Erina:
27.02.13 17:30
Юлечка, привет!
Как же хорошо, что Аню отпустили!! Уж и так ей досталось в жизни, а это и подавно могло плохо кончиться для девушки, особенно в ее положении.
Вот только не поняла, Возницкому что же совсем ничего не будет? Иначе почему же еще возникает вопрос с наследством графа? Разве не Аня должна наследовать после мужа? В любом случае очень надеюсь, что этот племянник безнаказанным не останется...
А вот ситуация с ребенком и правда не простая... Стоило ли девушке молчать о том, кто отец? Думаю, ей все равно нужно было выговориться кому-то, держать все это в себе сложно, а Натали ее ближайшая подруга, которая всегда поддержит и поймет. А если вдруг кто-то еще узнает, значит так должно быть...
И еще хочется узнать реакцию Алексея, про ребенка он пока не в курсе...Но захочет ли бороться за Аню, будучи уверенным, что отец Зотов? Нужен ли ему будет чужой ребенок? Для него это будет настоящей проверкой, доказательством того, насколько сильны его чувства к бывшей невесте...
А Ане сейчас нужно отдохнуть и не думать ни о чем, кроме малыша...только это и важно теперь))
Юля, спасибо большое!! Осень порадовала продолжением))
...
-Алиса-:
28.02.13 07:18
» Глава 20
Глава 20
Утром Анну разбудил дождь, дробно стучавший по оконному стеклу. Поднявшись с постели, девушка подошла к окну, выходящему в сад. Порывистый холодный ветер срывал редкие пожелтевшие листья с деревьев. Аллеи были усыпаны мокрой опавшей листвой. Серое и унылое это утро было таким же, как ее настроение. Вчерашняя радость от того, что она, наконец, вернулась домой, померкла при мыслях о будущем.
Вчерашний разговор заставил ее по-другому взглянуть на положение, в котором она оказалась. Как ей поступить? В душе все противилось тому, чтобы объявить младенца наследником покойного супруга. Неправильно это. Обман и ложь, повлекут за собой новую ложь, нагромождая ее друг на друга. Но признайся она в своей неверности, что ждет тогда ее ребенка? Клеймо незаконнорождённого на всю оставшуюся жизнь. Может ли она поступить так с ним?
Постучав, в спальню вошла горничная.
- Анна Никитична, Вам завтрак в комнату принести или в столовую спуститесь? – спросила она.
- Спущусь, - вздохнула Анна.
Снова надев черное платье, Анна сама расчесала волосы и заплела их в косу. Она уже начинала ненавидеть траур. Ей всего девятнадцать, а жизнь как будто бы уже и кончилась совсем.
Вся семья уже собралась за столом, когда она вошла. Андрей поднялся, отодвинул для нее стул. При виде сдобных мягких булочек, испеченных ранним утром, Аня почувствовала, что голодна. Намазав булочку маслом, она с наслаждением откусила кусочек.
Дверь в столовую приоткрылась, впуская лакея.
- Анна Никитична, - извиняющимся тоном начал, он, - Там Алексей Васильевич к Вам с визитом пожаловали. Что мне передать ему?
Аня с сожалением взглянула на неоконченный завтрак.
- Скажи, что приму его, - ответила она, поднимаясь со стула.
Надо поговорить с ним и покончить раз и навсегда с их отношениями, решила девушка. У них нет будущего. И про ребенка она ему ничего не скажет. Не имеет она никакого морального права обрекать нарождённое дитя на осуждение и отчуждение света.
Войдя в малый салон, она остановилась в дверях.
- Доброе утро, Алексей Васильевич, - поздоровалась она.
- Анечка, - Алексей поднялся с софы и сделал шаг ей навстречу, но она жестом остановила его.
- Зачем Вы пришли? – стараясь не выдать эмоций, владевших ею в этот момент, как можно спокойнее спросила она.
- Увидеться с Вами, - чувствуя ее холодность Алексей, тоже перешел на более официальный тон, - Я хотел бы извиниться за свое недостойное поведение.
- Несколько поздно, - заметила Анна.
Взгляд Воронцова, задержавшись на ее лице, переместился ниже.
- Бог мой, Вы ждете ребенка, - побледнел Алексей.
- Как видите, - ответила она, - Так что боюсь, я уже не столь привлекательная для Вас и вряд ли Вы захотите еще когда-нибудь предаться со мной любви или разврату, – бросила она ему в лицо его же собственные слова.
При упоминании о той ночи, Алексей ощутил, как краска стыда бросилась ему в лицо.
- Простите меня.
- Простить? За что же, Алексей Васильевич?
- Я не должен был так с Вами говорить.
Другая мысль внезапно озарила его сознание. Они были близки с Анной. Не может ли быть так, что это его ребенка она носит. Тщательно подбирая слова, Алексей решился все-таки спросить ответ на интересующий вопрос.
- Отец Вашего ребенка его сиятельство покойный граф Зотов?
- Совершенно верно, - не моргнув глазом, солгала она, – Ступайте, Алексей Васильевич, нам не о чем больше говорить с Вами.
Бросив на нее последний долгий взгляд, Воронцов вышел. Едва за ним закрылась дверь, Аня в изнеможении опустилась на софу и закрыла лицо руками. Она сейчас сама разрушила все мосты. Пути назад нет. Перед ее глазами все еще стояло лицо Алексея в тот момент, когда она произнесла последние слова.
В коридоре Наталья, проводив Воронцова глазами, поспешила в малый салон. Она застала Анну, сидящую на софе, уставившуюся невидящим взглядом в пространство.
- Аня, Вы поговорили?
- Поговорили, - глухо ответила она.
- Ты не сказала ему…, - поняла Наталья.
- Нет, - покачала она головой, - Ни к чему ему знать. Все так, как и должно быть.
Выйдя из особняка Строгановых, Воронцов направился в сторону дворцовой площади. Сорвавшийся с цепи ветер трепал непокорные пряди коротко подстриженных волос, бросал в лицо мелкий моросящий дождь, но он не замечал этого.
Неожиданная весть о грядущем материнстве любимой женщины, выбила его из колеи. Но более всего его расстраивало, что он сумел настолько сильно обидеть ее, что Анна не нашла в себе душевных сил простить ему безобразную выходку перед свадьбой ее брата. Он был так страшно зол, что ему хотелось уязвить ее как можно больнее, и у него получилось. Как теперь вернуть ее? Все против них. Обстоятельства складывались так, что он даже если бы она простила его, не смог бы открыто ухаживать за ней, не вызвав пересуды среди любителей перемывать косточки ближнему своему.
Со смерти Зотова прошло немногим больше месяца и положенный срок траура, еще не окончился. Анна не может пока выезжать в свет и принимать у себя молодого неженатого мужчину. Все это грозит для нее обернуться очередным скандалом. Но все это можно было бы пережить. Набраться терпения и выждать, но ее отказ примириться с ним, не оставлял никакой надежды. С этими мыслями он уже практически дошел до площади, когда его окликнул его возница. Все это время экипаж Воронцовых медленно двигался вслед за ним.
- Алексей Васильевич, промокните совсем. Может, домой.
- Поехали, - отозвался он, поднимаясь на подножку.
Что толку терзать себя всем этим. Нужно найти силы отпустить и забыть. Видно судьбе угодно было разлучить их. На все воля божья, и нет смысла роптать на нее.
Вечером, сидя в будуаре матери за рукодельем, Анна долго размышляла над тем, как ей поступить. Сезон в столице только начался, но оставаться в Петербурге она не хотела. Приняв решение, она отложила вышивку и обратилась к матери.
- Маменька, мне бы хотелось уехать из столицы в имение. Что мне делать здесь. Когда кончиться положенный срок траура после смерти бабули, Вы вновь будете наносить визиты и принимать гостей, а мне хочется тишины и покоя.
- Анечка, бог с тобой, зимой в усадьбе от скуки и серости с ума сойти можно. Мне кажется, что здесь среди людей ты быстрее сможешь прийти в себя. Но если, ты думаешь иначе, я поеду с тобой.
- Мне бы очень этого хотелось, - слабо улыбнулась она.
- Что ж, завтра переговорю с Вашим батюшкой и поедем, пока дороги окончательно не раскисли.
/
...