Тайна поместья Эль Фарион (Фентези 18+)

natallisha:

 » Глава 3. Разоблачение

Укрытая в сумраке коридора, Селина прислушивалась к мерным шагам дворецкого за дверью комнаты для прислуги, в яростном голосе пожилого слуги, распекавшего нерадивую экономку, разливались ледяные нотки презрения. 

- Вы, верно, лишились рассудка, Алаисия! В первую очередь вам надлежало сообщить о случившемся госпоже Ланиэль. Я прошу вас - немедленно успокоиться, подобные выходки неуместны и не несут вам никакой пользы.

- Полно вам, господин управляющий! Миледи не было в поместье в тот час, когда его привезли, оттого я и решилась взять столь тяжкое бремя на себя - с горечью возразил отчаянно всхлипывающий женский голос, - вы ведь тоже отсутствовали, осуществляли вечерний объезд плантаций. Я не имела иного выбора!

- Вы попросту тешили свою достойную сожаления ненависть, - жестко отозвался мужчина, -  заметьте, я наблюдаю подобное не в первый раз. Война закончилась много лет назад, все пленники понесли свою кару. Этот мальчик еще ребенком попал в Фарсильвер, лишился родных и отчего дома. Отбывал наказание на теллурийских ледниках! Я немедленно направляюсь в кладовые, дабы выполнить последнюю волю леди Фелисии.

- Вы, по обыкновению, жаждете меня уничтожить!

Рыдания некстати возобновились, мешая расслышать окончание разговора. Селина едва успела отступить на шаг в сторону, когда тяжелая створка дверей с силою распахнулась и на пороге возник ее не в меру раздосадованный дворецкий. Мгновение он взирал на молодую женщину отчетливо изумленным взором, затем, с трудом совладав с эмоциями, вежливо ей поклонился.

- В чем дело, Элави? – как можно более твердо поинтересовалась девушка, - я хочу знать: что происходит в этом доме?

Показавшаяся вслед за дворецким управительница побледнела как полотно.

- В поместье, согласно распоряжению вашей бабушки, доставили нового работника, из числа ратных узников,- натянуто пояснил мужчина, неприязненно зыркнув на свою подчиненную, - его следовало, по обыкновению, подготовить для отбытия на плантации. Увы, Алаисия проявила очередной недосмотр и мы упустили драгоценное время. Совсем скоро начнется сбор урожая. Любые руки не будут лишними.

- Фелисия нанимала на работу военнопленных? – широко распахнув прекрасные изумрудные очи, уточнила девушка.

- Им не нужно платить, - невозмутимо пожал плечами дворецкий, - угодья весьма обширны, а дела далеко не всегда идут хорошо.

Коридор пошел в сознании молодой женщины кругом. Все оказалось слишком простым. Рабскую силу использовали для обработки полей и прочих тяжелых работ, когда банально не хотели содержать лишний рот. А ведь она так надеялась на ошибочность версии своего нанимателя!

И что же делать теперь…. Когда здесь, прямо в «Эль Фарионе», доме, уважаемом самой светлоликой, находится каторжник. Сие походило на дурной сон. 

- Леди Ланиэль, вам не здоровиться? – участливо озаботился ее бледностью успевший обрести прежнее равновесие Элави, собираясь поддержать озадаченную хозяйку за локоток.

- Этого человека необходимо немедленно возвратить на Телурию, - дрожащим голосом распорядилась Селина, - я аннулирую заключенную бабушкой сделку, контракта не будет.

- При всем почтении, моя госпожа, - растерянно воззрился на нее собеседник, -плата внесена полностью и договор признан состоявшимся. Если мы попытаемся избавиться от этого эльфа, нам не удастся соблюсти тайну. Покупки такого рода требуют осторожности, так как идут в разрез с королевским эдиктом. Пленник, наряду с прочим имуществом, является вашей собственностью. Вы вольны оставить его при себе или же помочь ему покинуть Шелтарион. Иного выбора нет.

- Смилуйся над нами богиня! Как же случилась столь немыслимая оплошность? – почти простонала девушка, - неужели поместье в самом деле терпит нужду? И оправдан такой чудовищный риск?

- Вполне вероятно, что ревностными усилиями Алаисии мы вскоре избавимся от этой проблемы, - помрачнев, заметил дворецкий, - десять дней без возможности видеть свет и нормально дышать сделают свое дело.

Селина отчетливо вздрогнула.

- Мы должны о нем позаботиться, - помолчав, выговорила девушка, - вы, кажется, намеревались следовать в кладовые? Отправимся туда сей же час,  пока не сделалось слишком поздно.

К сожалению визит в погреба не оставил следа от недавних иллюзий. Каменные мешки закромов создавали лишь для сохранности скоропортящихся продуктов, что делало их категорически непригодными для чего либо другого. Низкие потолки, укрытые слегка потемневшими деревянными балками, лишь усиливали давящий полумрак, разгоняемый тусклым свечением одинокого фонаря.  Само же хранилище, довольно просторное и безупречно организованное, ломилось от сотен различных припасов, готовое выдержать любую осаду или суровую долгую зиму. Вентиляцию обеспечивали  несколько крошечных слуховых окон.

Лина, почти не скрывая отчаянья, шагала по студеному полу, застеленному добротными дубовыми досками. Повсюду, насколько хватало взгляда, высились холщовые мешки с мукою и крупами, из коих торчали тяжелые металлические совки. В плетеных корзинах, уходящих вглубь помещения, виднелись головки золотистого лука и крепеньких корнеплодов местного сорта. С каменных стен, словно древние обереги, свисали тугие косички ароматного чеснока, вкупе с  пучками засушеных трав, наполнявших воздух вокруг пряным, манящим духом. 

Массивные угловые полки из темного дерева насилу выдерживали вес округлых сосудов из глины и магического стекла. В глубине их прозрачных недр пестрели маринованные на зиму овощи,  усыпанные сахаром ягоды и заморские специи, в изящных кувшинах томилось янтарное топленое масло. На самом почетном широком месте привольно покоилась огромная голова зрелого сыра — гордость здешнего погреба. Охлаждающий артефакт работал исправно, в сытом сердце бабушкиного поместья царил жуткий холод. 

По количеству запасенных продуктов  кладовая имела все шансы соперничать с королевскими закромами, что невольно заставило девушку усомниться в словах Элави. Усадьба никак не терпела нужды. Упитанные кусочки сала,  бутыли с вином, колбасы, соленое и копченое мясо, молочные хранилища со сливками, яйцами и простоквашей, могли без труда  прокормить средних размеров армию,  не говоря уже о наемных работниках.

- Где же наш пленник? – недоуменно озираясь посереди  многочисленного свежего провианта, тревожно вопросила Селина.

- Госпожа, позвольте я спущусь сам, - опасливо предложил слуга, направляясь куда-то в сторону странной ямы, прикрытой плотною крышкой с тяжелым кольцом у самого основания.

- О том не может быть речи, - похолодев, отозвалась девушка, - открывайте и поставьте мне лестницу.

Впрочем едва оказавшись в небольшом непроветриваемом закутке, с плотно утрамбованным полом и выбеленными стенами, девушка пожалела о своей внезапной настойчивости. Она не хотела этого видеть. Не хотела осознавать.

В лицо обреченно ударили затхлость и смрад. Неровный свет факела выхватил из глубого сумрака одинокую сжавшуюся на мерзлой земле фигуру, не подающую никаких признаков жизни.

- К несчастью, мы опоздали, - с горечью констатировал Элави, спешно наклоняясь над узником.

К горлу Селины вдруг подкатила удушливая волна тошноты. Закован, почти что раздет, брошен на произвол холода,  жажды и одиночества. Пред глазами сверкнули красные искры, а желание придушить немилостивую помощницу сделалось до ясности очевидным.

- Он мертв? – немеющими губами вопросила госпожа Ланиэль.

- То вопрос от силы пары часов, миледи, - еле слышно отозвался дворецкий, - сильванидов, взятых в плен во время войны, запирают в антимагические ошейники. Они полностью блокируют силы узников, сдерживая природную регенерацию эльфов. На Телурии знают, что каторжники этого рода нуждаются в свете и воздухе, думаю: что Алаисия понимала на что идет. В той проклятой войне погибла ее семья, отныне она одержима лишь местью.

- Неужели ему никак невозможно помочь? – почти умоляюще посмотрев на мужчину, молвила Лина.

- Есть один способ, - растерянно проговорил Элави, - однако для этого вы должны сделать пленника личным рабом, ошейник признает вас в качестве новой хозяйки, только тогда вы сможете его снять, дезактивировав элемент замка.  Регенерация восстановиться, что даст мальчику шансы - выжить. А потом, с вашей помощью, покинуть Шелтарион. Леди Фелисия поступала так не единожды.

Селина уставилась на слугу с немым изумлением в потрясенно расширенных нефритовых океанах. Меньше всего на свете она могла ожидать подобного откровения. Бабушка всегда чудилась ей признанным эталоном сдержанности, образцом для всеобщего подрожания, женщиной крайне разумной и в достаточной степени хладнокровной, а значит далекой от всяческого рода страстей. Вот только покупка несчастных телурских узников и их вывоз с Шелтариона, в обход королевской гвардии и совета, отнюдь не считался дальновидным поступком.

Почему-то вдруг вспомнился с трудом спасшийся каторжник, сумевший бежать из плавучей тюрьмы.  Случившееся в ту страшную ночь неожиданно проявилось в совершенно ином, пугающем свете.

Элави ожидал ее решения молча, не проявляя никаких признаков недавнего нетерпения либо вполне понятного страха. А может быть ему совсем не казалось безвыходной странная ситуация.

Девушка тихо шагнула вперед, в свою очередь наклонившись над измученным пленником. Юноша выглядел откровенно ужасно, если не сказать больше. Покрытая потом и грязью одежда прилипла к болезненно худощавому телу, волосы падали на лицо спутанными темными прядями. Казалось, на каторжнике не осталось живого места. Он лишь едва уловимо вздрагивал и чуть слышно стонал сквозь стиснутые мертвенно белые губы.

Селина с трудом удержала тоскливый вздох, по всему было видно, что у нее, как и у чересчур предпримчивой Алаисии,  не осталось права на выбор. Протянув руку к стальному плотному ободку,  впившемуся в шею несчастного, молодая женщина начала читать древнее заклинание. Символы на ошейнике яростно вспыхнули и мгновенно погасли, вынудив жалящий артефакт распахнуться под дрожащими пальцами, освобождая от муки покрасневшую изможденную плоть.

- Спасибо вам, госпожа, - во взгляде слуги явственно виделись тепло и признательность.

Он больше не выглядел ни надменным, ни снисходительным, как в самые  первые минуты знакомства. Что позволиле Лине наконец осознать нехитрую истину: дворецкий скрывал под маской невозмутимости немало различного рода тайн. Теперь она абсолютно уверилась, что не встречалась с ним ранее, ни в один из ее  приездов в дом бабушки.

- Позвольте, я заберу его в верхние комнаты, - неуверенно попросил Элави, - ваш раб совсем плох и не представляет для домочадцев угрозы.

- Разумеется, -  отрывисто согласилась девушка, - снимите с него кандалы, также прикажите нагреть воды, его нужно выкупать и немедленно обработать раны. В доме есть гостевые спальни?

- Вы желаете поселить узника в покоях, прездназначенных для гостей? – недоверчиво уточнил слуга.

- Чем меньше народу будет знать о его присутствии в имении, тем лучше, - терпеливо пояснила Селина, - к тому же ему, как воздух, необходимы нормальные условия содержания. Если надобно, пригласите целителя, я с трудом представляю: как мы объясним лекарю появление в нашей усадьбе темноволосого эльфа в столь ужасающем состоянии.... Однако, это не повод оставлять его умирать!

- Мы постараемся обойтись без врача, - негромко пообещал Элави, - я сумею о нем позаботиться, госпожа. Прошу вас, доверьтесь мне.

Лина с сомнением кивнула в ответ и, не чувствуя сил - долее оставаться в темном замкнутом помещении, почти бегом устремилась к лестнице. Ступеньки мелькнули нестройным извилистым хороводом. Трусливо…. Вполне вероятно, все выглядело именно так. Но ей до боли хотелось как можно скорее затвориться в личной опочивальне.

Погреб, пустой коридор, резные панели высоких дверей, наконец помогли - достичь желанных чертогов.    До постели девушка едва добралась, юркнув под толстое пуховое одеяло, так и не сняв халата, попутно забыв - загасить свечу. Свет ее пламени плясал на стене диковинными рваными бликами, напоминая далекие детские ночи, когда бабушка терпеливо читала ей сказки, в стремлении усыпить дорогое дитя.

Увы, ныне Фелисия никак не могла помочь своей внучке. Селина смахнула с ресниц набежавшие соленые капли. Что же ей делать в создавшемся положении? Сильваниды приметны и всегда узнаваемы каждым из жителей Шелтариона. Их янтарные пронзительные глаза, вкупе с  темными будто смоль волосами, служили той самой роковою визитной карточкой, неся на себе отпечаток проклятья. Ненависти, страха, неверия.

К тому же не следовало забывать об их магии…. Ох, она знала ее, знала не понаслышке. Саламандра случалась лишь малою ипостасью, смертоносный огненный хищник, ядовитый и смертельно опасный. Боевая - могла быть совершенно любой. Коварные оборотни. Темные, жестокие, властные. Мальчик окрепнет, вернет свою  силу и что случится тогда? Кто поручиться, что он не захочет покарать своих палачей? Наказать не знающих жалости многолетних мучителей.

Ее отец тоже был сильванидом, Селина по сей день удивлялась: как мог этот сильный несгибаемый воин полюбить ее хрупкую не способную к магии мать. Выбрать в пару обычного человека. Сильваниды так редко вступали в межрасовые союзы. Так искренне ненавидели тех, кто слабее.

Возможно, в том оказался виноват Фарсильвер. Он ломал и калечил своих беспомощных жертв. Лишая их воли, подавляя воспоминания, вбивая привычку - всегда подчиняться.

Отец не озлобился, не стал послушной игрушкой, не сгинул на каторжных ледниках. Но лишь потому, что ему помогли бежать, покинуть едва оправившееся после войны королевство. Быть может, и ее пленник сумеет справиться с личным адом в душе. Быть может….

...

bronzza:

...

natallisha:

...

natallisha:

 » Глава 4. Пробуждение.

Когда Илдис открыл глаза, за окнами царил полдень. Метущийся взор заскользил по чужому убранству помещения растерянно и устало. Узнавание не пришло. Впрочем, этот сон был прекрасен, без всяких на то причин. Быть может впервые ему снилось такое желанное видение.

Комната дышала уютом. На стенах, оклеенных красивыми белыми обоями, распускались изящные голубые цветы. От простыней исходил тонкий ненавязчивый аромат, перед глазами стелилось атласное покрывало с кокетливо свисающими с него кисточками, изумительного нефритового оттенка. На окне, с чуть приспущенными тяжелыми гардинами, колыхались воздушные бежевые занавески. Широкие удобные подоконники украшали горшочки с цветущими побегами эланора, маленького растения, чьи цветы напоминали золотистые звезды.

Прямо возле кровати примостилась небольшая тумбочка, на которой нашел себе место ночник, с сине-белым кружевным абажуром и артефакт свежести. Так вот откуда этот дразняще прекрасный лимонный флер….

Эльф чуть слышно вздохнул и попытался пошевелиться, ожидая скорого пробуждения. Только спальня никуда не исчезла, лишь по лицу заскользили робкие солнечные лучики. Солнце….

Илдис потрогал рукой потеплевшую щеку и изумленно уставился на обвитые тонкой тканью запястья. Шелковые мягкие ленты холодили израненную кожу, очевидно пропитанные исцеляющим раствором медового лиссуина. Это вечнозеленое душистое дерево росло на безумно-далекой, предавшей его родине.

Цепей не было. А в следующую минуту сознание едва не рассыпалось ослепительно яркими пятнами. Пальцы не веряще щупали освобожденную от капкана шею. Получается ему не привиделось….

Девушка, с русыми волосами и пронзительно ясным огнем изумрудных глаз. Его новая госпожа, шептавшая до боли нужное заклинание. Но почему?

Он задумчиво прикусил губу, хмурясь от терзающих мысли страхов и давящего сомнения. Сильванидов не брали в услужение, они годились лишь для магического использования. Неужели ей тоже понадобился эликсир? И расчетливая хозяйка сняла артефакт подчинения, дабы в разы увеличить силы своего пленника. И использовать его резерв бесконечно.

От подобного страшного предположения по телу пронесся леденящий озноб. Илдис пережил беспримерную пытку не раз, чтобы вновь возвратиться на Телурию. Он был одним из немногих, кто сумел избежать Фарсильвера, уже будучи взрослым. А вспоминать бесконечные дни в мрачной вотчине лунных магов не хотелось, от слова совсем.

Как раз в эту минуту дверь в комнату распахнулась, явив взгляду симпатичное хрупкое создание, впорхнувшее в спальню с подносом в руках.

- Госпожа распорядилась вас покормить, - с порога объявила долийка, - меня зовут Мирин, я горничная в поместье, служила еще при старшей хозяйке.

- Илдис, - ошеломленно отозвался эльф, подспудно отметив, что голос больше не звучит хрипло, под давлением жестокого ободка, и к нему возвращается былой ясный тембр.

Адресовав ему легкий приветственный кивок, она устремилась к стоящему в углу креслу, обитому плотным манящим бархатом и водрузила на столик возле него поднос с едой. Затем также проворно направилась к бельевому шкафу, в котором аккуратными разноцветными стопочками таились разложенные по полкам махровые полотенца, постельное белье и одежда.

Илдис плотнее укутался в легкое приятное на ощупь покрывало, отрешенно следя за маленькими сосредоточенно собранными пальчиками, развешивающими на стуле тонкую льняную рубаху и верхнюю к ней, с привычными в прошлом разрезами, из мягкого, даже на первый взгляд, кашемира, плотные узкие штаны, сапоги из лоснящейся кожи с заостренными носами, плетеный ремень, украшенный серебряной вставкой.

- Леди Ланиэль велела вам не утруждать себя без особой надобности, - строго уставившись на растерянного собеседника, продолжала вещать Мирин, - вы еще не вполне оправились от случившегося. Но сад и прогулки к вашим услугам. Приятного аппетита.

Юный росточек испарился из комнаты, как по мановению волшебной палочки. Оставив после себя долетавшие из коридора звуки и запахи дома: слегка влажного чисто вымытого паркета, свежеиспеченного хлеба, выстиранного белья.

Эльф осторожно поднялся с места, опасливо проигнорировав покоящиеся у постели тапочки, с изысканной ручной вышивкой. По роскошному пушистому ковру, устилавшему комнату, было до безумия приятно пройтись босиком.

Тарелки с едой ожидали своего часа. В конце концов госпожа озвучила свой первый приказ. Надо признать, что весьма необычный и по-своему гуманный. Но того, что открылось глазам на фарфоровых блюдцах с затейливой окантовкой, Илдис не ожидал.

Запеченные в молоке перепела с горой парового риса, различные сладкие заправки, овощное рагу из кабачков, блинчики в апельсиновой глазури, а также кусочки прозрачного местного сыра и кувшинчик сливок. Сбоку сверкал хрустальными гранями графин с фруктовым сиропом и тарелочка с плоскими пышущими жаром лепешками.

Эльф робко присел на самый краешек удобного кресла. Еще никто, никогда, даже в строгости пансионных стен или не слишком гостеприимных чертогах отчего дома, не проявлял о нем столько очевидной заботы. Уютная комната, свобода от мучительных терзающих тело оков, тепло пылающего в камине огня, ванна с целебными травами, что, как выяснилось сейчас, тоже была реальностью.

В горле застыл непрошенный ком. Вероятно, хозяйке и впрямь пришлось не легко, раз она так нуждается в силах бесправного каторжника. Что ж, он отдаст ей свою энергию добровольно, не пытаясь сопротивляться проклятым шипам и ослепляющей боли. Возможно, вне кандалов это будет значительно легче…. А ошейник не станет сдерживать магических токов.

Ошейник…. Внезапно у Илдиса все похолодело внутри. Торес всемогущий, ведь он не долиец и не светлый эльф, он боевой маг, пусть и не до конца обученный мастерству. Сумеет ли он контролировать свою магию, запертую внутри столько лет, если она вдруг вырвется на свободу?

Под россыпь отнюдь не радужных размышлений он поднес ко рту первую ложку с едой. На языке растаял восхитительно нежный вкус. И пусть будущее не обещало ему ничего утешительного, здесь и сейчас он мог наслаждаться недолгими часами покоя. Видеть солнце, ощущать на щеке свежесть осеннего ветерка, ведь госпожа предоставила ему это время.

Туманный плен отступил, позволив садовнику начать долгожданную уборку, сгребая опавшие листья в большие шуршащие горы, в ожидании возвращения серебристых холодных шлейфов.

Недолгий период уныния перед горячей порой сбора урожая. Кутаясь в просторную эльфийскую шаль, Селина присела на диванчик, стоящий на широкой террасе возле импровизированного очага.

Здесь все как прежде дышало спокойствием, как в безумно далекие почти позабытые времена, когда она приезжала к Фелисии на упоительные летние сиесты.

Над цветами неспешно кружили пчелы. Вода из фонтанчиков весело серебрилась, благоухающие розы, тюльпаны, крокусы тянулись к солнышку. На клумбах распускались колокольчики и петуньи, королевские лилии и гордые величавые нарциссы. В ветвях маллорнов и лебетронов щебетали птицы.

Сад напоминал изумрудную жемчужину, сияющую в драгоценной оправе листвы, спеющих фруктов и цветов. На берегах прозрачных прудов плавали кувшинки. Настоящее летнее волшебство.

Лина едва уловимо вздохнула. Воспоминания не могли возвратить ее в детство, не могли помочь в сложном выборе, не могли защитить ее пленника от немилостивой судьбы.

Той ночью ей так и не удалось уснуть, тревожась за жизнь несчастного эльфа. В голову лезли тоскливые страшные картины, одна много хуже другой. Ей чудилось, что вот-вот Элави постучит в ее дверь и сообщит, что он умер от воспалившихся ран и отсутствия нужных условий. Сердце стучало в груди смятенную птицей. Наконец она уступила его отчаянному зову. Отправилась в комнату к Илдису, пробуя на языке красивое сильванидское имя. Дворецкий нашел его в купчей, прилагавшейся к роковому сюрпризу судьбы.

Острое как клинок, как копье вековой луны. Принадлежащее бывшему врагу, темному магу, с тяжелым прошлым и безрадостным настоящим.

И лишь шагнув на порог спальни и претворив за собой дверь, молодая женщина смогла сделать новый вдох. Он спал. Глубоко, отрешенно, мучительно стоная во сне.

Вымытые до блеска волосы разметались по пуховой подушке. Девушка отчаянно вздрогнула. Она помнила их темный цвет, заметила во время чтения заклинания. Но сейчас они были иными, в неровном свете свечей в них плескалось расплавленное золото, удивительный терпкий цвет. Напоминающий симфонию осенних каштанов. Рука погрузилась в мягкое торжество красоты, коснулась не слишком заостренного уха, дыхание эльфа выровнялось и полные боли стоны сделались тише.

Высокий, исхудавший от выпавших на его долю невзгод, чуть угловатый в своей обаятельной привлекательности. С глазами оттенка расплавленного янтаря. Он взглянул не нее только раз, помутившемся от агонии взором, когда проклятый ошейник распахнулся. И этого было довольно, чтобы понять, перед ней был не чистокровный сильванид.

Слишком тонкие мягкие черты лица, слишком шелковый водопад золотящихся прядей, едва спускавшихся с плеч. Слишком бархатный голос, с нотками хрипотцы, произнесший неясную фразу на древнем наречии хамарфи. И удивительно теплый тон кожи, отличавшийся от своих смуглых собратьев.

Элави разделил ее опасения, едва не лишив Селину вновь обретенного равновесия. По всему выходило, что в жилах Илдиса, наряду с сильванидской, текла светлая кровь, кровь высших, служащих делу добра и справедливости. Вот только надменные самовлюбленные представители правящего рода не признавали кровосмешения, предпочитая свое уникальное волшебство. Чародеи, целители, маги стихий, могущественный верховный клан. Незримо привязанный к древу жизни.

А значит и пленник не сможет покинуть Шелтарион, без возможности на него возвратиться. Погибнет вдали от всесильного источника.

Селина взглянула на спящего эльфа почти с отчаяньем. Он не может вернуться на ледники, не может дрожать от холода под звон стали, сжимающей покрытые синяками запястья, теперь она многое знала о морозно жестокой Телурии. Заглянула в полезную памятку Фанни.

Остается один подходящий вариант. Вариант, коего гордый по рождению маг, воин по духу и воспитанию, едва ли сумеет простить. Ей придется сделать Илдиса своим стражем. Потребовать клятву верности и оставить при себе на законных основаниях. Только это могло обеспечить ему подобие безопасности, а для Телурии ее пленник умрет. Сегодня же она поручит Элави – написать им донесение.

Несколько успокоившись, Лина протянула ладонь за лежащим в изящной вазочке яблоком, задумчиво гипнотизируя взглядом раскинувшееся вдали плантации. Завтра ей предстоит инспектировать поля и угодья. Впереди пора сбора урожая. Нужны рабочие руки, а значит предстоят немалые финансовые затраты, наемникам необходимо платить. И речи быть не могло, чтобы использовать на полях труд подневольных людей. Девушка медленно поднялась с кресла и направилась к дому.

...

bronzza:

...

natallisha:

 » Глава 5. Ритуал.

...

natallisha:

...

bronzza:

...

natallisha:

...

natallisha:

 » Глава 6. Нежданный гость.

...

bronzza:

...

natallisha:

...

natallisha:

 » Глава 7. Посланник.

...

bronzza:

...

natallisha:

...