя, и это убивало ее. И сейчас, плотина в ее памяти рухнула.
Мешанина образов и воспоминаний заполнила ее разум, но это не имело значения. Она уже бежала к нему, шепча его имя, и не понимая, как могла его забыть.
Габриель встретил ее на середине разделяющего их расстояния. Оказавшись в его руках, Оливия не могла остановиться: она улыбалась и шептала его имя. Девушка забыла о Мадлен, которая ничего не понимала в происходящем, она забыла о полном дворе людей, она забыла обо всех неприятностях сегодняшнего дня и, просто, была счастлива.
Габриель опустил лицо в ее волосы и крепко прижал Оливия к себе. Он наслаждался, впервые за шесть лет, испытывая покой. Она, все также, не боялась его. И в ее глазах он видел только радость и любовь. Потом, он вспомнил о ее появлении.
- Я убью того, кто сделал это с тобой. – Габриель кивнул головой в сторону разбитой машины. Его глаза сузились, и из груди вырвалось рычание.
Оливия засмеялась.
- Нет, Габриель, ты никого не будешь убивать, сейчас, по крайней мере, я не разрешаю. Ты не монстр. – Она весело смотрела в его черные глаза.
- Ты так думаешь? – Он насмешливо улыбнулся. – Давай спросим любого их них. – И Габриель кивнул в сторону ликанов.
Девушка сердито нахмурилась.
- Габриель, ты что наделал, пока меня не было? – Она запустила пальцы в его густые черные волосы и, притянув голову мужчины, прижалась своим лбом к его.
- Разве это имеет значение? Разве хоть что-то без тебя имеет значение? – Он поднял ее на руки и пошел в сторону машины.
-Нам надо забрать Мадлен и Аниту.- Девушка оглянулась на свою защитницу, вспоминая о ней. – Вдруг он доберется и до них?
- Кто доберется, милая? – Габриель поднял голову и, осмотрел крыши окружающих домов. Оливии показалось, что она услышала какой-то свист, но Габриель уже повернулся и продолжил движение. Она выбросила это из головы, ей и без того хватало забот. – Тот, кто гнался за мной.
Руки Габриеля сильнее прижали ее к нему.
- Никто не приблизится к тебе, я обещаю. – Он посмотрел ей в глаза, и она видела оскал зверя в них. Девушка только вздохнула.
Они подошли к Марку и остальным ликанам.
- Я обиделся, сестренка. – Марк многозначительно смотрел на Оливию. – Ты даже не сделала вид, что узнала меня. – Он попытался протянуть к ней руки и забрать сестру. Но, посмотрев на оскалившего зубы Габриеля, быстро изменил свое решение. – А где … мама?
Оливия непонимающе посмотрела на брата, ее что-то настораживало в поведении Габриеля, ей не нравилось то, как держались остальные. Они все были знакомы ей с детства, но сейчас, они отводили глаза. Ей не понравилось то, как Габриель посмотрел на других и, кивком головы, отправил пятерых членов команды куда-то.
- Мама? - Переспросила она, отвлекаясь от наблюдения за этими событиями. – Ох, Марк, мама умерла.
*********
В памяти Оливии всплыло бледное лицо в окружении иссиня-черных волос. Тогда она не могла в полной мере осознать, кого потеряла, ее состояние больше походило на сомнобулизм. И от того, больнее было думать об этом сейчас, когда воспоминания просачивались сквозь трещины в баррикаде ее сознания. О, это не было полным озарением, ничего подобного. Какие-то образы вспыхивали и моментально гасли, подобно молниям. Другие картинки задерживались на долгое время. Это жутко раздражало и дезориентировало девушку. Голова страшно болела, синяк на лбу пульсировал.
Но было еще что-то, что отвлекало ее. Какой-то запах, противно знакомый, будящий новые воспоминания. Мадлен давно обратила внимание девушки на ее великолепное обоняние, и теперь Оливия вспоминала, чем обязана такому «подарку природы». Она потянула воздух носом, и видела, что Марк делает то же. Ее брат вопросительно посмотрел на Габриеля, но тот пренебрежительно скривил губы. Марк закатил глаза. Прям пантомима. И тут, Оливия вспомнила, что это за запах. Но откуда?! Ответ пришел моментально.
- Габриель! Немедленно опусти меня. – В ее голосе звучал гнев и возмущение.
Мужчина удивленно посмотрел на нее, не понимая, чем вызвал такие чувства, но послушался.
Едва ее ноги коснулись земли, Оливия схватила Габриеля за плечи и попыталась развернуть, но, неожиданно, тот не подчинился. Девушка сузила глаза и посмотрела на него.
- Повернись немедленно, или, черт возьми, я сама добью тебя. – Прошипела она.
Габриель широко усмехнулся, взглядом приглашая попробовать совершить задуманное, но, поиграв в гляделки, все же, повернулся к ней спиной, испустив тяжелый вздох, и бормоча об упрямстве всех женщин вообще, а одной из них, в частности.
Оливия закусила губу, чтобы не засмеяться, но тут же ее веселье, словно, ветром сдуло: на спине мужчины расплывалось пятно крови, чуть ниже правой лопатки. Сзади охнула подошедшая Мадлен.
- Черт тебя побери, Габриель. – Девушка с силой стукнула его по спине кулачком. – Ты ничего лучше не придумал?! Нагнутся слабо было, мы сильно крутые, да?
- Эй, до того как ты решила посмотреть, я чувствовал себя лучше. – Габриель обернулся насмешливо глядя на нее. – Между прочим, я тебя закрывал, и выбрал максимально эффективный способ. – Оливия уже открыла рот, чтобы высказать, что именно она думает об этом способе, но не успела.
- Оливия Носен, - Мадлен окрикнула ее с возмущением, - разве я учила тебя ругаться? И не смей бить бедного мальчика, ему и так досталось.
Девушка виновато посмотрела на Мадлен.
- Марк, дай мне аптечку, а ты, - она вновь повернулась к Габриелю и хитро улыбнулась, - снимай рубашку, бедный мальчик, быстро.
- Да чего ты нервничаешь, Оливия. – Скривился Марк. – Заживет ведь и так, чай не в первый раз.
- Аптечку, Марк, или Мадлен будет оказывать помощь тебе. Это вы так друг другу помогали, пока меня не было. – Оливия грозно посмотрела на брата. Марку примирительно поднял руки и полез за аптечкой.
Девушка заставила Габриеля сесть в машину, спиной к ней. Затем, словно вспомнив о чем-то, поджала губы, положила ладонь на спину Габриеля, закрывая его собой, и повернулась к Мадлен. Та забрала аптечку у Марка и собиралась помогать воспитаннице.
- Мадлен, я справлю сама, ты должна забрать Аниту и собрать наши вещи. У нас не больше сорока минут. Потом мы уедем, не так ли. – Она посмотрела на брата, тот утвердительно кивнул. – Марк, отправит с тобой кого-то из своих людей. Потом я тебе все объясню, обещаю.
Женщина неуверенно посмотрела на приемную дочь, но, все же, кивнула, соглашаясь. Отдав аптечку обратно, Марку, она, вместе с двумя ликанами, пошла к дому.
Оливия обернулась к Габриелю.
- Она не знает, кто мы, не так ли? – Спросил мужчина.
Девушка осматривала рану, и хоть она точно знала, что через несколько часов от нее не останется и следа, ее вид не приносил удовольствия.
- Нет, десять минут назад и я не знала, кто я. – Достав вату и перекись, Оливия начала промывать круглую ранку. Габриель кивнул, словно она подтвердила его догадку.
- Что ты имеешь в виду? – Марк удивленно уставился на сестру.
- Я не знала кто я, не помнила ничего о себе до того момента, как мы оказались на пороге Мадлен. А мама умерла, сказав лишь мое имя. Так я и осталась у Мадлен. Она старалась помочь мне, консультировалась у огромного числа врачей – но, все чем они могли помочь, это сказать, что, когда придет время, я все вспомню. – Она весело улыбнулась. – И как видите, они были правы.
- Габриель, ты можешь попробовать вытолкнуть пулю? – Она посмотрела на внимательно слушающего ее оборотня. Тот, молча, кивнул. Оливия почувствовала как напряглись мышцы под ее рукой и в отверстии показалась пуля. Девушка осторожно вытащила ее. Промыв еще раз ранку, она аккуратно прикрыла ее повязкой.
- Ну вот, думаю, часа через четыре можно будет снимать. – Оливия оперлась о плечи Габриеля и наклонилась, заглядывая ему в лицо. – И больше никаких глупостей, ты меня понял? – почувствовав, что он напрягся и вздрогнул, она забеспокоилась. – Тебе холодно?
Габриель только фыркнул и насмешливо улыбнулся. Он спокойно натянул рубашку, не обращая внимание на пятно. А потом повернулся к ним лицом. Даже сидя, Габриель был выше Марка, не говоря уже об Оливии.
- Ну зачем ты это устроила, соколенок. Все равно, ничего бы со мной не случилось, ты же знаешь.
Он положил руки ей на талию и попытался поймать взгляд. Но она прижалась к нему и спрятала голову на груди.
- Может, мне нравится заботится о тебе. А я так давно этого не делала.- Оливия приложила все усилия, чтоб говорить как можно тише и невнятней, в слабой надежде, что он ее не услышит. Но поняла, что ее маневр не удался, когда почувствовала, как он сильнее обнял ее.
- Спасибо. – В этом слове было столько чувства, что Марк почувствовал себя неудобно, находясь так близко к ним.
- Кгм…, Оливия, а ты помнишь, что случилось в тот вечер, когда вы с матерью исчезли?
Почувствовав, как напряглась девушка, и увидев, как потух ее взгляд, Габриель сердито посмотрел на Марка.
- Отстань, Марк. У нас будет время поговорить об этом позже.
Оливия слабо улыбнулась и посмотрела на брата.
- Поговорим вечером, ладно? – Тот кивнул.
Вернулись ликаны, которых Габриель отправлял проверить крыши. Они никого не нашли там, но обнаружили пистолет, из которого, очевидно и получил пулю Габриель. Кроме того, по словам старшего из этой группы, они почувствовали странный запах, словно там, одновременно, были и человек и оборотень. Это удивило их. Когда это ликан на преследование брал человека? Да и зачем? Все равно, те ничем не смогли бы помочь. Оливия рассказала, что в машине видела только одного мужчину, и она не могла с уверенностью сказать – кем он был.
Так же, вернулась Мадлен, с охраняющими ее оборотнями. Все были нагружены сумками. Мадлен собралась очень быстро – им было не привыкать перебираться с места на место. Марк выразил огромную благодарность месье Лефлеру, и пообещал, что непременно упомянет, какую неоценимую помощь, тот оказал им, при разговоре с его начальством. Таким образом, инцидент с машиной был замят, бравой полиции был дан словесный портрет злостного маньяка, преследующего бедную девушку. И одного взгляда Габриеля было достаточно, дабы пресечь дополнительные вопросы, и принять решение о немедленном проведения расследования. За сим полиция и отбыла.
- Ну что, сестренка, поехали? Тебя еще ждут приятные сюрпризы сегодня. – Марк с улыбкой посмотрел на Оливию. Так или иначе, он был чертовски рад, что она нашлась.
Они расселись по машинам. Разумеется, Оливия села с Габриелем. Забрав Аниту из сада, они приехали в дом, который был выделен для их «дипломатической делегации».
На пороге их встречал высокий молодой человек с длинными темно-коричневыми волосами. Увидев Оливию, он испустил громкий крик восторга и быстро подбежал к ним. То ли он был умнее, то ли наблюдательнее многих, но юноша не сделал ни единой попытки приблизится к Оливии, ближе, чем допускал Габриель.
- Оливия!!
- Берт!! – Девушка искренне обрадовалась. – Как здорово, что ты тоже здесь!! – Она обернулась к брату. – Вы что, весь клан притащили сюда на мои поиски?
- Нет, сильно много чести для такой мелкотни. – Широко улыбнулся Марк, - всего-то, тридцать человек, так почетная делегация. – Он выглядел беззаботным и радостным, но от девушки не укрылся настороженный взгляд, который брат бросил на Габриеля, и грустный взор Берта.
- Так, что ж мы стоим во дворе? – Берт попытался изобразить веселье. – И, к тому же, я вижу незнакомых мне прекрасных дам. – Он отвесил галантный поклон Мадлен и подмигнул Аните.
Оливия рассмеялась, заходя в дом, и таща за собой Габриеля, который усердно пытался сохранить суровый вид, но у него это не сильно получалось.
- Ты неисправим, Берт, все такой же оптимист, но мне это нравится.- И проходя мимо него, она погладила Берта по щеке. Тот мягко улыбнулся ей.
- Должен же хоть кто-то в нашей семье быть оптимистом, а не занудой. – Пошутил он, за что и получил подзатыльник от, следующего за Оливией, Габриеля.
- Придержи язык, братец. А то можешь и лишиться его. – Габриель многозначительно посмотрел на Берта. Но тот не выглядел испуганным.
- Оливия вернулась, она меня защитит. – Он показал язык Габриелю и, увернувшись от очередного подзатыльника, забежал вглубь комнаты.
- Ну как малые дети, честное слово. – Оливия с укором посмотрела на Габриеля, - и как вы не поубивали друг друга, пока меня не было? Ума не приложу.
- Поверь мне, сестренка, мы были очень близки к этому, просто поразительно близки.- Марк широко улыбнулся все компании.
Вошедшая Мадлен, с интересом прислушивалась к этой перепалке, явно пытаясь разобраться в обстановке.
В конце концов, все успокоились, и пошли размещаться в комнатах. Берт повел показывать комнаты Мадлен, а Габриель – Оливии. Остальные члены клана, высказав радость по поводу благополучного возвращения Оливии, разбрелись по своим комнатам. А Марк поехал по «дипломатическим» делам, сообщить об успешном завершении их поисков руководству Франции, и обсудить какие-то политические вопросы перед завтрашним отъездом. Но клятвенно пообещал вернуться через два часа, и все обсудить с сестрой.
Оливия осторожно открыла окно и выглянула наружу. Вот черт, Габриель, как всегда, все предусмотрел. Она тихонечко вздохнула и начала осматривать комнату в поисках идеи. Конечно, она была уверенна, что предусмотрительность Габриеля была направлена на абсолютно противоположное действие, он обезопасил ее от любого возможного проникновения недоброжелателя. Хотя, нельзя было исключить, что он предполагал ее возможный побег из-под его опеки, а посему, специально поселил здесь. Окинув комнату последним взглядом, девушка была вынуждена признать тщетность ее попыток. Более того, у нее появилась твердая уверенность, что ранее в этой комнате жил сам Габриель, здесь все было пропитано его запахом, и она с наслаждением вдыхала, любимый с детства, аромат. А значит, комната была полностью безопасна для нее, даже если возможной угрозой была сама девушка. Оливия, вновь, посмотрела в окно: третий этаж – высоковато для нее. Конечно, для Габриеля, или даже, Марка – это не высота, но вот она не хотела рисковать. Бросив очередной проверяющий взгляд на дверь, за которой, о, она могла ставить на это что угодно, сейчас стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, сам виновник ее затруднений, Оливия задумчиво посмотрела в небо. И тут ее посетила идея!
Конечно, она не делала этого последние шесть лет, но ведь не могла же она разучиться перекидываться, не так ли? Пожалуй, стоит проверить.
Ей не хотелось огорчать Габриеля, а она была уверенна, что он сильно расстроится. Но девушке было необходимо поговорить с Бертом, наедине. А ее добровольный защитник этого не допустит, это точно, и к провидцам не ходи. Хуже всего было то, что у Оливии оставалось совсем мало времени до того момента, как Габриель откроет дверь, проверяя, все ли с ней хорошо. Она знала его, как саму себя, и была уверена, что он, уже минуты три, внимательно прислушивается к происходящему в этой комнате.
Так, была не была. Девушке очень сильно не хотелось огорчать Габриеля – но у нее не было выбора. Она знала, что ее сердце будет рваться на части, когда он посмотрит на нее своими черными глазами с грустью и непониманием. Но – нет, это не должно ее остановить, она должна быть твердой, надо разобраться, что тут происходит.
Оливия закрыла глаза и начала сосредотачиваться, конечно, раньше ей было легко трансформироваться, но сейчас, она хотела быть уверенной, что ничего не перепутает. Не хотелось ей, покалеченной, выслушивать упреки брата и Габриеля. Девушка набрала в легкие воздух и … громко выдохнула, признавая провал своего плана. Ей не надо было открывать глаза, чтоб сказать кто стоит на расстоянии сантиметра от нее.
- Далеко собралась, милая? – Дыхание Габриеля щекотало ее шею, вызывая сладкую дрожь в теле. Ух, она почти забыла, какой эффект он производит на нее, когда стоит так близко. Она испытала острую необходимость прислониться к чему-то. К ее несчастью – этим чем-то оказался Габриель. Дрожь перешла в порхание бабочек в ее животе, и эти насекомые уж очень быстро поднялись к ней в голову, выдувая мозг взмахами крыльев. Черт побери, этого ликана! Совсем думать мешает, да еще и портит такие планы!
- Ммм…, да так, воздухом решила подышать.- Она презирала свое слабоволие, но ничего не могла с собой поделать. Оливия откинула голову назад, наслаждаясь его присутствием. Как же она скучала по нему, даже когда не могла вспомнить его имя. Она только минутку постоит так, а потом что-то придумает. Да, точно, именно так и сделает.
- Воздух, это хорошо, давай подышим вместе, только возле окна стану я, если ты не против. – Габриель обошел девушку, повернулся спиной к окну, закрывая ей обзор. Он облокотился на подоконник, и притянул ее к себе, положив голову девушки себе на плечо. Оливия потеряла дыхание окончательно. Она была, словно окутана им. Его руки охватывали ее за плечи, ее бедра были зажаты между его ног, а голове было так удобно, что никуда уже не хотелось идти.
- Ну что, соколенок, как ты жила все это время?

  Содержание:


  Профиль Профиль автора

  Автор Показать сообщения только автора темы (kosmet)

  Подписка Подписаться на автора

  Читалка Открыть в онлайн-читалке

  Добавить тему в подборки

  Модераторы: kosmet; PoDarena; Дата последней модерации: 23.02.2011


_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Sonata Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Аквамариновая ледиНа форуме с: 18.10.2008
Сообщения: 1923
>17 Мар 2009 21:35

Мне очень понравилось!
Интригующе и увлекательно, так что жду продолжение!!! Smile

Парочка исправлений Wink
kosmet писал(а):
Наверное, это прогрессирующее сумасшествие на фоне стресса.
И холод прошел по спине немки. Вот сейчас она вспомнила и утреннее предчувствие, и странное поведение сердца за завтраком.
Он сумасшедший монстр, он урод.
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>17 Мар 2009 23:13

 » Глава 4 часть 1

Sonata, спасибо, учту Smile

Глава 4
Оливия задумалась над его вопросом, хоть это было и нелегко, сосредоточиться на чем-то, кроме самого Габриеля.
- Думаю, можно сказать, неплохо. – Произнесла она, наконец, с легким вздохом. – Мадлен заботилась обо мне, как о собственной дочери. Я не испытывала нужды ни в чем. Вот только, я постоянно мучилась от того, что не могу вспомнить, кто я такая. – Она потерлась щекой о его шею, наслаждаясь теплом и покоем. – И еще, за все эти шесть лет я ни одной ночи нормально не спала, представляешь? – Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. – У меня было две крайности: или полная бессонница, или кошмары. Это ужасно выматывает, должна признаться. – Девушка недовольно скривила губы.
Габриель улыбнулся.
- Это гораздо меньшие неприятности, чем я представлял себе. И я очень рад, что ошибался.
Оливия фыркнула.
- Могу представить, что ты себе навоображал. У тебя всегда была склонность к драматизации ситуации. – Она легонько стукнула его в плечо. Габриель в притворном гневе сощурил глаза и зарычал.
- Эй, - Оливия отпрыгнула, смеясь, - я пошутила. - Но, кстати, - она бросила на него взгляд из-под ресниц, - я вспомнила, что мне надо заглянуть к Мадлен. Должна же я объяснить ей хоть что-то. – Девушка решила воспользоваться моментом. – Так что, я пока к ней сбегаю. – Она быстро развернулась и направилась к двери. Но Габриель поймал ее за руку.
- Может с тобой сходить?
Оливия закатила глаза.
- Что со мной может случится в доме, полном ликанов? Чье присутствие здесь, кстати, мне совершенно непонятно. – Она, все же, была вынуждена повернуться к нему. – Габриель, ну серьезно, я уверена, что у тебя есть какие-нибудь важные дела. И вообще, я же жила сама эти шесть лет. – Она тут же прикусила язык, это была не лучшая тема для разговора, если ей хотелось выйти из этой комнате в одиночестве. И действительно, улыбка исчезла с лица мужчины, и он помрачнел, а в его глазах появилась боль.
- Я знаю, Ольви, и проклинаю себя каждую минуту этих шести лет, поверь мне.
- Господи, Габриель, ты-то, в чем виноват? - Оливия обхватила его лицо своими ладошками. – Ты не мог ослушаться главу клана, да и причин не было. – Быстро добавила она, видя, что он собрался спорить с ней. Она знала, что он-то, как раз вполне мог проигнорировать приказ ее отца, если считал, что в таком случае пострадает Оливия в любом аспекте. – Все, я здесь, со мной все хорошо, ну почти. – Признала она. – Так что, заканчиваем самоуничижения. Иди, прими душ, расслабься, отдохни. И, в конце концов, поменяй эту рубашку. Поверь, вид твоей крови не доставляет мне ни малейшего удовольствия. – Она не удержалась и быстро поцеловала его в щеку. – Если мне что-то будет угрожать – я закричу, договорились?
Габриель кивнул.
- Тогда пока, встретимся позже. – И Оливия убежала, пока он не передумал. Оставалось только, найти Берта и убедить Мадлен ничего не слышать из их разговора.
********************************************************
Габриель задумчиво смотрел вслед Оливии, прижав руку к щеке, словно пытаясь сохранить тепло от ее поцелуя. Ага, как же, так он и поверил, что она пошла к Мадлен. Наверняка рыскает по дому, в поисках Берта. Он был самый младший, и самый впечатлительный из них. И к тому же, как и сам Габриель, ни в чем не мог отказать Оливии.
Наверное, это отличительна особенность мужчин его семьи - полностью и безоговорочно покорятся этой девушкой. Как она еще до его отца не добралась, усмехнулся про себя Габриель. Ему не хотелось, чтоб Оливия разговаривала с его братом, но рано или поздно, она все равно все выяснит, так какая разница? И, кроме того, пусть лучше Берт расскажет ей все, чем кто-то другой. Его брат менее других сомневался в нем, а значит, его рассказ будет не столь ужасен, как, например, у Марка. Что мог Оливии рассказать Инге, когда они вернутся домой, даже думать не хотелось, шакал, хоть и в обличье волка. Мужчина скривился, вспоминая этого хлыща. Он не мог понять, почему Марк так тесно общался с ним, особенно, после исчезновения Оливии. Хорошо еще, что с собой не таскает. Габриель точно убил бы его, если бы пришлось терпеть больше часа это отвратительное общество.
На Берта можно положиться, он не предаст брата, чтоб парень не думал об его поступках. Правда, он никогда не соврет Оливии. А это – хуже. Но она поймет, ведь так? Она всегда понимала его. Мужчина со всей силы ударил стену кулаком. Чтож, это принесло некоторое облегчение, однако, он предпочел бы, чье-то лицо.
Обреченно вздохнув, от неизбежности данной ситуации, Габриель стянул рубашку через голову, не утруждая себя расстегивание всех пуговиц, и уныло пошел в душ. От родственников – одни неприятности, не так ли? Но, не мог, не улыбнутся, вспоминая, как он познакомился с Бертом. Если бы не Оливия, у него никогда не было бы брата.
********************************************************************************
Десять лет назад
Крик Оливии разнесся по всему дому. Габриель побежал на первый этаж, откуда и неслись яростные вопли, уверенный, что по прибытии на место, застанет всю домашнюю челядь. Не надо было обладать слухом ликана, чтоб услышать, как орет девочка. Что же так вывело ее из себя? Заинтересованно улыбнулся парень.
Через минуту он был перед дверью в кабинет Архена, откуда и неслись возмущенные крики Оливии. Не задумываясь, Габриель вошел в кабинет, чтобы не происходило, он будет вместе с ней.
Его взору предстала поразительная картина, обычно послушная любимица Архена, стояла посреди кабинета и, уперев руки в бока, громко ругала своего отца. Она даже не обернулась, когда зашел Габриель, вполне вероятно, что просто не услышала за своим криком. А вот глава клана, напротив, с надеждой воззрился на вошедшего. На его лице явственно читалось виноватое выражение, и он, очевидно, не ощущал себя комфортно в роли отчитываемого, особенно, собственной дочерью. Парень стал рядом с подругой, пытаясь разобраться в ситуации, а она, хоть и кивнула другу, показывая, что увидела его, не прекращала кричать.
- Как ты мог, отец?!! Как вы могли так поступить?!! И даже не пытайся сказать мне, что это лучше! – Габриелю стало весело, было очевидно, что Архену не удастся вставить слово, даже если он и захочет.
- Не вам решать, что для него лучше!! Вы так сделали потому, что вам так удобней!! Вы злые и эгоистичные!! – Оливия даже топнула ногой от возмущения. Судя по ее действиям, то что неделю назад она впервые перекинулась, а значит, официально стала совершеннолетней, по законам их клана ( несмотря на свои двенадцать с половиной лет), добавило ей немало смелости в споре с отцом. Улыбка Габриеля стала шире, когда он вспомнил, что именно он первый увидел, какую форму приняла его девочка. Она, как раз, дразнила его, пытаясь убежать с книгой, которую перед тем вырвала у него из рук, наивно полагая, что ей удалось подкрасться к нему незамеченной. А он, как обычно, до последнего поддавался ей. И когда он, рванулся, чтобы догнать ее и забрать книгу, она, визжа и хохоча одновременно, выбежала во двор. Оказавшись там, через минуту после нее, Габриель пораженно застыл, увидев как книга падает из ее рук, а сама Оливия с удивлением на лице, начинает терять очертания. Через долю секунды, над завороженным парнем кружился соколенок. Пораженный Габриель протянул руку, и птица, осторожно села на нее. Парень не обратил внимания на то, что ее когти оцарапали его, он восторженно смотрел на прекрасную птицу, сидящую на его руке, и смотрящую на него изумрудными глазами Оливии. И эти глаза сверкали от радости и восторга. В тот момент он так гордился ею. Даже Марк перекинулся только два с половиной года назад!
Не сдержавшись, юноша осторожно, погладил перышки сокола.
- Ты прекрасна,- прошептал он, и сокол довольно заклекотал.
- Я не поняла, что тебя так развеселило в моих словах, Габриель? Поверь мне, когда ты все узнаешь, ты перестанешь улыбаться. – Возмущенный голос Оливии выдернул парня из воспоминаний. Он виновато посмотрел на нее, а она, вновь, перевела взгляд на отца. – Мы едим к ним, и это – не обсуждается! – Девушка, от избытка чувств, хлопнула ладошкой по столу.
Затем, она развернулась к Габриелю, схватила юношу за руку, и потянула к выходу из кабинета. Архен, радуясь, что буря миновала, испустил вздох облегчения, и даже крикнул им напоследок, чтоб дольше двух дней они не задерживались.
Габриель, молча, следовал за девушкой. Они миновали толпу слуг, которая, как он и предполагал, была там. Собрались все домочадцы, включая Марка и Амелию. Но Оливия не остановилась, даже когда мать начала выяснять у нее что происходит. Она лишь махнула рукой, возмущенно рыча, чтоб мать спросила у отца. Габриель с недоумением пожал плечами в ответ на вопросительный взгляд Марка. Он так ничего не понял из происходящего, но если Оливия что-то хотела – он давал ей это. Всегда. Без вопросов. Раз она хочет куда-то ехать, значит, они едут, и все. Ничего сложного не было в его философии жизни.
- Оливия, может, ты возьмешь еще кого-нибудь, кроме Габриеля? – Долетел до них обеспокоенный голос Амелии.
Юноша напрягся, неужели, они все еще боятся его? Но Оливия ободряюще сжала его руку, и даже не подумала ответить на это, оскорбительное для него, предложение. Они дошли до своей машины. Официально, она принадлежала Оливии, Габриель подарил ее девушке, после длительных намеков с ее стороны, на день рожденья, но та не могла еще водить, а он, все равно, не отпускал ее никуда, вот и пришлось быть водителем.
Когда они сели в машину, парень ожидающе посмотрел на спутницу.
Оливия все еще была сердита, она поджимала свои губки, и сидела, скрестив руки на груди.
- Ольви, я должен знать хоть приблизительное направление. Ну, знаешь, юг, там, или восток, например. Иначе, мы не управимся за два дня, и Архен будет на меня сердиться. – Он решил развеселить ее. Но, почему-то, вместо улыбки, на лице девушки появилось виноватое выражение, и она осторожно перевела взгляд на него.
- Мы едем к твоим родителям, Габриель.
Руки юноши с силой сжали руль. Он не представлял, зачем ей понадобилось ехать туда. Все, что связывало его с тем домом, это первые шесть лет мучительной жизни, и письмо, которое он получил через неделю после отъезда родителей из дома Архена. В этом письме, сообщалось, что Габриель, как достигший совершеннолетия сын Вила, получает наследство, которое и положено на его в имя в крупнейшем банке страны. Это была стандартная процедура, то же самое сделал и Архен, сразу как они с Ольви рассказали ему об ее первой трансформации. Но шестилетний мальчик не понимал этого, и ему было больно. В тот день он убежал от всех, и, чтоб не плакать, перекинулся пантерой. Но, разумеется, Оливия не была бы собой, если бы не нашла его. Она долго сидела, гладя скулящего «котенка», и шепеляво рассказывая ему сказки. Что ей теперь понадобилось в том доме, Габриель не представлял. Но Оливия хотела туда ехать, значит – они туда поедут.
Юноша, молча, повернул ключ зажигания. И почувствовал, как ее тоненьки ручки обвили его шею.
- Ты не пожалеешь, поверь мне, Габриель. – И она поцеловал его в щеку.
Они добрались через два часа. Так близко, и, как оказалось, так далеко, чтобы ни разу ни навестить его.
Когда дворецкий отворил им дверь, Габриель понял, что здесь, все еще, помнят его, и сжал кулаки. Он, гордо подняв голову, прошел мимо бледного от страха дворецкого. В холле стоял его отец. Он мало изменился с их последней встречи, и это не было удивительным, учитывая продолжительность жизни ликанов. Он смотрел на них без всякого выражения.
Оливия, пренебрегая условностями, начала разговор, и, надо признать, довольно холодно, для двенадцатилетней девочки.
- Уверенна, что мой отец уже сообщил вам, зачем мы приедем.- Вил утвердительно кивнул. – Тогда, я не понимаю, почему вы один. – И Оливия вопросительно подняла бровь. – Это смотрелось достаточно комично, но Габриель был последним, кто рискнет сообщить ей об этом.
Вил задумчиво посмотрел на Габриеля, и неохотно, кивнул. Он вышел из комнаты. Девочка тут же подскочила к нему.
- Габриель, чтобы не случилось, просто контролируй себя, хорошо, просто дыши, помни, что я рядом. И постарайся понять, что это – хорошая новость. Обещаешь? – Юноша, не совсем понимая ее, кивнул.
- Хорошо, - Оливия взяла его руку и крепко сжала, - мы справимся с этим.
Дверь открылась, и в комнату зашел Вил, а за ним – мальчик, лет одиннадцати. Габриель пораженно уставился в такие знакомые черты лица. Не считая цвета волос и глаз – мальчик был очень похож на него самого. У него был брат! Родной брат! И они не сказали ему?!! Воздух резко врывался и вырывался из него. Он увидел, как напрягся отец, и мальчик испуганно смотрел на него. Контроль становился расплывчатым понятием для него, он таял, словно туман на солнце. Но, сквозь наступающее безумие, пробился шепот девочки, стоящей рядом:
- Дыши, просто дыши. – И крепкое пожатие ее ладошки. Все просто: она говорит, он делает. И это сработало.
С того дня изменилось несколько вещей: у него появился брат, который приезжал к Архену в гости каждые два месяца на неделю, и на два месяца летом, а его клан стал больше доверять Габриелю. И все это, как считал юноша, было только благодаря Оливии.
И еще одна вещь изменилась в его мироздании: теперь он не просто был предан Оливии, о нет, он молился на нее. Она стала его солнцем, луной, вселенной.
*******************************************************************
Стоя под обжигающими струями воды, Габриель думал о том, что ничего не поменялось в его чувствах к Оливии за эти годы. Изменился он сам. Как долго можно жить в вакууме? Он прожил в нем шесть лет. И выйдя из темноты на свет ее солнца, он боялся посмотреть в себя. Можно ли выжить в вакууме так долго и сохранить себя? Чтож, он скоро узнает это, прочтет в ее глазах.
На белый кафель стекали розоватые струйки, вода смывала кровь с разбитых костяшек кулаков, которыми он раз за разом бил об стенку.
*****************************************************************
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Sonata Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Аквамариновая ледиНа форуме с: 18.10.2008
Сообщения: 1923
>18 Мар 2009 0:21

Мне нравится!
А у тебя уже много написано? Баловать сегодня еще будешь? Wink
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>18 Мар 2009 8:22

 » Глава 4 часть 2

Не знаю, стоит ли здесь так делать, но вообще-то, на моем постоянном форуме принято выкладывать песни к тексту и ссылки, чтоб их можно было послушать. Я попробую выкладывать тексты песен, эта к предыдущей главе. Захотите послушать саму песню - пишите, выложу ссылку Wink

Endlessly (оригинал Muse)
There's a part in me you'll never know
The only thing I'll never show
Hopelessly I'll love you endlessly
Hopelessly I'll give you everything
But I won't give you up
I won't let you down
And I won't leave you falling
If the moment ever comes
It's plain to see it's trying to speak
Cherished dreams forever asleep
Hopelessly I'll love you endlessly
Hopelessly I'll give you everything
But I won't give you up
I won't let you down
And I won't leave you falling
If the moment ever comes
Hopelessly I'll love you endlessly
Hopelessly I'll give you everything
But I won't give you up
I won't let you down
And I won't leave you falling
But the moment never comes
Бесконечно (перевод не мой )
Во мне есть кое-что, о чём ты никогда не узнаешь,
То, что я никогда не покажу тебе.
Безнадёжно… Я буду любить тебя бесконечно.
Безнадёжно… Я буду дарить тебе всё на свете,
И я не брошу тебя
Не подведу тебя,
Я не дам тебе упасть,
Если однажды настанет для этого момент.
Легко увидеть то, что говорит само за себя:
Заветные мечты никогда не станут явью.
Безнадёжно… Я буду любить тебя бесконечно.
Безнадёжно… Я буду дарить тебе всё на свете,
И я не брошу тебя
Не подведу тебя,
Я не дам тебе упасть,
Если однажды настанет для этого момент.
Безнадёжно… Я буду любить тебя бесконечно.
Безнадёжно… Я буду дарить тебе всё на свете,
И я не брошу тебя
Не подведу тебя,
Я не дам тебе упасть,
Если однажды настанет для этого момент.

И продолжение четвертой главы Laughing

Оливия нашла Берта в одной из комнат первого этажа, Слава Богу, она снова вспомнила, что может в полной мере доверять всем своим чувствам, в том числе и обонянию.
Поманив парня пальцем, она сказала, чтобы он отвел ее в комнату Мадлен. Ей, и правда, стоило кое-что объяснить той. И к тому же, она сказала Габриелю, что будет там. А в детстве, если она не путала свое, не до конца прояснившееся, прошлое, со своими снами, у них был уговор: она должна быть там, где сказала.
Было приятно вновь оказаться частью чего-то большого. Вспомнить, что есть Габриель, Марк, Берт, и сотни других, не чуждых ей существ. О да, это было чертовски приятно, после шести лет пустоты.
Мадлен и Аниту разместили в смежных комнатах на втором этаже. Они были очень похожи на те апартаменты, в которых поселил ее Габриель, наверное, там тоже есть вторая комната. Она так увлеклась поиском путей побега, что не заглядывала во все двери, сосредоточившись на том участке, который показался ей более перспективным. Весь дом, как заметила Оливия, был достаточно богато обставлен, и, очевидно, как раз, и предназначался для размещения иностранных делегаций. На первом этаже дома, судя по запахам, разместилась основная часть их «делегации», на втором, был, в основном, запах Марка, Берта, конечно же – Мадлен и Аниты. Остальные запахи тоже были, но не имели той интенсивности, которая свидетельствовала бы о проживании их владельцев на данном этаже. Проходя по этажам, Оливия задумалась над тем, почему на третьем этаже не было ничьего запаха, кроме Габриеля.
Мадлен аккуратно села на диван, выжидательно смотря на воспитанницу.
- Я так понимаю, что ты все вспомнила?
Оливия утвердительно кивнула.
- Не все, но дело сдвинулось с мертвой точки. Это моя семья, ну некоторые из них. – Оливия замолчала, не уверенная в том, сколько стоит рассказать Мадлен. Потом вздохнула и подперла голову руками. Берт вопросительно посмотрел на девушку, но она только махнула головой.
- Мадлен, дело в том, что мы в непростой ситуации, насколько я могу представить это себе. И ты, как связанная со мной особа, оказалась втянутой во все это. Прости, мне жаль, что так вышло. – Мадлен пренебрежительно отмахнулась от этих слов. – Для вашей же с Анитой безопасности, вам придется пока побыть с нами, как долго – я не знаю. И еще, Мадлен, тебе надо приложить все усилия, чтобы не замечать странных вещей, которые будут происходить. Даже, если они будут происходить прямо у тебя на глазах. – Девушка произнесла последние слова с нажимом. – Ты понимаешь меня? – Немка кивнула. – И сказать Аните ,делать так же.
Оливия осмотрела комнату, в поисках девочки, и, прислушавшись, поняла, что та спит в соседней комнате. Многозначительно посмотрев на приемную мать, девушка кивнула на дверь, ведущую в смежную спальню.
- Я думаю, тебе стоит пойти, проверить, как Анита. И посидеть там. И поверь мне, не стоит прислушиваться к тому, о чем мы будем говорить. – Мадлен с сомнением посмотрела на Оливию, но кивнула, и прошла в другую комнату, плотно прикрыв за собою дверь.
Оливия посмотрела на парня.
- Берт, что здесь творится? Мы что, объявили войну местному клану?
Парень покачал головой, не глядя ей в глаза.
- Тогда, почему этот чертов дом, набит оборотнями? Для моих поисков было бы достаточно в пять раз меньшей поисковой группы. – Она откинулась на спинку дивана, пристально глядя на Берта и пытаясь поймать его взгляд. Но юноша упорно отводил его, глядя на свои сцепленные руки. После нескольких секунд молчания, он, наконец, прочистил горло, и начал говорить.
- Понимаешь ли, они, … все эти ликаны, не совсем для твоих поисков здесь. Они, что-то типа страховки для Марка. – Он выглядел напряженным.
- Б-е-е-рт, - Оливия растягивала имя юноши, - Я ничего не понимаю в твоем лопотании. Для. Чего. Они. Здесь.? Какая – такая страховка?
- Ну, они должны помочь Марку справится, в случае чего… - Берт начал нервно елозить по дивану. Оливия выжидательно смотрела на него. – Ну, если,… , в общем, если Габриель сорвется. – Закончил он шепотом и втянул голову в плечи, в ожидании неминуемой бури. И она не заставила себя ждать.
- ЧТО?!! – закричала Оливия, но тут же оборвала себя, боясь, что Габриель прибежит проверять ее сохранность. – Я убью Марка, удушу своими руками, плевать, что он волк, и глава. Он мне заплатит за это. Он что, совсем из ума выжил?!
Берт грустно покачал головой.
- Не стоит обвинять Марка, Ольви. Я могу понять его. – Девушка ошарашено уставилась на парня. – С тех пор, как ты исчезла, многое поменялось. Я знаю, ты никогда не верила в предсказание провидцев, но произошли некоторые события, которые заставили многих вспомнить о них.
- Берти, что ты мелешь? Я сама, если ты забыл, отношусь к таким «провидцам», дорогой мой, как и все другие соколы. И прекрасно знаю, что все такие россказни – гроша ломанного не стоят.
- Оливия, я не говорю, что они правдивы, я пытаюсь объяснить, что многие считают их таковыми, и поверь мне, Габриель делал все, чтоб как можно больше наших вспомнило о них. Когда он вернулся, выполнив поручение твоего отца, и узнал, что ты исчезла – он устроил бойню, в прямом смысле этого слова, от смертной казни его спасло только то, что умерли люди, ни один ликан не умер. Но это не значит, что оборотни не пострадали. Марку удалось оттащить его от слуг, только уговаривая немедленно начать поиски. И с каждым днем ситуация ухудшалась. – Оливия пораженно смотрела на Берта. Она не верила в то, что он говорил ей, но знала, что юноша не обманывает. И ее сердце начало разваливаться на кусочки. Это было больно, очень больно. Почти невыносимо. – Потом, контроль, вроде бы вернулся к нему.
Клану был необходим новый глава. И как ты сама понимаешь, сильнее Габриеля никого не было, но никто не хотел видеть главой – его. Да и сам он не хотел этого. Все, что занимало его мысли – это твои поиски. Марка, вначале, приняли как благо. Но потом, появились проблемы. – Берт посмотрел на Оливию. – Твой брат, не самый харизматичный лидер. Его легко сбить, легко повернуть в нужную сторону. И от того, чтоб не стать игрушкой в руках многочисленных «доброжелателей» его, как это ни иронично, удерживает Габриель. А точнее, страх таких советников перед ним. Я не оправдываю своего брата, честно сказать, я сам стал побаиваться его. Но эти подхалимы, пытаются полностью промыть мозги Марка насчет Габриеля. У него все чаще и чаще начали случаться приступы ярости, когда он полностью утрачивает контроль с реальностью. Мы не знаем, в чем причина, но я думаю, что на это влияло твое длительное отсутствие. Ты всегда была единственной причиной, по которой он сдерживался. Он все делал только для тебя. И потому, твое исчезновение – сорвало его с катушек, а длительное отсутствие хоть какого-то результата – просто добивало. Он крушил все, что попадалось под руку, не глядя ни на что. Все чаще стал перекидываться. Я не знаю, как много в нем осталось от того Габриеля, который был шесть лет назад. Сегодня, я впервые за все это время видел его улыбающимся, и таким … спокойным, что ли. – Берт взъерошил свои каштановые волосы пятерней, и посмотрел в окно. – Оливия, я боюсь, что твое появление уже мало что сможет изменить в отношении клана к нему. Он нам нужен, никто не отрицает этого. Габриель – сильнейший наш боец, да что там, он берсеркер среди ликанов. А того, кто убил твоего отца – так и не нашли. Мы даже не узнали, отчего он умер. Потому – никто не выгонит Габриеля сейчас, но он – пария. И ничто уже не изменит этого. Они, даже боятся оставаться возле него, если меня или Марка нет рядом.
Оливия не смотрела на Берта, она знала, что плачет, но не вытирала слезы, даже не всхлипнула. Все, что ей надо – это подумать. Да, ей просто надо спокойно подумать. Возможно, спросить у Мадлен. Нервный смешок вырвался у нее. Нет, тут Мадлен ей точно не поможет. Берт обеспокоенно посмотрел на нее.
- Оливия? Может, тебе что-то надо?
Что тут может быть надо, Берт?! - Хотелось крикнуть девушке, много скотча, чтоб склеить их жизни? Или, может у него была волшебная палочка, взмах которой мог изменить прошлое? Но она не сказала этого.
- Ничего, Берт. Просто уйди. – Она уронила голову на руки, закрывая мокрое от слез лицо.
- Но, … - Берт мялся, неуверенный, что может оставить ее в таком состоянии.
- Просто уйди, - пробормотала она в ладони, - убирайся, Берт!
Оливия услышала, как хлопнула двери, и шаги Берта удалялись по коридору.
Дыши, Оливия, дыши, это больно, но ты справишься. Разве ты не переживала худшее. В ее замученной памяти мелькнул образ падающего на пол отца, лицо мертвой матери. Она вспомнила, как первая пуля пробила ее лобовое стекло сегодня утром, и как она не хотела умереть, так и не вспомнив, кто тот мужчина, который сниться ей каждую ночь и зовет, умоляет ответить, и чье имя она так долго пыталась вспомнить. Ничего не было в ее памяти хуже этого. Так что ж, девочка, было бы лучше, если бы ты не вспомнила его? Было ли это лучше? Оливия точно знала ответ на свой вопрос.
Она не могла сидеть здесь больше, боясь, что Мадлен выйдет и начнет задавать вопросы. Аккуратно, очень осторожно, она встала и вышла из комнаты, так и не проронив ни звука. Отойдя от двери, она обессилено привалилась к стене. Куда теперь идти? Медленно, она побрела к лестнице, ведущей на третий этаж. Но на второй ступеньке, ее ноги подкосились, и она вынуждена была сесть, закусывая губу и не давая себе всхлипнуть. Держась за перегородки перил, она прижалась лицом к кованным завитушкам и закрыла глаза. Оливия всегда знала, что Габриель, не может контролировать свой характер, а с его силой – это было очень плохо, да что там, надо быть честной с собой до конца – это ужасно.
Она вполне могла себе представить себе, что творилось, когда Габриель не обнаружил ее дома. И гораздо лучше других, она знала – почему…
********************************************************************************
Шесть лет назад
Оливия сидела у себя в комнате на подоконнике открытого окна и мечтательно смотрела в него. Там стояла потрясающая ночь. И, хоть было еще совсем не поздно, все небо было усыпано бриллиантами звезд. Она любила такие ночи. Когда мягко дул летний ветерок, стрекотали цикады, и сверкали звезды. Но было кое-что, а точнее, кое-кто, кого она любила больше. Оливия улыбнулась своим мыслям. В возрасте восьми лет, она твердо решила для себя, что Габриель будет ее парой. Правда, ему она об этом не сообщила. Зачем? Все равно она не даст ему сделать другой выбор. Он принадлежит только ей. Это было так же неоспариваемо для нее, так же естественно, как дыхание. Ей, только, надо было подождать немного, пока она станет достаточно взрослой.
И вот, время шло, а она начала подозревать, что ей надоело ждать. Она любила Габриеля, любила так, словно это она была сумашедшей безумицей. При этой мысли, она беззвучно рассмеялась, чтоб не всполошить объект своих желаний, который находился за стенкой, и судя по звукам перелистываемых страниц, читал.
Он давно уже жил в соседней комнате, с тех пор, как ей стали снится эти дурацкие кошмары, которые свидетельствовали, что когда-нибудь она станет провидицей. Оливии захотелось фыркнуть. Тоже мне, Нострадамус. Однако, благодаря этим кошмарам, он был так близко к ней. Габриель не требовал, чтобы его поселили рядом. Он просто перенес свои вещи в соседнюю комнату, когда кошмары повторились три ночи подряд. На неуверенные возражения ее отца, он спокойно сказал, что, если тот против, он просто продолжит спать в ее комнате, как делал это все три ночи. Аргумент показался Архену убедительным, и Габриель спокойно переселился в соседнюю комнату. Теперь, какие бы кошмары ее не мучили, она знала, что Габриель придет и разбудит ее, успокоит. А иногда, пользуясь снами как предлогом, она удерживала его на всю ночь. И просто наслаждалась, лежа в его руках. Конечно, с каждым разом, ей хотелось большего. Но она не знала, как его подвести к этому. Оливия вздохнула, возвращаясь к корню ее проблемы. Она не знала, как соблазнить мужчину, но, надеялась, что это - то качество, которым с рождения обладает каждая женщина. И Габриель просто не сможет устоять перед ней. Девушка, ну почти, не сомневалась, что Габриель испытывает к ней такие же чувства. А значит – у нее все получится. Вот только, с чего начинать-то? Может, стоит хоть позвать его? Да, с этого и начнем.
Оливия удостоверилась, что лунный свет прекрасно высвечивает контуры ее тела, сквозь новую ночную сорочку, и, облизнув пересохшие губы, прошептала в темноту:
- Габриель? – Этого было достаточно, в этом девушка не сомневалась.
Через мгновение, парень стоял на ее пороге. Они никогда не запирали дверь, между их комнатами. На нем было очень мало одежды, только хлопковые пижамные штаны, и Оливии пришлось сглотнуть, чтобы смочить пересохшее горло.
- Что такое, Ольви? – Голос Габриеля был хриплым и взволнованным.
- Что-то мне не спится, может, поболтаем? – Настала очередь парня нервно сглатывать. Боже, помоги ему, но последние несколько лет были сплошным мучением для него, пускай и сладким. И сейчас, отчетливо видя все контуры ее, столь желанного тела, он не был уверен, что сможет разговаривать с ней на отвлеченные темы. Черт возьми, он вообще не был уверен в своей способности произнести хоть одно вразумительное слово сейчас. Он, похоже, и правду, безумец, не лгали провидцы, ой не лгали. Но, не имея выбора, да и не желая его иметь, Габриель, молча, кивнул и прошел вглубь комнаты, прикрыв двери.
Ну что ж, все складывалось не так и плохо, решила Оливия. Как удачно, что ее комната, и комната Габриеля, единственные жилые в этой части дома. Она абсолютно не понимала, как ее отец допустил такое, но не собиралась жаловаться.
Но тут проблема очередного хода стала , так сказать, ребром, молчание начало затягиваться. Неуверенная, в дальнейших поступках, Оливия решила слезть с подоконника, и переместиться к месту непосредственного соблазнения. И в этот момент, сама судьба пришла ей на помощь: запутавшись в непривычно длинной кружевной сорочки, девушка почти упала на пол, но сильные руки Габриеля подхватили ее, не дав долететь до пола. Парень прижал ее к своей груди и заглянул в глаза.
- Оливия, все в порядке. – Девушка неуверенно кивнула, но, тут же начала мотать головой. Габриель заволновался.
- Что такое, ты ударилась? – его руки начали мягко пробегать по ее телу, проверяя наличие повреждений. Оливия не смогла удержать стон удовольствия. И тут же почувствовала, как напрягся ее любимый. Решив, что лучшая защита – это нападение, и не давая Габриелю одуматься, она обхватила его за шею, и прижалась к его губам, мягко и нежно лаская их. На этот раз, застонал Габриель. Он хотел отстраниться от нее, попытался ухватить остатки разума. Но жалобный голосок Оливии разбил эти попытки вдребезги.
- Не надо, Габриель, не отталкивай меня, любимый.
Одно слово, всего несколько звуков, перенесли его туда, где он никогда не мечтал оказаться. Габриель был в раю.
Уже не сдерживая стона, он сильнее прижал девушку к себе, сминая ее нежные губы своим поцелуем. Он ворвался в ее рот, словно умирающий от жажды. И он действительно умирал, умирал от жажды к ней. Он горел огнем, и не желал спасения. Он желал только ее. Он нуждался в ней больше, чем в чем-либо. И не мог поверить, что, каким-то образом, заслужил ее любовь. Но, он не был таким глупцом, чтобы отвергать ее дар. О нет, только не он. Его губы спускались по шеи девушки, метя ее, клеймя. Мужчина прикусил ее кожу, напротив ключицы, и девушка выгнулась, еще теснее прижимаясь к нему. Но, все равно, это было недостаточно близко для него. Если бы мог, он проникнул бы ей под кожу, и дышал бы ею. Отныне, она была только его. А он, и так, всегда принадлежал ей.
Оливия потеряла ощущение реальности. Она чувствовала, губы Габриеля, его руки, и это сводило ее с ума. Но ей было мало, она нуждалось в большем, ей необходимо было быть ближе к нему, она хотела стать частью его, ближе, еще ближе. Она прижимала его, впиваясь ногтями в его кожу, кусала его, и он стонал от удовольствия. Девушка не знала, когда они упали на кровать, не помнила, как оказалась без сорочки. Все, что имело значение – его кожа на ее, его дыхание, ее дыхание – их общее дыхание. Его губы, его пальцы, ласкающие ее.
Он не был трепетным , но она и не хотела этого. Оливия хотела получить его таким, каким он был, бешенного, неконтролирующего свою страсть. Она не боялась его. Она любила его. Он переплел свои пальцы с ее, и завел руки над ее головой. Его губы уже ласкали ее грудь, заставляя стонать, и после каждого ее стона, рычание вырывалось из его груди. Оливии казалось, что она уже не сможет терпеть, что она сгорит, если он немедленно не заполнит ее собой, и он, почувствовав это, вошел в нее одним резким, сильным толчком. Девушка впилась зубами в его плечо и застонала, когда он начал двигаться в ней, сначала медленно и осторожно, а потом, все быстрее и яростнее. И с каждым его движением, небо приближалось к Оливии.
Она не сдерживала свои стоны, но он не давал ей раскрыть их, глотая ее вскрики. Рычание уже непрерывно вырывалось из него. «Я люблю тебя, люблю тебя, не могу без тебя» - шептали они снова и снова. И слова смешивались со стонами. Когда мир взорвался вокруг нее, Оливия держалась за Габриеля, как за якорь, не слыша, как кричит его имя.
Это было больше, чем мог вынести Габриель, он зарычал, впиваясь зубами ей в ключицу, и растворился в ней.
Hysteria (оригинал Muse)
It's bugging me
Calling me
And twisting me around
Yeah I'm endlessly
Caving in
And turning inside out
Because I want it now
I want it now
Give me your heart and your soul
And I'm breaking out
I'm breaking out
That’s when she'll lose control
Yeah it's hurting me
Morphing me
And forcing me to strive
To be endlessly
Caving in
And dreaming of my love
Because I want it now
I want it now
Give me your heart and your soul
I'm not breaking down
I'm breaking out
That’s when she'll lose control
And I want you now
I want you now
I feel my heart implode
And I'm breaking out
Escaping now
Feeling my faith grow old

Истерия (перевод Lorely)
Оно подслушивает меня,
Зовет меня
И кружится вокруг...
Да, я бесконечно
Нахожусь в этой клетке,
И внутри все переворачивается,
Потому что я хочу это сейчас,
Я хочу это сейчас,
Отдай мне свое сердце и свою душу,
И я пылаю,
Я пылаю,
Вот тогда она потеряет контроль.
Да, оно причиняет мне боль,
Одурманивает меня
И заставляет меня стремиться
Быть бесконечно
В клетке
И мечтать о своей любви,
Потому что я хочу это сейчас,
Я хочу это сейчас,
Отдай мне свое сердце и свою душу,
И я пылаю,
Я пылаю,
Вот тогда она потеряет контроль.
И я хочу тебя сейчас,
Хочу тебя сейчас,
Я чувствую, что мое сердце сжимается,
И я пылаю,
Можно сбежать сейчас,
Чувствую, что моя вера умирает...
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Sonata Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Аквамариновая ледиНа форуме с: 18.10.2008
Сообщения: 1923
>18 Мар 2009 10:01

Против песен этой группы я не возражаю, мне она очень нравится. Вот сейчас и почитаю новый кусочек под их песни Wink
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Хэльга Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Янтарная ледиНа форуме с: 02.10.2008
Сообщения: 156
>18 Мар 2009 11:18

Круто!!!! Хочу продолжения!!!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>18 Мар 2009 21:02

 » Глава 5 часть 1

Вот, продолжение, кусочек пятой главы Wink


Глава 5
Услышав, как хлопнула входная дверь, Оливия очнулась от воспоминаний. Снизу раздался голос Марка. Черт, его она хотела, видеть меньше всего. Брат жаловался кому-то, как его утомляет вся эта политическая суета, и необходимость договариваться с двумя правительствами, человеческим, и местным кланом, который, по непонятной для Марка причине, не контролировал людей в своей стране. Девушка поднялась со ступенек и задумалась над тем, где можно спрятаться в доме, полном ликанов. Хороший вопрос, главное – бесперспективный.
Она не была уверена, что готова снова увидеть Габриеля именно сейчас. Надо хоть умыться, что ли. Пришлось, как всегда, идти к Мадлен. Когда женщина открыла дверь и увидела заплаканную красноносую воспитанницу, ее глаза округлились, но, помня о предупреждении Оливии, она ничего не спросила, только крепко обняла девушку, выказывая свою поддержку во всем.
Подняв лицо, Оливия молча, рассматривала себя в зеркале, капельки воды стекали по щекам. Воистину, холодная вода – творит чудеса и с телом, и с душой. Из зеркала на нее смотрела спокойная молодая девушка, практически, без следов бесполезных рыданий. Что толку страдать и мучится попусту? Изменить свое прошлое – она не могла, и никто из них не мог. А вот, повлиять на будущее, еще в их силах. Мы ведь сами выбираем свои пути, не так ли?
Вытерев лицо, Оливия вышла из ванной. Мадлен осторожно посмотрела на нее.
- С тобой все в порядке, Ливи? – Девушка невесело усмехнулась, и поцеловала женщину в щеку.
- Не знаю, Мадлен, но скоро, точно, будет в порядке.
Пообещав раздобыть для них ужин, она осторожно выглянула из комнаты. Так, коридор пуст, никого не слышно, только приглушенные голоса долетали с первого этажа, можно рискнуть.
Аккуратно ступая, девушка преодолела коридор, и подошла к лестнице. Решив удостоверится, что снизу никто не идет, она наклонилась над перилами. Пролет был пуст. Облегченно вздохнув, Оливия поднялась, и со всего размаху врезалось во что-то … живое, кажется…
Перед ней стоял высокий мужчина, со светлыми волосами и ледяными глазами. Она не могла рассмотреть их точный цвет, но то, что они были подернуты изморозью, девушка рассмотрела прекрасно.
Оливия видела этого незнакомца впервые в жизни. И не могла понять, откуда он взялся. Возможно, она могла допустить такое, что ее рот даже слегка приоткрылся от неожиданности. Да что там, она была шокирована, за миг до этого, тут никого не было кроме нее самой. Тем более, всяких незнакомцев, со странным, она осторожно вдохнула, определенно, очень странным запахом. Все эти мгновения, которые она нагло разглядывала его, он держал ее, подхватив в момент столкновения и не дав скатиться с лестницы.
Увидев, что первый шок прошел, он насмешливо улыбнулся и начал разглядывать в ответ.
- Ты – Оливия, не так ли, детка? – его тон был тихим и … покровительственным.
Она не переносила, когда кто-либо так разговаривал с ней, тем более, нагло разглядывающие мужчины. То, что сама Оливия разглядывала его, в расчет не берется. Девушка имеет право сориентироваться на местности, не так ли?
- Меня попросили передать это тебе, детка. – Мужчина что-то сунул ей в руку, и зажал пальцы.- И еще, сообщение: Мы мираж для вас. Но мы вас помним. Мы ничего не забываем, и ничего не прощаем. Подумай об этом, красавица. Мы даем тебе время. Найди того, кто помнит прошлое.
С этими словами, он отпустил ее, и, метнувшись, выпрыгнул через открытое окно в торце коридора.
Ей, наконец, удалось закрыть рот. И вот тут, Оливия закричала.
- Да, чтож, это творится такое, в вашем доме?!! – Мда, с голосом у нее никогда не было проблем, это правда. Наверное, стоило говорить потише.
Первым, разумеется, примчался Габриель. Оценив, что видимых повреждений на нет, и она, скорее возмущенна, чем испугана ( и это все, не встречаясь с ней взглядом! Просто умелец, хмыкнула про себя Оливия), он стал выглядеть почти мирно, хоть и обеспокоенно. Но, он не успел задать ни одного вопроса, так как, с первого этажа уже мчались Марк и Берт. Все с волнением оглядывали девушку. Никто не подавал виду, что что-то понимает в происходящем.
Какова вероятность, что в дом ликана кто-то может пробраться незамеченным. Правильно, теоретически – ноль. Но, на практике, Оливия видела стопроцентный положительный ответ. Вот вам и грозное войско. Девушка возмущенно разглядывал стоявших перед ней мужчин. Как их еще во сне не перерезали? Она искренне не понимала этого.
Ну, хорошо, она зря так строго судила, но, кипя праведным негодованием, и не имея возможности сорвать его на обидчике, приходилось довольствоваться тем, что имелось.
Оливия сузила глаза, и, понизив голос до шипения, грозно обратилась к ничего не понимающим мужчинам.
- Почему. По. Этому. Дому. Ходят. Незнакомые. Мужчины? Почему они считают себя вправе называть меня , - она скривилась, - «детка»?! У нас, вообще, есть какая-то охрана?
К сожалению, ее не поняли.
Махнув рукой на своих, горе - защитников, Оливия вспомнила о том, что в той что-то зажато. Она раскрыла ладошку и увидела какое-то украшение, но мужчины закрывали ей свет, а в коридоре, и без них было темно, и она не могла ясно рассмотреть его. Оливия начала продвигаться к окну. Тогда парни поняли, что больше она ничего сообщать не собирается, а из сказанного, они так ничего не поняли. Марк смотрел на нее шокировано, Берт, похоже, решил, что своим рассказом так расшатал ее нервную систему, что ей начали являться галлюцинации. Уж больно сочувствующий у него был взгляд. Один Габриель серьезно отнесся к ее словам и заслонил собой ей дорогу.
- Оливия, тебе не кажется, что стоит объяснить подробней, и, желательно, понятней? – Он вопросительно поднял бровь. Но Оливии было не до него, она, даже, не обратила внимание, на то, что он не отвел глаз. Ее странно притягивало это украшение, лежащие в ладошке. Не отрывая взгляда от кусочка металла, она подняла палец, и прижала его к губам Габриеля, прося тишины. А затем, пошла к окну. Что-то оно ей напоминало. Точно! Она засунула руку за ворот кофты и вытащила цепочку, кулоном на которой, была брошь, доставшаяся ей от матери. Девушка повернулась к Габриелю, следовавшему за ней, убирая свободной рукой волосы, чтобы ему легче было расстегнуть короткую цепочку. Мужчина, ни говоря, ни слова, открыл защелку. Оливия положила две броши на ладонь и начала смотреть.
Они были одинаковы. Два овальных кусочка черненного серебра, с выдавленными изображениями форм перевоплощения их клана, вот только, на новой броши – форм было на одну больше – сверкая льдистыми алмазами, на нее смотрела рысь…
В этот момент, Оливия поняла, что сейчас увидит свое первое видение…
«Лес, всюду лес, нигде нет открытого пространства. Она летит над этим лесом. Она что-то ищет. Но не может найти. И чувство, что она может опоздать, становится непреодолимым. А где-то, сзади, слышен вой волка, на который отзывается ревом медведь. Но она молчит, ожидая еще одного звука, которого все нет…»
Моргнув, девушка поняла, что выронила броши из рук, но Габриель поймал их, не дав упасть на пол. Мужчина смотрел на нее своими черными глазами, пытаясь понять, что происходит. Но она сама этого не знала. И с таким же непониманием смотрела на него.
Подняв руку, она устало потерла лоб в том месте, где еще утром был синяк. Да уж, жизнь радует ее крутыми поворотами сегодня. Интересно, что еще случится сегодня? Или судьба смилостивится и даст ей отдохнуть до завтра? Это было бы просто прекрасно, подумалось ей.
Оливия посмотрела на брата и Берта, которые продолжали стоять у лестницы, не зная, что делать, и не уверенные, что стоит уйти.
- Берт, - позвала она юношу, - накорми Мадлен и Аниту, я обещала сама, но не думаю, что справлюсь. Мне надо отдохнуть. – Парень кивнул.
Не обращая больше ни на что внимания, Оливия побрела в свою комнату. Когда она проходила мимо Марка, тот схватил ее за руку. Оливия холодно посмотрела на брата.
- Что тебе надо, Марк? Я очень устала. – Она отвернулась к стене, делая вид, что очень заинтересована рисунком обоев.
- Оливия, ты обещала, что мы поговорим вечером. – Чувствовалось, что мужчине некомфортно, тем не менее, он не собирался опускать эту тему.
- Мы поговорим, когда будет о чем говорить, брат. Когда я в полной мере вспомню, что произошло в тот вечер.
- А если этого не произойдет? Получается, мы – снова окажемся в тупике, и все из-за тебя. - Голос Марка стал слегка визгливым. - Столько времени, и впустую?! – Тут, он понял, что явно, перегнул палку. Сзади, глухо зарычал Габриель.
Оливия с удивлением посмотрела на своего брата. Неужели, можно так измениться за шесть лет? Или он всегда таким был? Может, она просто не обращала достаточно внимания на его характер. Да, он всегда был злопамятен и мелочен, но чтоб так относится к своей сестре?
- Я нужна тебе только для этого, Марк? – Голос девушки мог заморозить. Казалось, что температура в коридоре упала до отрицательных цифр. – Чтож, если так, извини. Я обязательно сообщу главе своего клана, - она издевательски склонила голову перед ним, - когда память соизволит вернуться ко мне. Как непочтительно с ее стороны, задерживать вас, о повелитель.
Берт, стоящий за ее братом, пытался подавить ухмылку, но у него не очень получалось.
Резко выдернув руку, Оливия, почти побежала к лестнице.
С силой толкнув дверь, девушка влетела в комнату как маленькое торнадо.
- Он всегда был таким, или только последние шесть лет? – Спросила она, не поворачиваясь.
- Предпосылки характера были видны давно, но, после избрания Марка главой клана, он стал прогрессировать в мании величия на глазах. Но, кто я такой, чтобы судить его? – Спокойно ответил мужчина, закрывая дверь и прислонившись к ней.
Поняв, что уйти от разговора ей не удастся, она повернулась к нему, и, взяв за руку, потащила к дивану. У девушки просто не было сил и дальше стоять. Толкнув оборотня на диван, она удобно устроилась, полулежа у него на груди.
- Оливия, ты говорила с Бертом. – Произнес он утвердительно, одновременно заправляя волосы за ее ушко.
- Угу, - как же хотелось спать, она пыталась одновременно подавить зевоту и удержать глаза открытыми.
- И…?
- Что и, Габриель? – пробормотала она.- Тебе что-то непонятно? Если нужна истерика – обращайся завтра, будет настроение – устрою. – Зевок, все же, перехитрив девушку, сумел вырваться сквозь зубы. – Мы справимся, любимый, все равно, деваться некуда. – Пробормотала она и, закрыв глаза, провалилась в сон.

Muse butterflies hurricanes
change,
everything you are
and everything you were
your number has been called
fights, battles have begun
revenge will surely come
your hard times are ahead

best,
you've got to be the best
you've got to change the world
and you use this chance to be heard
your time is now

change,
everything you are
and everything you were
your number has been called
fights and battles have begun
revenge will surely come
your hard times are ahead

best,
you've got to be the best
you've got to change the world
and you use this chance to be heard
your time is now

don't,
let yourself down
don't let yourself go
your last chance has arrived

best,
you've got to be the best
you've got to change the world
and you use this chance to be heard
your time is now

Бабочки и ураганы

Измени все, чем ты являешься
И все, чем ты
была
Твой номер был назван

Битвы и сражения
начались
Расплата обязательно последует
Твои тяжелые времена
впереди

Лучшей, ты должна быть лучшей
Ты в силах изменить
мир
И использовать этот шанс,
чтобы быть услышанной
Твой час
настал

Измени все, чем ты являешься
И все, чем ты была
Твой
номер был назван

Битвы и сражения начались
Расплата
обязательно последует
Твои тяжелые времена впереди

Лучшей,
ты должна быть лучшей
Ты в силах изменить мир
И использовать
этот шанс,
чтобы быть услышанной
Твой час настал

Не
позволяй себя унизить
Не смей убегать
Твой последний шанс
настал

Лучшей, ты должна быть лучшей
Ты в силах изменить
мир
И использовать этот шанс,
чтобы быть услышанной
Твой час
настал
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Katri Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 11.09.2008
Сообщения: 2572
Откуда: Россия
>19 Мар 2009 10:21

Очень интересно написано. С нетерпением буду ждать продолжение. Wink
_________________

комплект от Зои
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>19 Мар 2009 13:27

 » Глава 5 часть 2

Katri , рада, что нравится, спасибо Smile


Глава 5 ( продолжение)
Шесть лет назад и день спустя после...
Оливия сидела у себя в комнате и грустила. Сжатые кулачки подпирали голову, а распущенные длинные волосы рассыпались по плечам. Это был кошмарный день! Наверное, ничего в мире не дается просто так, и за все надо отдавать его цену. Но целый день без Габриеля – это уж слишком!!
Она никогда не расставалась с ним на такое время. И особенно сейчас, ей так хотелось быть с ним. Сердито вздохнув, и понимая, что переигрывает в силу юношеского максимализма, Оливия, тем не менее, не желала успокоиться. Хорошо, что хоть отец не знал, отчего непоседливая дочь весь день сиднем сидит в комнате.
А как тут выйдешь, с таким синяком на шее и ключице? Да еще и с его запахом, окутывающим ее.
Даже приняв душ, она ощущала, что запах Габриеля пропитал ее кожу. Это было восхитительно и, абсолютно, нормально для любой женщины их клана, нашедшей пару, но ей не хотелось посвящать в это родителей, не сейчас. Мечтательная улыбка появилась на губах девушки. Ей, если быть откровенной, лень было идти куда-то.
День начинался волшебно, проснувшись с утра от его поцелуя она обнаружила, что буквально усыпана цветами, и это было так приятно. Однако, дальше все пошло не совсем так, как ей хотелось бы. Поедая в постели, принесенный любимым завтрак, она узнала, что юноша, только что, говорил с Археном, и ему придется уехать на целый день. Девушка тут же впала в депрессию. Габриель не хотел оставлять ее одну, тем более, что Марка, тоже, не будет дома. Но, что могло случится в полном слуг доме, и с отцом?
На самом деле, то, что Габриель уехал – было прекрасно. Если уж отец поручил ему встретиться с представителями другого клана, значит, начал доверять. И это великолепно. Но разве можно объяснить это грохочущему влюбленному сердцу? Вот именно – нет!
Пришлось срочно вызывать Лину и устраивать «пижамный» девичник, надо же было как-то развлекаться. Под страхом смерти ( и это почти не было шуткой), подруга была посвящена в некоторые события минувшей ночи. И Оливии долго пришлось зажимать ей рот рукой, чтоб она, своим радостным визгом, не переполошила весь дом. Ведь Лина принимала непосредственное участие в разработке плана соблазнения. Целый день она болтали и смеялись. Но, два часа назад, подруге пришлось вернуться домой.
Нетерпеливый взгляд влюбленной, в очередной раз, метнулся к часам, было полдесятого вечера. Габриель обещал вернуться в полночь, и она не сомневалась, что именно в это время он и будет. Он никогда не подводил и не обманывал ее, даже в мелочах.
Решив отвлечься, и устав от целого дня в одной комнате, девушка рискнула побродить по непривычно пустому дому. Правда, для этого, она, все таки, надела кофту с высоким воротом, на случай столкновения с родителями. Марк пропадал на какой-то очередной вечеринке, которую устраивали волки. Что за странная привычка отделяться от остального клана? Оливия не понимала этого. Ведь, так здорово быть частью чего-то большого.
Девушка забралась в библиотеку, здраво рассудив, что ничто так не скрашивает ожидание, как увлекательная книга. Просунув голову в дверь, и убедившись, что комната пуста, она тихонько подошла к полкам. Из-под двери, ведущей в кабинет отца, пробивалась полоска света, очевидно, он опять работал. Это не было чем-то, из ряда вон выходящим. Но что-то привлекло ее внимание, и она подошла ближе. Точно, отец с кем-то разговаривал. Все двери и стены в доме, учитывая, что здесь жили ликаны, были сделаны с максимально возможной шумоизоляцией. А потому, Оливия не могла разобрать слов.
Как и любая девушка ее возраста, она была любопытной до жути. Габриель неоднократно роптал, что ее привычка совать нос, куда не надо, сгубит и Оливию, и его самого. Но, так как бурчащего парня рядом не было, она решила, что вполне может подслушать. В двери отца была замочная скважина, в которой всегда стоял ключ, но сегодня, о чудо, его там не было. Данное открытие так раззадорила девушку, что она тут же воспользовалась предоставляющейся возможностью и припала к отверстию.
То, что она там увидела, навсегда изменило жизнь Оливии. Как же прав был Габриель!
Ее сильный и непобедимый отец, неподвижно лежал на полу, глядя стекленеющими глазами в потолок, а кто-то, невидимый девушке, разговаривал.
Она не осознавала, что уже раскрыла рот, чтобы закричать. Но чья-то рука, сильно дернула ее от двери, одновременно зажимая рот. Несмотря на испуг, Оливия смогла узнать запах матери. Женщина, глядя на дочь безумным взглядом, приложила палец к губам. В тишине, оглушающей девушку, она смогла, наконец, разобрать тихие слова. Разговаривали двое мужчин.
- Зря он был таким упрямцем, точно как его прадед, если верить нашим записям. Мог бы учиться на ошибках прошлого. – Произнес холодный низкий голос. – Очевидно, это их семейная черта. Повезло его отцу и деду, что не в их поколении произошло рождение.
В ответ кто-то хмыкнул.
- Ты хорошо справился со своей задачей, я сообщу об этом. – Продолжил первый. – Считай, что ты прошел испытание.
На несколько секунд повисла тишина.
Затем, тот же голос, с сожалением произнес.
- Чтож, жаль. Честно сказать, мы имели большую надежду на него, в конце – концов, он первый за семьсот лет глава, который не послушался своих провидцев, и не убил мальчишку, как только стало известно что он – кошка. Это давало надежду. Даже странно, что он так упрямился сейчас.
- Насколько мне удалось узнать, он не планировал оставлять его живым, - отозвался второй хриплый и надтреснутый голос, - но девчонка вяла его под свою защиту. А Архен, мало в чем отказывал ей.
Оливия задрожала, поняв, что они говорят о ней и Габриеле.
- Девчонка, ты имеешь в виду дочь Архена? Так это она сохранила жизнь парню? Странно, такого мы не предполагали. – Казалось, что обладатель первого голоса задумался. – Хм, девчонка, кто бы мог подумать?
- Да, и клан был не очень рад такому положению дел, - хрипло подтвердил второй. – Говорят, что было даже несколько попыток устранить мальчишку, так, чтоб создать ощущение несчастного случая. Но девчонка, непонятным образом, все время мешала этим планам. Никто не мог понять, как так выходит. Но, когда она перекинулась впервые, все решили, что ничего странного в этом нет.
Что?! Отец пытался убить Габриеля? Но зачем? Как он мог?! Ужас и злость охватывали девушку, несмотря на весь ее страх.
- Что ты хочешь этим сказать? – Заинтересованно спросил « ледяной голос».
- О, она сокол, и все списали на ее способности провидца. И решили, раз уж она спасла его, значит так надо, провидцам-то виднее.
- Что?! Девчонка сокол? – « Ледяной голос» казался шокированным. – Как мы упустили это?! Чтож, эта информация все меняет. Пошли, сейчас мы уйдем, я должен обсудить это с другими, но скоро вернемся за девчонкой. – Послышались звуки шагов. И ветер донес до трясущихся женщин тихое бормотание.
- Сокол, кто бы мог подумать. Это все меняет. Наконец-то.
После этого, все затихло. Оливия почувствовала, как мать отпустила ее. Девушка повернулась к ней и застыла. В глазах женщины плескался ужас.
Амелия протянула руку и погладила дочь по щеке, медленно спускаясь к краю лица. Затем, резко дернула ворот ее кофты, оголяя шею. Ее взгляд впился в темнеющие отметины. Холодные пальцы пробежались по синякам.
- Ничего, девочка моя, ничего. Я исправлю то, что ты натворила. – Мать взяла ее за руку и потащила из библиотеки. Оливия, пришла в себя от этой встряски.
- Но, мама, куда ты. Там отец…- Она протянула свободную руку в сторону кабинета.
Однако, Амелия не обернулась, продолжая свой путь.
- Шшш, доченька моя, тихо. Ему я уже не смогу помочь, - на этих словах, голос женщины дрогнул, но она быстро овладела собой.- А тебя я успею спасти. Я увезу тебя туда, где они не найдут, никто не найдет.
Оливия пыталась сопротивляться, она не хотела уезжать, не хотела прятаться. Она не хотела убегать без Габриеля. И вообще, не была уверена, что стоит убегать. Наверное, у матери шок, она не осознает, что делает. Оставалось совсем немного, он вернется, и они придумают, что делать дальше. Они всегда находили выход вместе, ведь так? Надо только задержать маму до его прихода.
Оливия схватилась за книжный шкаф, в попытке остановить мать.
- Мама, подожди, мы должны дождаться Марка, и позаботится об отце, зачем ты спешишь? Скоро все вернутся. Габриель вернется. Стой, мама, я никуда не пойду без него. – И она вцепилась в шкаф со всей силы.
- Ты будешь делать то, что я говорю, Оливия, ты ничего не знаешь, - Амелия повернулась к ней с яростью, - и уже достаточно натворила. И я не допущу еще и твоей смерти. Ты пойдешь со мной.
И, видя, что девушка не собирается следовать за ней по доброй воле, со всей силы влепила той пощечину. Оливия отлетела, от неожиданной силы удара, и почувствовала, что ее голова наткнулась на что-то острое и твердое, очевидно, угол шкафа.
Я не хочу, я не могу уйти без него… хваталась она за мысли в ускользающем сознании. Но ей не удалось удержать их, и чернота заполнила голову девушки…
************************************************************************
Оливия, с криком проснулась. Но тут же поняла, что это был лишь сон. Она почувствовала крепкие руки Габриеля, обнимавшие ее. И ощутила влагу на своих щеках.
- Что такое, соколенок? – Успокаивающе прошептал мужчина, стирая слезы с ее щек. – Снова кошмар?
Девушка кивнула, и положила голову ему на грудь.
- Кошмар, - тихо произнесла она, - только, я думаю, что кошмар из прошлого.
Габриель поднял пальцами ее подбородок и вопросительно посмотрел в глаза.
- По-моему, я вспомнила, что произошло в тот вечер, когда умер отец. – Не отрывая взгляда, прошептала она.
Он приподнял одну бровь и, слегка, погладил пальцем щеку девушки.
- Хочешь рассказать, милая?
- Да, наверное, хочу. – Оливия всей щекой прижалась к этим теплым пальцам, дарящим ощущение покоя.
Затем, она села в постели, в которую, как легко было предположить, ее перенес Габриель после того, как Оливия заснула. И с удивлением обнаружила, что на ней нет ничего, кроме белья и мужской рубашки, которая, судя по запаху, принадлежала Габриелю. Увидев ее удивление, Габриель объяснил:
- Я хотел, чтобы тебе было удобно, соколенок. Но не решился оставить одну в комнате, чтобы забрать твои вещи у Мадлен. И, насколько я помню, ты всегда питала слабость к моим вещам. – Он хитро улыбнулся.
Чтож, ей было очень удобно, с этим не поспоришь.
Оливия рассказала Габриелю свой сон, все, не упуская даже информацию о том, что ее отец, как она думала, пытался убить его. Но мужчина, к ее удивлению, воспринял это довольно спокойно.
- Мне все равно, что было, соколенок, ему ведь не удалось, а добра я от него видел больше, чем от собственных родителей. Так что, не переживай, любимая. Это в прошлом, а его мы изменить не можем, так ведь? – Он подмигнул ей.
Зато, история о незнакомце в коридоре, вызвала гораздо более сильную реакцию с его стороны. Он сжал девушку, и, рыча и проклиная все на свете, поклялся, что не позволит ей больше никуда выходить одной, мало ли, что могло быть на уме у этого «гостя». В ответ на такое заявление, девушка возмутилась ограничением ее свободы передвижений. И, решив использовать все методы убеждения, просто поцеловала его, чтобы сбить с толку и поразить своими аргументами.
Чтож, резюмировала девушка спустя какое-то время, нежась в ощущении бесконечного счастья, в какой-то степени, ее подход сработал. Вот только, она не учла, что, когда Габриель ответил на ее поцелуй, и его руки сорвали с нее, столь аккуратно и заботливо одетую им, рубашку – все аргументы вылетели из ее головы. Надо будет запомнить, на будущее, решила она, и заснула, на этот раз без всяких кошмаров.
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Sonata Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Аквамариновая ледиНа форуме с: 18.10.2008
Сообщения: 1923
>19 Мар 2009 16:44

Как чудесно! Каждый день балуешь нас!
Будет что вечером сегодня почитать Wink
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>20 Мар 2009 11:36

 » Глава 6

Спасибо, что читаете и комментируете. Smile


Глава 6 ( начало)
Утро началось со скандала. Ну, может и не скандала, но шумных препирательств - хватало. Проблема состояла в том, что Оливия отвыкла сообщать кому-то о каждом своем шаге, что раньше делала весьма охотно. Габриель же, ранее не предъявлявший подобных требований, теперь отказывался выпускать ее из комнаты, если он не идет с ней.
- Да пойми же ты, Габриель. У меня есть работа, друзья, дела. Мы же с Мадлен не знали, что я обладаю достаточными средствами. Мама, как-то не удосужилась сообщить нам номер моей кредитки. – Оливия честно пыталась быть сдержанной. Она даже, не очень удачно, старалась не повышать голос. – И я не могу заявиться на работу в твоем сопровождении. Я только сообщу, что увольняюсь, и быстро вернусь. Все равно, тебя бы не пустили в кабинет директора. Неужели это сложно понять?
Габриель поднял бровь, словно говоря: « Да ты что, и кто меня остановит?»
Оливии захотелось расцарапать ему лицо от злости, но, хоть он бы и позволил ей это, она сомневалась, что получит удовольствие от созерцания результатов своих действий. Она опять начала его уговаривать.
Но мужчину ей убедить не удалось. Он так же спокойно стоял возле двери, не желая ее выпускать, пока она не смирится с неизбежным.
Он даже внес свое предложение:
- Просто позвони, все равно ты их больше не увидишь, или вообще, не сообщай, какая разница?
Нет, она все - таки, может не сдержаться.
Положение Оливии, так же, осложнялось отсутствием какой-либо одежды. Очевидно, предвидя ее сопротивление, Габриель куда-то задевал ее вещи, и делал вид, что слыхом не слыхивал ни о какой одежде. Так что, сейчас девушка гордо дефилировала по комнате в белье и его рубашке, на которой, к сожалению, не осталось ни единой пуговицы, опять-таки, его стараниями. И, только представьте себе, этот нахал, наотрез отказался дать ей еще одну свою рубашку, заявив, что у него их всего три. Одна в крови, другая на ней, ну а последняя – на нем. Вот бы сам и походил без рубашки, ей-то и надо, что добежать до Мадлен. Но Оливия не была настолько глупой, чтобы даже попытаться выйти в столь скромном одеянии, в коридор дома, наполненного ликанами мужского пола. О нет, она не собиралась становиться причиной мужских разборок, им и без того, проблем хватало.
- Это просто – смешно! - Топнула девушка ногой.
- Ты так думаешь? – внезапно напрягся Габриель. – Смешно? Думаешь, это смешно, когда мчась, домой к любимой, ты обнаруживаешь, что она пропала, а ее отец мертв? – Мужчина отошел от двери и приближался к ней, вынуждая отступать к стене. – Или ты считаешь, что это смешно, не иметь ни малейшего представления, где смысл твоей жизни, не знать, жива ты или нет?
Оливия почувствовала, что уперлась в стенку. Она была поражена реакцией Габриеля, но так понимала его. Сейчас, она представила, что он чувствовал все эти годы. Все таки, ей было несравнимо легче, она не помнила. А забвение – это благо, если не можешь ничего изменить. Он же помнил все.
Мужчина подошел, практически, вплотную, упираясь руками в стену над ее головой. Его глаза стали еще чернее, а зрачки начали вытягиваться, принимая вертикальную форму. Он склонился над ее лицом, и его низкий рокочущий голос отдавался во всем теле девушки.
- Это смешно, терять все, что держало тебя над безумием и тонуть в нем? Смешно знать, что этого никогда бы не случилось, если бы я не гнался за тем, чего никогда не хотел, и заплатить за это потерей единственного, чего желал? Жить в аду день за днем, и быть готовым опуститься еще глубже, лишь бы найти тебя? Смешно совершать поступки, за которые ты можешь возненавидеть меня, и, не иметь сил остановиться, потому что одна мысль о том, что может происходить с тобой в эту минуту, заставляет крушить все вокруг? – Она почувствовала, как ей на плечи посыпалась каменная крошка со стены. О нет, ей было вовсе не смешно теперь. Ей было больно от того, что он так страдал все это время. Слезы выступили в ее глазах, но она сдержала их.
- Это смешно, Оливия? Что ж ты не смеешься?! – Его голос был пропитан болью, и она не могла больше сдерживаться. Она обвила его шею руками и прижалась к его губам, она целовала его щеки, скулы, веки, девушка пыталась забрать часть его боли, которая должна была быть общей, а досталась только одному. Она шептала « прости», извиняясь за то, что ее не было рядом, и от того он так страдал, хоть в том и не было ее вины. И продолжала целовать его, а он целовал ее в ответ, жадно, подавляюще, словно пытаясь убедить себя, что она реальна, и сейчас, рядом. Его руки приподняли ее, прижимая еще ближе к себе, впечатывая в него. А она обхватила его ногами, запутываясь пальцами в его волосах, почти выдергивая их, но он не был против.
Внезапно, Оливия осознала, что очутилась на диване, а Габриель… захлопывал дверь. Боже, она даже не слышала, что кто- то пытался зайти! Теперь, слегка придя в сознание, она уловила запах Берта. Наверное, парень решил зайти, поинтересоваться как у них дела, решила она, возможно, он даже стучался.
Голове бедного мальчика помогло лишь то, что увидев несущегося на него Габриеля, он не застыл на месте, а вовремя отпрыгнул, получив захлопнувшейся дверь по своему чувствительному носу.
- Попробуешь еще раз так зайти – совать в дверь больше будет нечего. Все ясно? – Голос Габриеля был жутким. Бедный Берт, подумалось Оливии, так нарваться с самого утра. – Пока я не сказал, что входить можно, даже не суйся. – Подойдя к любимому со спины, она успокаивающе погладила его, и прислонила голову к нему. Габриель успокоился, слегка…
Берт нервно сглотнул, черт, ему не хотелось обострять отношения с братом, дернуло же его зайти. Знал же, каков его брат. Наверное, он совсем отупел, не выпив кофе с утра.
Но тут, он услышал смех Оливии, и ее голос.
- Сам виноват, надо было двери запирать. - Так, это, очевидно его брату. Тут девушка обратилась к юноше. – Берт, будь добр, сходи к Мадлен, и принеси мои вещи. Ой, и еще, раздобудь что-нибудь поесть, а то, этот изверг, решил заморить меня голодом. – Ну, судя по всему, ничего страшного не предвиделось, голос Оливии был абсолютно спокоен. Правда, Берт не был уверен, что там, где Оливии можно смеяться, ему вообще, стоит дышать. А посему, решил выполнить поручение девушки.
Все еще улыбаясь, девушка обняла мрачного Габриеля.
- Я бы сам мог принести еду. – Обиженно сказал он.
- Серьезно, - притворно округлила глаза Оливия, - и оставил бы меня в комнате одну. Не верю. На меня же потолок мог упасть и торнадо обрушится. – И она щелкнула его по носу, радуясь, что он воспринял ее шутку нормально.
В конце – концов, девушке удалось заполучить свою одежду, и поесть. Так как на работу она уже опоздала, и предупреждать никого не имела смысла, Оливия решила последовать совету Габриеля, и уйти по-английски.
Берт, на этот раз громко и заранее топающий, и долго стучащийся, сообщил им, что Марк хочет выехать через час, чтоб еще сегодня вернуться домой.
Поскольку возражений не было, в восемь вечера они въехали на территорию своего клана. Всю дорогу они ехали в машине вдвоем.
Марк холодно кивнул Оливии, когда та спустилась на крыльцо, сопровождаемая Габриелем. Девушка ответила ему тем же. Осмотревшись, она поняла, что никто не будет набиваться к ним в попутчики. Стоило Габриелю выйти на улицу, как все, насторожившись, начали отходить от них. Даже Берт сел с Мадлен и Анитой в другую машину, мотивируя это тем, что не хочет оставлять дам одних, а в машине Габриеля не так много места, чтоб с комфортом вместить всех. В воздухе начал расплываться запах страха и злобы. На нее смотрели как на умалишенную, очевидно, только сумасшедший человек, по их мнению, мог находиться так близко к « монстру». Габриель же, держался так, словно не происходило ничего необычного. Он, вообще, не замечал никого, кроме Оливии, даже с Марком не удосужился поздороваться. Девушке захотелось закричать на них всех, а лучше прибить, за их жестокость и бездушие, можно подумать, что они идеальны. Она надменно вскинула голову и еще сильнее прижалась к любимому, а он просто улыбался, не отрывая взгляда от нее. Неужели ему все равно?
Выйдя из машины, Оливия осмотрелась. Кроме их, возле дома остались еще две машины, одна в которой ехал Марк, и машина с Бертом и Мадлен. Остальные разъехались по домам, радуясь тому, что длительные поиски завершены.
Почему-то, созерцание дома, в котором она выросла, и где было столько радости, не принесло Оливии удовольствия. В голове всплывала картина, где мертвый отец лежит на полу, а мать смотрит с яростью. Что же происходило здесь? Чего она не понимала? И что еще ждет их всех? Девушка не знала ответов на эти вопросы. Габриель подошел сзади и обнял за талию, позволив откинуться на него. Он не спрашивал, о чем она думала, просто разделял это время с ней.
Тут к ней подошел Марк, и девушка, непроизвольно напряглась. Она сама не понимала, почему так реагирует на брата, но ничего не могла с собой поделать. Ощутив ее напряжение, насторожился и Габриель.
- Ты можешь занять свое крыло - неуверенно начал брат, избегая смотреть прямо в глаза, - там все так же, он – кивок в сторону Габриеля, - все равно никого не впускал туда, пока тебя не было. И так запугал прислугу, что никто не заходил туда, даже когда его не было месяцами. Так что, там, скорее всего, бардак, но, думаю жить можно. Или, если хочешь, можешь поселиться в любой другой комнате.
Она только кивнула. Марк мялся, словно, не все еще сказав.
- Что еще, Марк? Я не вспомнила, если это тебя интересует. – Оливия не знала, почему, но очень не хотела рассказывать брату о том, что ей приснилось ночью. На лице Габриеля, при ее явной лжи, не дрогнул ни один мускул.
- Оливия, пожалуйста, не сердись. Я понимаю, что тебе пришлось не легко, и хочу извиниться. Не считай меня бесчувственным чурбаном, я очень рад, что ты нашлась, очень. – Марк ерошил свои волосы, слова с трудом давались ему. – В общем, я вел себя вчера, как последний поганец, прости, Ольви. Лады? - Он впервые посмотрел на нее, но Оливия не была впечатлена. Что-то в нем было не так, что–то смущало ее и заставляло не доверять. Но, это все еще ее брат.
Не освобождаясь из рук Габриеля, она потрепала Марка по щеке.
- Хорошо, Марк, проехали.
Довольно кивнув, брат развернулся и ушел в дом. А они, все так же, стояли на площадке перед зданием.
- Ты не особа впечатлена его извинениями, не так ли, соколенок? – Габриель нежно целовал ее шею.
- М –да уж, что-то мешает мне верить в его искренность, но что? Думаешь, во мне просыпаются инстинкты провидца? – подколола она его.
- Кто тебя знает, ты всегда все делал не по правилам.- Мужчина легонька куснул ее, и она довольно замурчала. – Вот видишь, еще одно подтверждение моих слов, где это видано, чтоб соколы – мурчали. – И для наглядности своей правоты, Габриель повторил эксперимент.
Оливия засмеялась.
- Знаешь, я не хочу идти в этот дом. Но не могу придумать никакой альтернативы. – С грустью вздохнула она.
Габриель взял ее за подбородок и повернул голову так, чтоб заглянуть в глаза.
- В таком случае, как ты смотришь на то, чтоб поохотиться, соколенок? – Его взор светился азартом.


И еще кусочек Laughing

Она летела по ночному небу, наслаждаясь невероятной свободой этого полета. Как же прекрасно это было! Как она только жила без своей сущности все это время? Невероятно, сколько удовольствия может доставить только вид земли сверху! А этот воздух, наполненный запахами! Несомненно, у нее прекрасное обоняние и в человеческой форме, но при трансформации все чувства усиливались многократно, и это было здорово! Звезды сверкали в ночном небе, и Оливии казалось, что она летит прямо среди них. Внизу, под ней, мчалась пантера. Оливия наслаждалась ее видом, не меньше чем природой.
Когда-то, они пытались взять с собой Берта, но, несмотря на всю его силу, медведь был не так проворен и быстр, как пантера или сокол, вот и приходилось ему охотиться самому, так как плестись за ними, было ниже достоинства юноши. Иногда, к ним присоединялся Марк, но это бывало редко, он предпочитал общество своей волчьей компании.
Что-то впереди привлекло ее внимание, отвлекая от воспоминаний. О, как раз то, что нужно – на открытом участке в высокой траве, находилась стая куропаток. Всего через мгновенье, пантера, выбежав на поляну, всполохнула птиц. Сокол недовольно заклекотал, она бы и сама справилась, ей не нужна была такая помощь. Пантера подняла морду с гримасой, очевидно, означающей раскаяние. Ага, так она и поверила, что он не учуял птиц.
Но, не теряя время, Оливия камнем метнулась за добычей. Когда она схватила птицу, та издала пронзительный звук и попыталась вырваться. Но когти сокола держали крепко и сжимались все сильнее, вонзаясь в беззащитное тельце. Облетев круг над поляной, она бросил уже мертвую птицу перед мордой пантеры, с пронзительным криком, показывающим ее раздражение, а сама полетела вперед, желая в полной мере насладиться выслеживанием и нападением. Вслед ей неслось насмешливое фырканье Габриеля.
Не обращая на него не малейшего внимания, она увидела скачущего крольчонка, он пытался скорее добраться до леса, зигзагами пересекая поле. Чтож кроха, извини, но сегодня тебе не повезет. Сокол спикировал с неба, подхватывая крольчонка, перекидывая его в воздухе, и ловя опять, вонзая когти в маленькую трепещущую тушку. В ночном небе далеко разнеслось удовлетворенное клекотание ночной охотницы. В ответ донеслось рычание пантеры.
Спустя некоторое время, Оливия вернулась к машине, которую они оставили возле первых деревьев леса, и оделась. Зря она волновалась, это невозможно разучиться делать. Это часть их натуры. Они не люди, и не звери, они нечто большое, и это невозможно уничтожить. Она перебирала свои волосы, растрепавшиеся после полета. Ей стоило бы умыться, решила она, заметив кровь на руках и под ногтями.
В лесу хрустнула ветка, Оливия вскинула голову, насторожившись. Габриель всегда передвигался бесшумно, он не допустил бы такой оплошности. Любимому нравилось заставать ее врасплох. Осмотрев все, она не заметила ничего необычного, возможно, какой-то лесной зверек, решила девушка, и успокоилась. На поляне появилась пантера.
Разумеется, Габриелю мало было бы куропатки, и он охотился на более крупную добычу, судя по запаху, сегодня не повезло оленю. Девушка улыбнулась зверю. Пантера тихо подошла к ней, и потерлась мордой о протянутую руку, Оливия запустила пальцы в мягкую, бархатистую шерсть цвета ночного неба. Он положил голову ей на колени и довольно заурчал.
- Как думаешь, кто может «помнить прошлое», - задумчиво заговорила девушка, продолжая гладить его шерсть. Морда пантеры сморщилась, и он презрительно фыркнул. Оливия улыбнулась такой реакции. Чтож, он имел на нее право.
- Думаешь, они что-то знают? – Она на минуту замолчала, думая над его предположением. - Вообще, в этом есть смысл, не могут же они предсказывать будущее, не зная прошлого. Наверное, ты прав. Съездим к ним. Как думаешь, они не спят?
Габриель, уже перекинувшийся назад в человека, с недовольным выражением на лице натягивал джинсы.
- Не имею ни малейшего желания выяснять это.- Пробурчал он.
- Ладно, съезжу сама. Здесь недалеко, насколько я помню. – Девушка юркнула в машину и захлопнула дверь со стороны водителя. Габриель, сохраняя молчание, уже открывал дверь с пассажирской стороны. Но тут громкий звук привлек их внимание.
Они оба услышали топот несущегося медведя. На поляну выбежал большой бурый медведь, с штанами в зубах. Увидев их, он остановился, и вернулся за деревья. Через минуту оттуда появился Берт.
- О, привет, ребята. Так и думал, что вы охотитесь. – Парень широко улыбался, но, на всякий случай, держался со стороны Оливии. Та удивилась.
- Что-то случилось, Берт?
Парень замялся.
- Да нет, в общем-то. Просто Марк устроил огромную гулянку в честь твоего возвращения, а я не имею ни малейшего желания там быть. Я отвел Мадлен с дочкой к Лин, думаю, ты не будешь возражать, она позаботиться о них лучше, чем эта свора.
- О, спасибо Марк, - Оливия была искренне тронута его заботой, о Мадлен.
- Да ладно. – Берт взъерошил волосы, - Ну, я пойду, пожалуй, вообще-то, я случайно на вас наткнулся.
При этих словах на его лице появился смущенный румянец, а молчавший до этого Габриель искренне улыбнулся.
- Давай, братик, не заставляй девушку ждать. Уверен, она страшно соскучилась по тебе.
Берт широко улыбнулся, но ответить ничего не смог. Так как, на поляне появился очередной гость.
Со стороны, откуда ранее до Оливии донесся хруст, выпрыгнула большая рысь. Ее шкура отливала серебром, а глаза искрились инеем в лунном свете. Почему-то, у Оливии появилось стойкое убеждение, что это – именно тот незнакомец, который передавал ей странное послание. Рысь оскалилась и зарычала. Габриель и Берт перекинулись практически одновременно.
Но рысь смотрела только на Оливию, словно что-то хотела сказать девушке.
Отчего-то, ей в голову пришла интересная мысль, пожалуй, это ее самый реальный шанс убежать от чрезмерного контроля Габриеля, и съездить к провидцам. Не давая себе раздумывать над этой крамольной мыслью, Оливия резко выжала сцепление и педаль газа, уносясь на запад, и не позволяя себе оглянуться.
*************************************************************
Мужчина стоял в лесу, ожидая, когда вернутся те, за кем он следил второй день подряд. Он ждал уже несколько часов, и слегка заскучал. Однако, вскоре его ожидание было вознаграждено. С неба на землю опустился сокол.
Шен с интересом наблюдал, как изящный сокол превращается в не менее изящную и прекрасную обнаженный девушку. Черт, будь он на месте Габриеля, он и сам не отходил бы от нее ни на шаг. Мужчина прекрасно помнил, как приятно было держать ее в руках, да и характером ее Бог не обделили, если судить из его наблюдений.
Жаль, что в этой стороне ему ловить нечего, и не только из-за Габриеля. Хоть тот и был невероятно сильным, даже по его понятиям, Шен мог бы посоревноваться за внимание этой крошки. Но, против пророчества не попрешь. Он не был таким глупцом, чтоб противостоять Габриелю без малейшего шанса на ответное внимание со стороны девушки. Правда, всегда есть шанс, что они ошиблись, и тогда, он может и не прогадать. Может, стоит попробовать? Так сказать, проверить пророчества на достоверность? При этой мысли, кривая усмешка появилась на его губах, и он переступил на другую ногу. Хрустнула ветка. Оливия настороженно вскинула голову и осмотрелась.
Черт, черт, черт. Чтож это он так неосторожно, словно юнец, впервые увидевший красивую самку. Хорошо, хоть ветер дул в его сторону, и они не учуют его. В эту минуту на поляну вышла пантера.
Да уж, Габриель был огромен. Представляю, что о нем думают в этом клане, мелькнула мысль у Шена. Обидно, что среди них такие не рождаются, как объяснили бы современные человеческие врачи – слабый генофонд.
Но ничего, с ним – они оторвутся по полной, и восстановят утраченное. Во всяком случае, если верить старейшинам, внимательно изучавшим все его донесения, это самый реальный шанс на исполнения пророчества за последние восемьсот лет. И Шен не хотел пропустить такого зрелища. Однако, объекты его наблюдения не облегчали ему жизнь. Мало того, они делали все возможное, чтоб препятствовать его задаче.
Да если бы не Шен, они бы до сих пор не нашли своего сокола. Он подсунул им сведения об этой Брюге еще четыре года назад. Так нет, этот идиот - волк, все вечно портил. Сам не хотел нормально искать, и Габриелю не давал. Временами, Шен серьезно задумывался о том, чтоб подослать к нему Улу, и устранить проблему. Не было сомнений, что без «помощи» Марка, Габриель в считанные месяцы нашел бы свою девушку, как и сам Шен. Ему пришлось вмешиваться, даже когда они решили встретиться с немкой. Потому что этот непроходимый тупица окружил Габриеля сворой своих прихвостней, и не давал шагу ступить. Шен реально не понимал, как тот еще не прихлопнул брата своей возлюбленной, неужели, из сентиментальных соображений? Пришлось устроить экшн в стиле: Ула – маньяк с пистолетом, преследует беззащитную девушку в машине. Ну, хоть это сработало. Потом, пробный выстрел, так сказать для проверки, а на ту ли девушку они направили свои усилия? И когда Габриель просто закрыл ее собой – сомнения отпали. Шен – герой и молодец, прекрасно справился с поставленной ему старейшинами задачей. Впору пробивать дырочку под орден.
Однако, теперь, именно Габриель значительно осложнял его задачу. Было очевидно, что он не хочет ехать к провидцам, да и не нужен он там.
У Шена для него было особое послание, и оно должно было быть передано в одиночестве. А вот девчонка, должна была поехать к провидцам, таково было задание Шена, и он собирался выполнить его, во что бы – то ни стало.
Пора, пора уже было разворачивать активные действия. А то, мало ли, что с ней случиться может.
Приготовившись перекинуться, Шен увидел выбегающего медведя. Да что ж это такое, мысленно возмутился мужчина, они тут что, собрание решили устроить? Сколько можно портить его планы?!
Чтож, он, все равно, не отступит от принятого решения. Девчонка должна как можно скорее оказаться у провидцев. И судя по тому, как она себя вела, именно туда ей и хотелось поехать. Значит, надо отвлечь ее защитников. Все просто, не так ли? Пантера и медведь. Ага, раз плюнуть, мысленно скривился Шен. Но деваться-то некуда.
Перекинувшись, он в два прыжка оказался на поляне. Как и следовало ожидать, его неожиданное появление мгновенно привлекло внимание мужчин, которые тут же перекинулись. А вот Оливия, не спешила выполнять его прекрасный план. Какого черта ты стоишь, детка? – хотелось крикнуть ему, но получился только оскал с рычанием. Это только усилило внимание со стороны ее защитников. Но, к своей радости, Шен услышал рев двигателя, и машина сорвалась с места. Прекрасно, похвалил себя Шен. А вот теперь можно сесть и поздороваться.
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Sonata Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Аквамариновая ледиНа форуме с: 18.10.2008
Сообщения: 1923
>20 Мар 2009 23:28

О, продолжение! Космет спасибо! Very Happy
Сделать подарок
Профиль ЛС  

kosmet Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 09.11.2008
Сообщения: 11890
Откуда: Киев, Украина
>21 Мар 2009 9:01

Вам спасибо, что читаете Smile Smile Надеюсь, что сегодня выложу кусочек 7 главы, если все получится Wink
_________________
Спасибо за подарок Лена Кулеменатоh!Спасибо, Чудышко!
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Katri Цитировать: целиком, блоками, абзацами  
Бриллиантовая ледиНа форуме с: 11.09.2008
Сообщения: 2572
Откуда: Россия
>21 Мар 2009 9:04

Большое спасибо за продолжение. Very Happy
_________________

комплект от Зои
Сделать подарок
Профиль ЛС  

Кстати... Как анонсировать своё событие?  

>03 Дек 2020 17:15

А знаете ли Вы, что...

...Вы можете принять участие в дискуссии по уточнению классификаций книг. Подробнее

Зарегистрироваться на сайте Lady.WebNice.Ru
Возможности зарегистрированных пользователей


Не пропустите:

Голосуйте в конкурсе коллажей Часы веков: Давно это было


Нам понравилось:

В теме «Хорошее настроение»: [img] читать

В блоге автора Кэродайн: У любви нет рифм и аналогов

В журнале «Болливудомания»: В Угличе (дебют)
 
Ответить  На главную » Наше » Собственное творчество » Fata morgana ( Мираж) любовь, мистика [6057] № ... 1 2 3 ... 13 14 15  След.

Зарегистрируйтесь для получения дополнительных возможностей на сайте и форуме

Показать сообщения:  
Перейти:  

Мобильная версия · Регистрация · Вход · Пользователи · VIP · Новости · Карта сайта · Контакты · Настроить это меню

Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение