Регистрация   Вход


Дамасдивана: > 10.08.18 10:41


Margot Valois писал(а):
Приветствую и благодарю за продолжение! Flowers
Что-то мне не нравится кровожадность и неуправляемость героини. Не была бы она бессмертной, я бы точно сказала, что для неё всё добром не кончится.

А мне нравится. Smile Не была бы она бессмертной и виолкой, эти твари бы её изнасиловали и прибили. Получили по заслугам.
Спасибо, Марго!

...

Дамасдивана: > 10.08.18 10:43


 » Часть 2: «Авантюристка». Глава 3.01

Лагерь пришлось перенести на несколько милов дальше – на берег Туссана, на опушку леса. Здесь было опасней, чем в роще, но удобней для исполнения составленного накануне плана.
А замысел был прост: раз они не могут уехать или уйти, значит, уплывут. Проводник предложил построить плот и спуститься на нём по реке до самого моря. Точнее, до Вилгрина – вольного города авантюристов, рыцарей морских путей и просто проходимцев всех мастей. А уже оттуда, с попутным кораблём, вернуться в Алданию. План безумный, трудновыполнимый, но реальный. С больной ногой Алхантер вряд ли преодолеет сотни милов бездорожья, отделявшие их от цивилизованных мест. Плыть всё же легче, чем идти. И пусть предстоит сделать гигантский крюк, но это лучше, чем сгинуть в каком-либо диком уголке, став кормом для падальщиков.
На следующий день, прихватив инструменты, проводник, Элиот и Стас отправились в лес, на поиски подходящих деревьев. Алхантер, взяв лук и силки, поковылял в другую сторону – на охоту. Кто-то же должен обеспечивать работников провиантом.
Работа закипела. Проводник находил подходящего размера кораки – деревья с пористой лёгкой древесиной, Элиот и Стас валили, обрубали сучья и распиливали на брёвна. Итар, при помощи лошади, отволакивал на подготовленное место у реки.
Когда брёвен собралось достаточно, троица принялась за постройку плота. Проводник оказался мастером в этом деле.
- Мы, мальчишками, лепили такие плоты по три штуки за год, - посмеивался он, ловко вбивая гвозди в податливую древесину. Благо, Аверс оставил все материалы, необходимые для постройки ловушек и клетей для пойманных животных. – Исходили на них Кардонну, заходили вглубь Байрамских болот. Из чего мы только их ни делали! Из кораки, как этот. Из тростника, из бамбука, из любых подручных материалов… Лишь бы держался на воде и не рассыпался в первый же день, хе-хе…
Постройка плавсредства продвигалась быстро. Через несколько дней прекрасный крепкий плот из больших брёвен, с настилом из тростника, чудесным просторным шалашом, крепкой мачтой с парусом из палатки и маневренным рулём, красовался на берегу у самой кромки воды.
- Самый лучший плот в моей жизни! – с ноткой гордости провозгласил Итар, с любовью оглядывая детище. – Сам бы сплавился с вами, если бы дома старуха не ждала…
Всем гуртом, с помощью многострадальной лошадки проводника, плот спустили на воду. Перетащив на него весь скарб, распрощались с благородным стариком. Элиот, в благодарность, положила в натруженную ладонь десять золотых из собственного кошеля. Итар расчувствовался до слёз, ведь для него это было настоящее богатство. Затем девушка и Стас оттолкнулись шестами от берега, вывели плавсредство на середину ещё небольшого и неглубокого Туссана и отправились в длительное неизведанное путешествие. Итар махал им с берега, пока плот не скрылся за поворотом.

Вначале берега Туссана скрывали высокие густые тростниковые заросли, а гладь покрывали многочисленные водные растения. Широкие листья зачастую полностью перекрывали реку, замедляя и без того неторопливое течение. Приходилось работать шестами, чтобы не застрять в зелёном болоте.
Первые дни были очень тяжёлыми. Стас выматывался до изнеможения. Даже Элиот, несмотря на возросшие силы бессмертной, к вечеру уставала. На ладонях в первый же день появились кровавые мозоли, и виолке пришлось приложить все знания врачевания, чтобы спасти Стасу руки. Из Алхантера гребец никакой – он с трудом ковылял по ровной поверхности и не рисковал ходить по неровному настилу судна. Его посадили за руль. Элиот было легче: за ночь все раны и мозоли исчезали. Но и тяжелее: кожа на руках не огрубела со временем, как у смертных, а оставалась нежной и эластичной.

Через несколько дней, благодаря многочисленным притокам, река расширилась, берега раздвинулись, русло углубилось, течение усилилось. Появился слабый ветерок. Подняли парус, и плот пошёл резвей. Люди освободились от тяжкого труда. Достаточно было одного рулевого, чтобы держать курс.
Река кишела непуганой водоплавающей дичью. По-видимому, охотники не забредали в такую глушь. Так что недостатка в пропитании у них не было. На ночь приставали к берегу, готовили еду, забрасывали сети. Поэтому меню было разнообразным. Для полного счастья не хватало только хлеба и соли.
Следующие несколько дней прошли без приключений. Плот всё так же двигался вниз по течению, мимо проплывали покрытые зарослями оули или тростником берега. Справа высились гигантские деревья Лексвуда, то подходя к самой воде, то отступая вглубь, давая место болоту или тихой заводи. Слева простирались травянистые равнины Ловленда. Там паслись бесчисленные стада копытных, не подходивших близко к воде, разве что в местах водопоя. Ночевали на плоту у отмелей или на небольших намывных островках, для защиты от ночных хищников.
Однажды утром путешественники проснулись в компании. Ночью к ним пожаловал непрошеный гость. Под стеной шалаша, свернувшись огромной толстой спиралью, дремал роаз – водяной змей с красивой пятнистой шкурой, из которой получаются отличные прочные сапоги.
Увидев Элиот, вышедшую «к ветру», роаз приподнял голову и внимательно посмотрел большими выпуклыми глазами. Элиот замерла от неожиданности. Такого размера змею девушка видела впервые в жизни. Она запросто могла придушить её или утащить на дно. Как бороться с гадом, виолка не знала. Тут не поможет ни айосец, ни даже полноценный меч. Роазы не только маститые душители, у них смертельный укус. И, несмотря на размеры и массивность, двигаются очень быстро.
Элиот начала медленно отступать. Роаз отреагировал на движение: поднял голову выше, открыл пасть с тонкими ядовитыми клыками и предупреждающе зашипел. Девушка замерла.
Из шалаша донёсся шум. Потревоженный змей вздрогнул и начал медленно распускать кольца тела. Вдруг Элиот заметила кончик стрелы, медленно высовывавшийся сквозь тростник, покрывавший шалаш. Роаз тоже заметил его, резко повернул голову, открыв пасть шире, и зашипел ещё громче. И тут же получил смертоносный снаряд в горло. Наконечник пробил нёбо и череп гада, но тому было как будто нипочём. Он бросился на Элиот. Но той хватило реакции, чтобы отскочить. В руке тут же оказалась рукоять айосца, с которым девушка не расставалась даже ночью. Но лезвие скользнуло по крепкой шкуре роаза, не нанеся ему вреда.
Змея снова атаковала. Элиот подпустила её ближе, схватила левой рукой за шею у самой головы и крепко сжала. Кольца мускулистого тела тут же обвились вокруг ног и талии, сдавливая с неимоверной силой. Но виолка не стала ждать, пока змея задушит её, а нанесла сильный и точный колющий удар по черепу. Закалённое стальное лезвие пробило кость и вынесло гадине мозг. Но кольца ослабли не сразу. Только спустя несколько минут агонии, роаз издох и отпустил жертву. Девушка вздохнула с облегчением.
Из шалаша показался Алхантер с луком в руках.
- Ты цела?
В голосе мужчины звучала неподдельная тревога.
За время похода бывшая рабыня и бывший хозяин сблизились. Отношения окрепли во время болезни. Алмостец испытывал благодарность к виолке за заботу и лечение. У девушки взыграло женское чувство «бабьей жалости», когда привязываются к тому, кого опекают.
- Спасибо за помощь, - улыбнулась Элиот. – Твоя стрела ослабила её. Иначе я не справилась бы.
Алхантер подковылял ближе, переступая через мясистые кольца, и взял девушку за руку.
- Я реально испугался… Вот, послушай, как сердце до сих пор стучит…
Он прижал девичью ладонь к своей груди. Но Элиот и без того слышала, как колотится его сердце. Или, и правда, от испуга, или от вожделения, которые вызывала близость виолки.
Элиот сама чувствовала некое возбуждение. То ли от волнения, пережитого во время схватки, то ли ей передалось вожделение Алхантера. А может, сказалось длительное воздержание. Бессмертное тело требовало периодического сброса излишков нереализованной энергии, особенно в утреннее время. И сексуальной в том числе. А Элиот постоянно подавляла её. И тут она прорвалась в самое, казалось, неподходящее время.
Словно кто-то толкнул девушку в спину. Она обхватила мужчину за шею и впилась в губы агрессивным поцелуем. Алхантер растерялся, но только на миг. Пользуясь моментом, тут же увлёк её в шалаш. Едва проснувшийся Стас был шокирован бесстыдной картиной лихорадочно срывавшей с себя одежду парочки, и опрометью выскочил наружу. Но там его ожидало не менее шокирующее зрелище мёртвой змеи. Скрывшись на носу, он опустился на бухту верёвки и, насупившись, ждал, пока затихнут разносившиеся над утренней рекой страстные вскрики и стоны.

...

Margot Valois: > 10.08.18 11:16


Доброго времени суток и благодарю за динамичное и напряженное продолжение! Flowers

...

Дамасдивана: > 12.08.18 12:43


Margot Valois писал(а):
Доброго времени суток и благодарю за динамичное и напряженное продолжение! Flowers

Спасибо, Марго!

...

Дамасдивана: > 12.08.18 12:45


 » Часть 2: «Авантюристка». Глава 3.02

Туссан ещё больше разлился, принимая в себя притоки с левого берега. Вода стала прозрачней и поменяла цвет, очистилась от мути и водяных растений. Русло углубилось, течение стало сильнее. Плот продвигался уже со скоростью бегущего человека.
Дни проходили скучно и однотипно: ловля рыбы, бесцельное валяние под солнышком, созерцание поднадоевших пейзажей. Разнообразие вносили только занятия любовью. В Элиот проснулась ненасытная хищница. Оседлав Алхантера, она отдавалась страсти утром, в полдень и вечером. Бедному Стасу пришлось перебраться на нос, поставив себе отдельный шалаш, чтобы не мешать голубкам предаваться безудержной похоти.
Вначале мужчина с удовольствием отдавался желаниям пассии. Но потом ненасытность виолки начала его утомлять. К тому же, раздражала ведущая роль женщины. Всё же Алхантер был алмостец. А в Алмосте женщины считались людьми второго сорта, как на Оллине мужчины. В данном случае столкнулись две противоположные культуры. Постепенно любовь превратилась в борьбу. Каждый хотел главенствовать, никто не желал подчиняться. Начали возникать разногласия, мелкие ссоры, и, как следствие, всё закончилось скандалом. Быстро вспыхнувшая любовь так же быстро и угасла. Вчерашние страстные любовники держались отчуждённо и общались через Стаса. На плоту появился третий шалаш.

Как-то вечером, когда пора уже было искать место для ночлега, Стас заметил небольшой островок по курсу. Он был голым и пустынным, лишь с вертикально торчащим бревном посредине, словно столб от указателя.
Приблизившись, путешественники заметили, что столб причудливо раскрашен чёрной и красной красками.
Повернув рулевое весло, Алхантер направил плот к островку. Когда переднее бревно ткнулось в узкий песчаный пляж, Стас перепрыгнул на сушу и поднялся повыше, чтобы вбить кол, к которому на ночь привязывали судно. Элиот последовала за слугой, держа наготове лук. Вдруг на островке устроил логово какой-нибудь хищник вроде роаза или водяного волка – зубастого зверька величиной со среднюю собаку, большого любителя рыбы, птицы и других речных обитателей.
Островок был небольшим: несколько десятков шагов в длину и ширину. Песок, галька и кустики чахлой травы. Посредине возвышение со столбом. Движимая любопытством, Элиот направилась к нему в первую очередь. И здесь её ждала неожиданность. У подножия столба, привязанная за руки к железному кольцу, сидела обнажённая юная красотка. Густые тёмные волосы покрывали тело и разметались по земле. Большие карие глаза с ужасом уставились на виолку.
Элиот опустила лук и достала айосец. Один взмах и руки девушки освободились. Она тут же пала ниц и что-то запричитала на непонятном языке. Элиот тронула её за плечо и жестом велела подняться. Та встала на дрожащих ногах.
- Идём, - сделала приглашающий жест виолка. Девочка непонимающе смотрела на неё. Элиот взяла её за руку и повела за собой.
При помощи жестов удалось узнать имя спасённой – Ильга. Больше ничего выяснить не удалось. Кто она, откуда, что делала на острове? Ильга не понимала ни одного цивилизованного языка и говорила только на своём варварском наречии.
Из запасной рубашки Алхантера ей соорудили одежду, Стас поделился штанами. Алмостец сразу заинтересовался юной варваркой. Положил на неё глаз и Стас. Между мужчинами началось негласное соревнование. Ильга, почти ровесница Стаса, видела в юноше только друга. А вот алмостец пришёлся ей по душе. Вскоре девица осталась в большом шалаше на ночь, а утром называла мужчину «хоспатин», смешно коверкая слово «господин». Что ж, красотка сама выбрала свою судьбу.
Вначале Элиот почувствовала, словно бы укол ревности, но потом только рассмеялась. Некого ревновать. Она не любила Алхантера. Она взяла то, что хотела, как поступают виолки. «Легко достался, легко потерялся». Такую вещь не жалко. Он – не её мужчина, как не был им лорд. Всего лишь веха на жизненном пути.

Река между тем менялась. Берега разбежались на такое расстояние, что, идя в фарватере, они едва различали их. Сильное течение несло плот со скоростью мчащейся галопом лошади. Теперь они не останавливались на ночь. Из-за глубины и ширины можно было не опасаться препятствия в виде упавшего дерева или подводного камня, а сильное течение не давало судну свернуть к берегу.
Дни уходили в прошлое, как утекали воды Туссана в море, как проплывали мимо далёкие берега. Изредка путешественники приставали то к правому, то к левому, чтобы поохотиться или набрать хвороста для очага. Туссан разлился так широко, что, приставая к одному берегу, они не видели другого. Элиот, выросшая на острове, никогда не видела настолько больших и полноводных рек. Она просто поражала её воображение. Что уж говорить о Стасе, для которого даже ручей был в диковинку. На Лаире, кроме колодцев, иных водных источников не было.
На двадцать второй день путешествия случилось несчастье: погиб Стас. Он сидел, по обыкновению, на краю плота, свесив ноги в воду, и ловил рыбу на удочку. Внезапно удилище сильно дёрнулось, и, разморенный солнышком, клевавший носом парнишка, свалился за борт. Он тут же вынырнул, но так смешно пучил глаза и отфыркивался, что Алхантер громко рассмеялся. Ильга поддержала господина тоненьким хихиканьем.
- Мама! – завопил парнишка, хватаясь за край плота. Мокрые брёвна покрывали скользкие водоросли, и ему никак не удавалось уцепиться. Алхантер, вместо того, чтобы помочь, только хохотал, отпуская глупые шутки. Ему и в голову не пришло, что мальчишка, выросший на суше, попросту не умеет плавать. Когда до алмостца дошло, что парень по-настоящему тонет, а не притворяется, было уже поздно. Стас, хрипло булькнув последний раз, камнем пошёл на дно.
- Элиот, эй, Элиот! – заорал мужчина.
Но девушка уже проснулась от немого зова о помощи. Выбравшись из шалаша, в котором пережидала полуденную жару, недоумённо огляделась, не понимая, что случилось.
- Твой парнишка утонул! – крикнул Алхантер, указывая на место, где скрылась голова Стаса.
Элиот, не раздумывая, прыгнула.
Несмотря на относительную прозрачность воды, тела Стаса она не увидела. Элиот крутилась и ныряла всё глубже и глубже, но тёмная речная пучина поглотила мальчишку навеки. Когда Элиот вынырнула на поверхность, плот уплыл на приличное расстояние. Стоило большого труда догнать его. Когда она приблизилась, встревоженный Алхантер бросил ей верёвку и подтянул к судну.
Он не стал задавать глупых вопросов типа «Ну что?», «Нашла?», а лишь сочувственно похлопал по плечу.
Элиот не плакала со времён далёкого детства. Но тут слёзы сами полились из глаз. Она винила себя в смерти паренька. Если бы она не поддалась зову сердца, если бы не позвала с собой… Ей просто было страшно одной ступать в неизведанный мир. Хотелось чувствовать рядом плечо товарища, хотелось поговорить с кем-то знакомым. И вот его нет. А мог бы жить, долго и счастливо, подстригая дворцовые кусты и вынося сор…

В один из дней путешественники встретили первых людей на их долгом водном пути. Небольшая рыбачья лодка под парусом медленно двигалась навстречу. Алхантер, приковыляв на нос, замахал руками, подзывая рыбаков. Те приблизились, с интересом рассматривая чудаков на плоту.
- Далеко ли до Вилгрина?
- На вашем «фрегате» день-два, - блеснул улыбкой на загорелом лице пожилой рыболов. – Держитесь левого берега и не пройдёте мимо.
- А есть ли в порту каботажные суда?
- Когда мы уходили, стоял один барк. Не знаю, куда идёт, врать не буду… А вы сами-то откуда?
- От Истоков идём.
Мужчина присвистнул.
- И как вас туда занесло?
- Это длинная история… Часто ли в Вилгрин заходят проходящие суда?
- Частенько. А вам куда надо?
- Да хоть бы в Алданию. А ещё лучше, сразу в Алмост, - буркнул Алхантер.
Элиот молчала. Она сама не знала, куда хочет, и хочет ли куда-то вообще. Может, лучше, вернуться на Лаир? Будет и дальше натаскивать воинов лорда, жить в башне и наслаждаться покоем… Но, вспомнив Стаса, тут же отмела эту мысль. Как она посмотрит в глаза его матери? Что скажет отцу? Они обязательно придут и спросят: «Где наш сын?». Нет, путь на Лаир ей закрыт. Во всяком случае, ближайшие полсотни лет.

Конец второй части

...

Margot Valois: > 12.08.18 13:19


Добрейшего и благодарю за продолжение! Flowers
Двоякие чувства в душе. Вроде бы, все достаточно хорошо и грамотно написано, но глубоко не цепляет. Нет чувств и привязанности между героями. Бедному пареньку нужно помереть было, чтобы героиня поняла, что хоть что-то к нему чувствовала. Спасенная девушка заинтриговала.

...

Дамасдивана: > 12.08.18 22:23


Margot Valois писал(а):
Добрейшего и благодарю за продолжение! Flowers
Двоякие чувства в душе. Вроде бы, все достаточно хорошо и грамотно написано, но глубоко не цепляет. Нет чувств и привязанности между героями. Бедному пареньку нужно помереть было, чтобы героиня поняла, что хоть что-то к нему чувствовала. Спасенная девушка заинтриговала.

Согласна. Скользила по верхам. :(

...

Дамасдивана: > 12.08.18 22:28


 » Часть 3: «Авантюристка». Глава 1

В обеденный зал ввалилась шумная ватага матросов. Расфуфыренные, словно портовые шлюхи, уже хмельные и развязные. Рассевшись за самым большим столом, начали требовательно орать, вызывая прислугу. На их зов явился сам хозяин таверны. Судя по широкой улыбке и подобострастным ужимкам, компания была ему хорошо знакома. Тут же прибежали прислужницы и заставили стол всевозможными яствами, винными бутылями и пивными жбанами. Компания развеселилась ещё больше. Хохот, непристойные песни, звон кружек и визг лапаемых прислужниц заполнили тесное помещение.
Элиот поморщилась. Эти морские бродяги, как стадо хмельных свиней, вырвавшихся на волю – теряют всяческий человеческий облик.
Отодвинув недоеденный завтрак, встала и направилась к выходу. Путь пролегал мимо ватаги. Развесёлые и разнузданные, они чувствовали себя королями таверны. Остальные посетители старались держаться от них подальше. Некоторые, так и вовсе, незаметно улизнули. Элиот тоже не желала связываться с пьяной матроснёй, потому даже не смотрела в их сторону. Но тут один, видимо, приняв её за шлюху или прислужницу, грубо схватил за локоть и дёрнул к себе:
- Эй, девка, иди-ка сюда! – прохрипел, дыша винными парами.
Элиот обернулась и процедила сквозь зубы:
- Убери лапы, недоносок…
В таверне воцарилась тишина. Новоприбывшие, по-видимому, не привыкли к такому обращению. Постоянные посетители, успевшие хорошо узнать нрав виолки (некоторые на своей шкуре), замерли в предвкушении.
- Ты кого недоноском назвала, шийна?! – взревел моряк, поднимаясь.
Элиот сделала небольшой шаг назад, затем левой рукой захватила одежду противника на плече, а правой запястье. Поднырнув, одновременно совершила круговое движение руками снизу вверх и вперед, не отпуская руку обидчика. А потом ударила согнутого негодяя коленом в лицо, одновременно резко рванув руку вперед и вверх, разрывая плечевые связки.
Моряк взвыл, как волк, попавший в капкан. Упав на колени, орошая кровью из разбитого носа затоптанный пол, прижимал неестественно вывернутую руку к телу.
- В следующий раз держи грабли при себе, - усмехнулась девушка, и окинула дружков поверженного мрачным взглядом. – А вы запомните леди Элиот и, даже залив зенки, будьте со мной вежливы!
Моряки ответили недовольным ропотом. Взгляды, устремлённые на виолку, выражали угрозу и гнев.
Не миновать бы большой драки, но тут прозвучал спокойный и твёрдый, как кремень, голос:
- Ша, ребята. Леди права. Бориш вёл себя по-хамски. Пора уже научиться отличать настоящих леди от продажных шийн.
Из-за стола поднялся элегантно одетый мужчина с аккуратно зачёсанными назад тёмно-русыми волосами.
- Я капитан Сивэй, предводитель этих невоспитанных поганцев. Приношу свои искренние извинения за недостойное поведение одного из них. Обещаю, это больше не повторится…
За столом вновь прокатился недовольный гул, но одного взгляда капитана хватило, чтобы он тут же сник. По-видимому, капитана побаивались.
- Чтобы загладить вину, - продолжил Сивэй, когда шум утих, - приглашаю разделить с нами скромную трапезу.
- Спасибо, я уже позавтракала, - отрезала Элиот. – Рада, что мы достигли взаимопонимания.
Она вежливо, но сдержанно кивнула, и направилась к выходу.

Когда в дверь вежливо постучали, Элиот уже знала, кто находится по ту сторону. Став у косяка, откинула защёлку и рывком открыла. На пороге стоял капитан Сивэй.
- Доброе утро, сударыня, - вежливо наклонил голову.
- И вам приятного дня. С чем пожаловали?
- Это дружеский визит.
- Не помню, чтобы я вас приглашала.
- Так пригласите сейчас, - улыбнулся мужчина.
Элиот пристально посмотрела в серые глаза, пытаясь проникнуть в мысли гостя. Ничего тревожащего в них не было.
- Проходите, - взмахнула приглашающе левой рукой. Правую, осмотрительно, держала поближе к ножнам.
Капитан вошёл и присел на стул у стола. Вынул из-за пазухи бутылку дорогущего алмостского вина и водрузил на скатерть.
- Бокалы у вас найдутся?
- Вы пришли пить или поговорить?
- Одно другому не помешает. У вас есть, чем закусить сей нектар? Если нет, я пошлю за снедью в буфет.
Подавив зарождающееся раздражение, Элиот достала из шкафа окорок и сыр. Капитан вынул нож, ловко нарезал продукты и откупорил бутылку. Нашлись два бронзовых кубка. Разлив пенистый напиток, Сивэй поднял свой:
- За знакомство.
- Взаимно, - буркнула Элиот.
Поставив пустой бокал, капитан смачно облизнулся и бросил в рот ломтик сыра.
- Я ждал вас на завтраке…
- Я решила не искушать судьбу. Вы же не хотите лишиться ещё пары-тройки членов команды?
- Нет, конечно, - улыбнулся мужчина. – Хотите об этом поговорить?
- О чём?
- Вы покалечили одного моего…
- Он первый начал.
- Не спорю. Но можно было просто выбить ему пару зубов. Это для вас не проблема.
- Никто не смеет касаться меня…
- Знаю-знаю, - перебил капитан. – Меня уже просветили. Я пришёл не с претензиями… Я пришёл с предложением.
Элиот удивлённо и вопросительно вскинула брови.
- Я тут порасспрашивал о вас… И узнал кое-что. Вы появились в Вилгрине недавно – спустились на плоту от Истоков с компанией алмостца и варварки. Ваши товарищи покинули город на следующий день, а вы остались… И с тех пор просто болтаетесь, как шлюпка без швартова. Вы виолка. А я знаю, кто такие виолки. И я знаю, что вы леди – во всяком случае, так вы утверждаете. Но будь вы хоть сама королева виолок, думаю, деньги вам не помешают. Что делать благородной даме в таком захолустье? Приглашаю вас на свой корабль. Повидаете мир, поднакопите золотишка… Сплошная романтика, словом.
- Вы обо мне знаете, а я о вас – нет. Кто вы, чем промышляете? Вы торговец? Бродяга? Пират?
- Фу, как грубо, - усмехнулся капитан. – Мы вольные рыцари морских путей. Свободные охотники. Выслеживаем глупых жирных овечек, и время от времени стрижём их… Берём понемногу, чтобы овечка не издохла. Ведь после с неё можно будет ухватить ещё клок шерсти. А с дохлого барана ни шкуры, ни мяса.
- И какую должность вы мне предлагаете? Матрос из меня никакой. Я ничего не смыслю в морском деле.
- Леди не может быть матросом, - усмехнулся Сивэй. – Будете моим помощником. Предыдущий скоропостижно отправился к предкам. Я предупреждал его, чтобы завязывал с выпивкой в море. А вы не пьёте, да и вояка из вас получше многих из моей своры… Ну, как, по рукам?
Элиот задумалась. Предложение было странное и неожиданное. Стать морской разбойницей? А почему бы нет? Попробовать нечто новое. Она была телохранительницей королевы. Потом стала рабыней. После учила солдат лорда. Затем ввязалась в авантюру. Теперь попробует себя в роли «рыцаря морских путей».
Элиот ещё раз внимательно посмотрела на капитана, «считывая» его эмоции. Он был собран и деловит. Никакой задней мысли. Ни капли вожделения. Только ожидание, толика надежды и неподдельный интерес.
- Если я соглашусь, у меня будет несколько условий… - начала она медленно.
- Конечно, - кивнул Сивэй. – На всё согласен.
- Даже не выслушаете? – удивилась виолка.
- Отдельная каюта, никаких приставаний, беспрекословное подчинение команды… Что-то ещё? – улыбнулся капитан.
- Пожалуй, достаточно. Разве что: никаких контрактов - я покину вас, когда пожелаю.
- Принято.
Сивей разлил вино по кубкам.
- Теперь выпьем за долгое и плодотворное сотрудничество!
- Взаимно!

...

Margot Valois: > 13.08.18 17:13


Ирена, от души приветствую и благодарю за продолжение! Flowers
Героиня готова к новым приключениям.

...

Дамасдивана: > 13.08.18 20:24


Margot Valois писал(а):
Ирена, от души приветствую и благодарю за продолжение! Flowers
Героиня готова к новым приключениям.

Ну да. Шило в попе... Smile
Спасибо, Марго!

...

Дамасдивана: > 13.08.18 20:28


 » Часть 3: «Авантюристка». Глава 2

Декадами бороздить морские просторы, выслеживая «добычу», романтично, но скучно. Грабить перепуганных до смерти торговцев прибыльно, но мало чести. Элиот скоро поняла, что совершила ошибку, присоединившись к ватаге капитана Сивэя. Разбой – не её ремесло. Радости он не приносил, удовольствия тоже. Да и с командой отношения не сложились. На виолку смотрели косо, слушались из-под тычка, за спиной насмехались, отпускали солёные шуточки. Аргус – так звали Сивэя – ничем помочь не мог: насильно мил не будешь. Надо отдать ему должное: капитан во всём поддерживал помощника, сам рук не распускал и сдерживал братков. Хотя, после случая с Боришем, мало кто рисковал схлестнуться с Элиот.
Она покинула корабль, если бы он зашёл в какой-нибудь порт. Но «Непойманный» - такое странное название носило судно – курсировал вдоль берегов Лексвуда от устья Туссана до границ Алдании, не приближаясь к цивилизованным краям, опасаясь сторожевых кораблей. Иногда они приставали к безлюдному берегу в укромной бухточке или заливе, чтобы пополнить запасы свежей воды, настрелять дичи или запасти дров для камбуза.
На одной из стоянок произошло настоящее чудо.
«Непойманный» зашёл в устье реки Лимпа – небольшой, но довольно глубоководной, позволявшей морскому судну без проблем подняться вверх по течению. Разбили лагерь в живописном местечке: золотистый пляж обрамлял небольшой залив, переходя в ровный сухой луг, окружённый густыми зарослями высоченного бамбука, словно частоколом.
В первый день наполнили питьевые бочки чистой свежей водой. На второй несколько групп отправились в разные стороны на охоту. Остальные пилили сухостой на дрова.
Элиот, прихватив мыло, мочалку и чистую одежду, отправилась вверх по течению в поисках удобного для омовения местечка. Купание в пресной воде приносило облегчение и наслаждение. Морская соль, казалось, въелась во все поры тела. Полноценно помыться на корабле не было возможности в связи с ограниченными запасами воды и места. Таз, кувшин, тесная каюта – вот и все удобства.
Девушка наслаждалась купелью несколько часов. Когда вернулась в лагерь – солнце клонилось к закату. Ещё на подходе почувствовала необычное волнение, зародившееся где-то глубоко в душе. Чувство было новое и незнакомое. Прежде она такого не испытывала. На всякий случай, держась настороже, ступила на луг.
В лагере было спокойно и обыденно. Между палатками бродили сотоварищи. Чуть в стороне возвышалась приличная куча подготовленных к погрузке поленьев. Посредине разгорался костёр, над которым несколько человек устанавливали вертел. Неподалеку лежала освежёванная и подготовленная туша оленя. От корабля к берегу спешила лодка с бочонком пива – намечался пир.
Волнение не проходило, и Элиот начала обходить лагерь, присматриваясь и прислушиваясь, чтобы понять, что её так взбудоражило.
Приблизившись к одной палатке, вдруг чётко опознала знакомые мысленные сигналы. Не веря собственным чувствам, откинула полог и увидела какого-то оборванца-дикаря, чумазого, истощённого, испуганного. Грязные светлые космы закрывали половину лица. Но по второй половине и мысленным волнам, исходившим от него, Элиот узнала Стаса. Да, это был он, утопленник!
- Стас?
Мальчишка, скукожившийся в углу, вздрогнул и поднял голову. Откинув рывком головы волосы, взглянул на вошедшую светлыми глазами, и вдруг странно заскулил и пополз к ней на четвереньках, обхватил за ноги, прижался всем телом, словно боялся, что Элиот внезапно исчезнет, и заплакал совсем по-детски, со всхлипами и рыданиями.
- Стас!.. Стас… Ну же, успокойся, мой мальчик… Святые Небеса, как же это… Ты жив? Как?!. Святая Лианна, да ты совсем одичал! Вставай, идём, идём скорей… Есть хочешь? – совсем по-бабьи запричитала Элиот, поднимая парня. Обхватив его за плечи, вывела из палатки и чуть не силком потащила к берегу, к шлюпкам.
- Эй, Элиот! Ты куда поволокла дикаря? – окликнул один из пиратов. – Его ещё капитан не видел.
- Посмотрит на корабле, - отрезала девушка. – И это не дикарь, а мой слуга. Я потеряла его несколько месяцев назад.

Когда Стас отъелся, отмылся и выспался, Элиот расспросила его обо всём, что тот пережил после падения с плота. Рассказ мальчишки был удивителен и невесел.
Беспомощно барахтаясь в воде, еле держась на поверхности, не в силах крикнуть из-за волн, заливавших лицо, он видел только скользящие мимо брёвна плота, покрытые сколькими водорослями, за которые невозможно было уцепиться, и слышал издевательский смех Алхантера. Он молил мысленно о помощи, но алмостец только хохотал, тыкая в него пальцем, а глупая дикарка подхихикивала господину. Внезапно он почувствовал, что нечто схватило его за ногу и рывком потащило в глубину. Успев сделать последний живительный глоток воздуха, он быстро погрузился в пучину. Какая-то огромная тварь стремительно тащила его под водой непонятно куда. Он уже задыхался, пытался вырваться, но животное не обращало внимания на его судорожные рывки.
Внезапно Стас заметил рядом большое затопленное дерево. Уцепившись за сук, он извернулся и лягнул существо по гладкой спине. От неожиданности, оно выпустило ногу и метнулось в сторону. Держась за спасительный сук, парень рванул наверх. Вынырнув, долго отфыркивался и отплёвывался. Затем осмотрелся. Он находился недалеко от берега. Плота видно не было. Добравшись по дереву до суши, Стас долго лежал в прострации, не зная, что делать.
Первая ночь в одиночестве была самой ужасной. Он почти не сомкнул глаз, вздрагивая от каждого шороха, скрипа или жуткого вопля, доносившегося из чащи.
Благодаря путешествию к Истокам, а затем на плоту, бывший садовник кое-чему научился. Поэтому и не погиб в последующих скитаниях по Лексвуду. Через какое-то время он случайно набрёл на селение варваров. Сначала его приняли не очень гостеприимно, хотели даже убить. Но какая-то старуха, как потом выяснилось, шаманка, заступилась за него и взяла под своё крыло. Её удивили светлые, почти белые волосы парня.
В племени Стас прожил пару месяцев. Потом решил пробираться в более цивилизованные места. Он рассчитывал добраться до берега моря, а потом идти побережьем аж до границ Алдании. Правда, дойти удалось только до этой речки, где и наткнулся на пиратов-охотников…
- Глупышка… Тебе несказанно повезло. Это просто чудо, что ты встретил нас. Ты бы не добрался до Алдании пешком. Потому что Лексвуд от королевства отделяют Байрамские болота, забыл? – усмехнулась Элиот. – Ты ни за что бы не перебрался через Солёные топи.

К появлению на судне нового члена Сивэй отнёсся равнодушно. После того, как Элиот рассказала историю мальчишки, определил его в юнги. На удивление, Стасу понравилась его новая должность. Он с удовольствием изучал морские премудрости, ловко лазил по вантам и канатам. Несмотря на все злоключения, воды бояться не стал. Наоборот, старательно учился плавать.
Снова потянулись «романтические» будни. Бесконечное «патрулирование», погони, драки, грабёж, и всё сначала. День за днём, декада за декадой.
Словно чувствуя настроение Элиот, Сивэй держался от портов подальше. Даже в Вилгрин не заходил. Уже и команда начинала потихоньку роптать, требуя отдыха. Но капитан уводил корабль всё дальше в открытое море. Объяснял это тем, что ему надоели каботажные нищебродные купцы, пришла пора взять более крупную дичь. И тогда можно отдохнуть на берегу декаду, а то и целый месяц.
Дрейфуя с приспущенными парусами, «Непойманный» напоминал морского орла, парящего в поднебесье и зорко высматривающего добычу. Незаметный, упорный и преисполненный безграничного терпения.

И вот им, казалось, привалила удача. На горизонте появился огромный роскошный корабль. Судя по многоэтажным надстройкам и нескольким палубам – пассажирский. Он, не спеша, двигался в их сторону. На «Непойманном» просигналили сбор. Пираты, без спешки, облачались в доспехи, вооружались и расходились по местам. Привели в готовность абордажные крючья, подготовили трапы и доски. Присели у бортов, в ожидании сигнала к атаке. Парусная команда заняла свои места.
Галеон приближался медленно, тяжёлый и, на первый взгляд, неуклюжий. Глядя на него с мостика, Элиот чувствовала не возбуждение от приближающейся схватки, а нарастающую тревогу. И чем ближе подходил корабль, тем сильнее она становилась.
- Капитан… - не выдержала девушка.
- Что? – буркнул Сивэй, не отрываясь от подзорной трубы.
- Лучше нам не трогать этот ковчег.
Сивэй опустил трубу и с удивлением повернулся к помощнику.
- С чего бы это?
- У меня нехорошее предчувствие.
Аргус рассмеялся.
- Женская интуиция?
- Да.
- Может, у тебя «нехороший день»? Ты всегда становишься нервной в эти дни.
- Нет.
- А у меня вот, наоборот, весьма хорошее предчувствие насчёт этого барашка… Ох, и настрижём тут шерсти!
- Я вас предупредила.
- Я не нуждаюсь в твоих предупреждениях, - резко ответил Сивэй и снова припал к окуляру. – Выполни качественно свою работу – и никакая опасность нам не страшна. Мы ощиплем эту пташку до костей. О нас будут говорить во всех притонах от Анзора до Алмоста и от Илларии до Сатса.
Элиот не стала спорить. Не открывшись, она не переубедит капитана. Её обеспокоило другое. К уже знакомому чувству надвигающейся опасности добавилось необычное новое ощущение. Отдалённо оно походило на волнение, которое она испытала, почувствовав появление Стаса в лагере. Но было во много раз сильней и тревожней. Словно надвигающаяся гроза после продолжительного штиля. Волосы на затылке девушки буквально зашевелились, вставая дыбом. Дрожь прошлась телом. Кожу покрыли мурашки возбуждения. Сердце застучало сильно и тревожно, но одновременно, в каком-то непонятном предчувствии.
Поддавшись инстинкту, Элиот бросилась вниз, на палубу, отыскала Стаса и, схватив его за руку, потащила в каюту. Растерянный мальчишка слабо сопротивлялся, недоумённо вопрошая, что случилось. Не отвечая на его вопросы, виолка затолкнула его в свою каюту и захлопнула дверь.
- Сиди и не высовывайся! – приказала. – Ослушаешься – пеняй на себя.
Когда она вернулась на мостик, Сивэй удивлённо спросил:
- Что это было?
- Ему ещё рано умирать. Один раз он и так едва не погиб по моему недосмотру… На этот раз я позаботилась, чтобы этого не случилось.
Как только галеон приблизился на расстояние броска, «Непойманный» распустил все паруса и бросился в атаку. Рассекая волны острым носом, он мчался к добыче, как гончий пёс. Не трудно было разгадать его маневр и понять намерения. Но корабль продолжал двигаться так же невозмутимо, как и прежде, даже не пытаясь уклониться от встречи или как-то избежать атаки. То ли там все спали, то ли совершенно не боялись нападения.
Сивэй сделал классический разворот и стал борт о борт. Полетели абордажные крючья и захваты, сцепив корабли вместе. Галеон был намного выше и массивнее лёгкой и небольшой бригантины Сивэя. Поэтому, не опуская парусов, просто потащил её за собой. Пираты выдвинули трапы и начали карабкаться на верхнюю палубу. Элиот возглавляла штурмовой отряд.
Оказавшись наверху, девушка поняла, что предчувствие её не обмануло. Нападающих встретила молчаливая шеренга настоящих воинов, а не кучка перепуганных матросов. Мало того, на всех ключевых точках стояли лучники, и град стрел накрыл бы пиратов, сделай они ещё хоть шаг.
Более того, снизу, с их корабля, донёсся шум. Оглянувшись, Элиот увидела, что из скрытых отверстий в борту галеона появляются солдаты, заполняя бригантину. Быстро и мастерски они зачистили палубу и полностью захватили корабль.
Захватчики столпились у борта, растерянно оглядываясь. Воинственный пыл моментально испарился, огонь битвы в глазах потух.
- Сложите оружие и останетесь в живых, - раздался голос откуда-то сверху. Все подняли головы и увидели на капитанском мостике высокого вельха с длинными, развевавшимися на ветру белоснежными волосами. Лишь только взглянув на него, Элиот поняла причину своей неразгаданной тревоги. Это был Бессмертный!

Конец третьей части

...

Margot Valois: > 13.08.18 20:46


Благодарю за напряженное продолжение!
Искренне рада, что Стас оказался жив.

...

Дамасдивана: > 14.08.18 13:50


Margot Valois писал(а):
Благодарю за напряженное продолжение!
Искренне рада, что Стас оказался жив.

И вам спасибо, что читаете. Рада, что героиня вам ещё не надоела. :D

...

Дамасдивана: > 14.08.18 13:59


 » Часть 4: «Правительница». Глава 1

- Ты кто такая?
Каюта капитана поражала роскошью и красотой. Отделанная ценным деревом, украшенная позолоченной резьбой, мародскими коврами, хрустальными светильниками, обставленная изысканной мебелью – могла соперничать с королевскими апартаментами. Хозяин сам мог служить украшением любого интерьера: высокий, мощного телосложения, с мужественными и красивыми чертами лица, которое обрамляли длинные белоснежные волосы, блестящие, как шёлк. И глаза – хризолитовые, сверкающие, проникающие в душу и глубже… Их выражение показалось Элиот знакомым. Как и некоторые черты лица. Этот ироничный прищур, насмешливый изгиб губ…
- Кто ты? – повторил бессмертный. – Я тебя не знаю.
Покинув кресло, приблизился, прикрыв глаза и глубоко вдохнув, словно принюхиваясь. Элиот узнала знакомый аромат сухих лепестков, который источала кожа бессмертных. Но не она. Рейнальд говорил, что только у старых и рождённых от бессмертных есть такой запах. Новообращённые же обретают его по истечении нескольких столетий.
- Да ты совсем юная! – казалось, удивился вельх. – Ты ещё не прожила свою собственную жизнь. – Кто же тебя создал?
Он вновь прикрыл глаза и застыл, словно погрузившись в транс. Элиот показалось, что в голове её завёлся непоседливый муравьишка, бегающий туда-сюда и щекочущий крошечными лапками мозговые извилины.
- Прекрати! – крикнула она, не выдержав щекотки, и оттолкнула мужчину. С таким же успехом могла толкнуть скалу. Тот даже не шелохнулся. Но глаза открыл. Два сияющих хризолита нависли над ней, словно два драгоценных светильника.
- Кто тебя породил?
Длинный узкий палец приподнял подбородок девушки.
- Какое ваше дело? – заупрямилась Элиот.
- Неужели, кто-то из моих сыновей? Который? – голос звучал требовательно и настойчиво. Элиот не хотела отвечать, не хотела даже думать, но в мыслях невольно всплыло лицо Рейнальда. – Ах, этот негодный мальчишка! – усмехнулся вельх. – Никогда не жил по правилам. Надеюсь, у него были для этого серьёзные основания.
Элиот вспомнила Самарну, ссору с наложницей и нападение в вечернем коридоре.
Бессмертный легко читал её мысли.
- Не шутишь? Он воскресил тебя, потому что пользовал? Даже не любил?
- Убирайтесь из моей головы! – не выдержала язвительного тона виолка. Её переполнял гнев. В конце концов, она такая же, как и этот высокомерный вельх. Он не смеет так с ней обращаться.
- Не смею? – приподнял брови мужчина. – Почему же? Ты преступница. Ты напала на мой корабль. Ты хотела убить моих людей.
- Но не убила же, - буркнула Элиот.
- Потому что они «меченые». Ты бы не справилась с ними.
Девушка презрительно хмыкнула.
- А я виолка. Что мне ваши «меченые».
- Виолка? – брови вельха снова прыгнули вверх. – Ты не похожа на виолку.
- А какие виолки? Мы что, все на одно лицо?
- Моя мать виолка. У неё золотые волосы и синие глаза. Мать моих сыновей - виолка. У неё тоже синие глаза. А ты похожа на варварку.
- Повезло вашим женщинам... Их отцы были ассветами, да и в роду преобладала ассветская кровь. А мой отец – виол. И я похожа на него.
- Сочувствую… - губы вельха тронула еле заметная улыбка. – Но то, что ты виолка, не умаляет вины. Ты связалась не с теми ребятами. Пираты вне закона в любой стране. И на Оллине в том числе. Я должен тебя убить.
- Попробуйте, - усмехнулась девушка.
- То, что ты бессмертная, не означает, что тебя нельзя лишить жизни… Разве мой сын не просветил тебя?
- Вы отец Рей… - Элиот прикусила язык.
- Да, я отец Рейнальда, лорда Лаирского, оболтуса и лентяя. Он ничего не рассказывал о родителях?
- Нет…
- Меня зовут Санхар Аоста, принц Трикорский, лорд Лайонский, Альманский, Осэмский и прочая, и прочая, и прочая… У меня много владений, на которых правят наместники. Я же предпочитаю жить в море. Но вернёмся к нашим… пиратам. Рейнальд рассказывал, как ты можешь лишиться жизни?
- У нас не было разговора на эту тему… как-то было не до этого.
- Тогда подумай сама. Если отрубить палец, когда-нибудь вырастет новый… Если отрубить руку, возможно, вырастет новая… Я не проверял. А вот если отрубить голову, новая не вырастет. Никогда.
Элиот нахмурилась.
- Что ж, - процедила сквозь зубы, - если считаете, что я заслуживаю смерти, берите меч. Я не просила вашего бессмертия. Я не боюсь смерти, потому что её не существует. Это просто переход из одного тела в другое. Тело Элиот Хайбон вело глупую никчёмную жизнь, оно уродливо и мне его не жалко. Возможно, со следующим мне повезёт больше.
- Я строгий, но справедливый, - улыбнулся в ответ на тираду принц. – Я помилую тебя, если собственноручно вздёрнешь главаря разбойников капитана Сивэя. Его преступления обширны. Одно упоминание имени приводит купцов в негодование. Смерть этого негодяя сделает мир только лучше.
Элиот помрачнела. Она не испытывала к Сивэю никаких чувств, даже дружеских, если говорить начистоту. Но убивать… Она не палач. И не предатель. Аргус относился к ней хорошо, даже лучше, чем к некоторым старым членам команды. Убить его, значит, отплатить чёрной неблагодарностью.
- Нет, - коротко ответила виолка.
- Ты отказываешься?
- Отказываюсь. Я не стану убивать капитана Сивэя. Он негодяй, но не заслуживает смерти. Он грабил, да. Но никого не убивал. Что деньги? Их можно заработать. А жизнь не вернешь.
- Вот именно. Подумай о своей жизни.
- Я всё сказала…
- Хорошо… Жизнь ты не ценишь. А если я отрублю тебе руки и ноги и выброшу в каком-нибудь порту? Ты не умрёшь. Но и жить не будешь.
Голос Санхара звучал холодно и жёстко, как шелест позёмки по замёрзшей земле.
Элиот невольно вздрогнула, представив себя ползающей по грязным улицам и вымаливающей подаяние у прохожих.
- Когда руки и ноги вырастут, я разыщу вас и убью, в какой бы норе вы ни прятались, - с ненавистью пообещала она.
- Слова истинной виолки, - усмехнулся вельх. – Но это лишь слова… Посмотрим, какая ты на деле…

...

Margot Valois: > 14.08.18 14:59


Добрейшего времени суток и благодарю за продолжение! Flowers
Всё интереснее и интереснее.

...

Зарегистрируйтесь для получения дополнительных возможностей на сайте и форуме
Полная версия · Регистрация · Вход · Пользователи · VIP · Новости · Карта сайта · Контакты · Настроить это меню


Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение