Карта ролевой игры "Сказочные Вечеринки"

В центре капища, на высоком деревянном помосте, стояли величественные идолы Перуна, Даждьбога и Мокоши. Перун с серебряной головой и золотыми усами, Даждьбог с солнечным диском, Мокошь с веретеном и рогом изобилия.
Перед каждым идолом — свой алтарь. У Перуна каменное кольцо, где лежат мечи, щиты, стрелы. У Даждьбога — украшенный золотыми лентами и цветами. У Мокоши — алтарь с веретеном, кувшинами с водой, венками из колосьев и льна.
Княжна Яромила спешно прошла вдоль ограды — резных столбов с изображениями солнца, молний, птиц и зверей. Бросила взгляд на стены храма, покрытые сложной резьбой: здесь и сцены битв, и праздники урожая, и изображения небесных светил. На деревянных поверхностях виднелись символы солнца, молнии, воды, земли, а также магические знаки-обереги.

Княжна опустилась на колени перед женским идолом, поднесла ему сноп свежих колосьев на алтарь.
- Услышь меня, мать-Мокошь. Не оставляй - прошептала Яромила. В тот миг думала она о своей матери - княгине Злате, чье доброе лицо так напоминали черты резного идола.
Подношение Перуну было иным - скифский короткий кинжал отличался от прочего оружия, что бросали верховному богу пришедшие в храм.
- Направь Перун мою руку, пусть не дрогнет. Пусть осуществится задуманное.
Яра на мгновение закрыла глаза.
- Яромилушка...где же девочка наша? Куда подевалась? - ласково приговаривает княгиня, прекрасно видя, как торчит край сарафана маленькой дочери, притаившейся за шторой.
Девочка слышит мужские тяжелые шаги. Это отец. Она не видит, как мать, улыбнувшись, кивает князю на штору:
- Пропала дочка...не знаю где искать.
- Что же и драккар не пойдет смотреть? - нарочито громко произносит князь Игорь - поутру приплыл с диковинками из северных земель...
Яра от нетерпения одернула штору.
- Пойду!
Князь с княгиней переглянулись, Игорь засмеявшись, подхватил дочь на руки.
- Нашлась, егоза!
Счастливый смех того дня в княжеских покоях на чудесном острове Буян вдруг скрывает темнота. Постепенно надвигается эта туча, перекрывая свет...
Она не помнила, как налетел Змей Горыныч. Только крик матери в ушах стоит, да запах кострища.
Яромила открыла глаза, выныривая из воспоминаний и смахнула слезу, предательски скатившуюся по щеке.
Что это? Идол Даждьбога. Что-то темное по нему сочится...будто кровь. А следом и остальные идолы. Свечи в храме разом потухли. Надвигался на нее Даждьбог всей своей силою - не сбежать.
Княжна отшатнулась, да так что опрокинула алтарь, на котором стояли подношения, расплескала воду из кувшинов. Марево исчезло. Холодные идолы по-прежнему безучастно взирали на нее. Но ясно стало - не приняли боги ее подношений.
Яромила вышла из храма и подставила лицо под лучи утреннего солнца, которые должны были разогнать все дурные мысли.
- Веселинка, вот ты где - княжна нашла девушку недалеко от храма и улыбнулась - Достала, что просила?
- Ага - та указала на корзинку со свежими калачами, купленными на базаре.
У храма всегда толпились калики да странники, иногда и детишки малые. Принялась Яра с помощью Веселины раздавать калачи. Уже почти все раздала перехожим, когда шла мимо одна дородная баба в вышитом платке и покачав головой, сказала:
- Ээх, у кого хлеб берете! Погибель она принесет всем. Как Змей прилетит - мужья наши, сыновья ее защищать пойдут? Спалит он их, как на Буяне ...- под конец деланно запричитала она.
- Да ты на кого... - начала было Веселина, но Яра ее остановила.
Подошла к бабе, зыркнула так, что та попятилась и четко произнесла:
- Корова твоя телиться больше не будет.
Подобрав со страху платок, баба быстро удалилась восвояси.
- Княжна, а правда что ли...телиться не будет? - изумленно спросила Веселина.
Яромила обернулась и рассмеялась.
- Я разве ведаю, Веська? Не знаю даже, если ли у нее корова.
- Зря вы так. Баба эта...язык шо помело...разнесет худое...
Яра пожала плечами, а потом взяла девку за руку.
- Ну ее, побежали лучше на ярмарку. Там, говорят, купцы привезли кренделей заморских, таких я еще не пробовала.

- Смотри, какой перстенек, купи девица, купи красная...
- Платок вышитый, как для твоих плечей...

Яромила смеется. Качает головой. Бежит вперед и Веселинку тащит за собой.
Та бойко расталкивает толпу у лотка.
Один мужик, несмотря на то что утро, уже пьяный, от такой наглости даже замахивается, но Яромила, мало что росточком мала, бросается к нему.
- А-ну, не тронь! – платье у нее богатое, да не слишком. У купеческих дочек и получше есть. Специально княжна так одевается, когда в люди выходит. Да что-то во взгляде ее мужика останавливает. Машет рукой на них – тьфу, мол и отходит.
Веселина возвращается с двумя кренделями. Чудные они, вроде осмерки, но вкусные, когда обе девушки с аппетитом вгрызаются в теплое тесто.
- Хорошо – Яромила кивает.
И думает, что надобно этих кренделей дядюшке Мстиславу купить, чтобы попробовал. И сестрицам двоюродным, если они на ярмарку сегодня не придут или лотка этого не заметят. Да, еще братцу Миролюбу оставить – пробовал ли он такие в заморских странах? И угостить знакомых, и кметей и девок сенных. Да, тут целую корзину надо брать.
Яромила подходит к лотку.
- Покупаю.
- Сколько? – торопливо спрашивает торговец, не поднимая глаз – Один крендель? Два?
- Все покупаю – улыбается княжна и кладет на лоток большую золотую монету.
Торговец ахает. Потом кланяется. Складывает кренделя в большую корзину.
Яра возвращается к Веселине и кладет ей в кулачек несколько монет.
- Купи себе что-нибудь красивое. – шепчет девке и подмигивает.
Кренделей аж на три корзины оказалось. Как она ее потащит, даже с помощью Веселины не сдюжат. Ладно, что-нибудь придумает. Может, кого из знакомых встретит или стражника попросит. Яромила просит торговца обождать, а сама с интересом рассматривает противоположный лоток. На нем не расписные платки и даже не украшения, а оружие от лучших мастеров – мечи, кинжалы и луки. Мастер бережно показывает заинтересовавшемуся покупателю диковинку – арбалет.
Яромила зачарованно ее рассматривает, пока не отвлекается на чудеснейшие звуки и слова песни, что проникают в самое сердце.

Как хорошо, что Софьюшка нашла ее, а то Яромила одна на ярмарке осталась песни слушать. А на северян, ох как охота ей было посмотреть по множеству причин. Вместе со Светорадой и Купавой, купеческой дочкой, пошли они на пристань.
Яромила задумалась, вот вроде три княжны в Энск-граде, а все они разные. Ладно она, племянница князя, а даже Светорада и Софья вроде одно, а все же разные. А она какая? Своя ли в Энск-граде, родине матери? Или родина ее – остров Буян безжизненный? А, может, далекие северные земли отца? Столько лет прошло, а ответа нет.
Варяги встретили их радушно. Девицы поначалу смущались, но те спустились с драккара и поздоровались первыми.
- heill ok sæll (будь здоров и счастлив) – вырвалось мимо воли у Яромилы, чему очень удивились варяги, да и наверняка и сестры.
Княжна уже стала забывать язык отца, да и Мстислав строго-настрого запретил его упоминать. Винил князя Игоря в том, что увез его сестру на проклятый Буян. Но Яромила знала, что рожден тот был не Игорем, а Ингваром, сыном северного хевдинга и носил это имя до того как ступить на остров Буян десятилетним мальчишкой. В том же возрасте, когда Яромила навсегда его покинула.
И хоть на Буяне почитали славянских богов – таковым было условие Мстислава перед вступлением его сестры в брак, отец во время грозы говорил, что это Тор ударяет своим молотом. Кулон с крошечным медным молотом, который Яра прятала на шее и носила как оберег, почитай, все что от него и осталось.

Яромила с некоторой грустью покидала драккар. Там каждая вещь была пропитана морем, дальними странами и приключениями. Хоть сейчас садись - да в плавь, новые земли смотреть, диковинные страны открывать.
Хоть одним глазком, но поглядела она на девушку, приплывшую на драккаре. Вот ей не надобно скрывать тягу к оружию, меткость и ловкость, всегда следить за собой, не допускать вольностей. А она сама - птичка в клетке, даже хуже Светорады и Софьи. От милости дядюшкиной зависит, от настроений его, от гнева. Как начнет перечить - он сразу "слишком много в тебе острова Буян" и все, понимай, что ты хомут на шее - не отпустить, да и не выбросить. Стой смирно, да помалкивай. Сплошное разочарование. Сестрицам этого не понять. Девчонкой она горести свои братцу Миролюбу доверяла, да уж так давно его в родном граде не было. Научилась все в себе прятать.
- Княжна, княжна... - Яромила обернулась.
Остальные с интересом следили за богатырями, да боями. Подбадривали, ушлые даже принялись ставки делать. А перед ней три корзины с кренделями, те что на ярмарке купила. Поставили от торговца мальчишки, да исчезли.
- Эй, да куда вы! - кликнула она, но поздно. Убежали мальчишки, бои смотреть. Поди сыщи.
- Что такое? - рядом была сестрица Софья.
Яромила развела руками и объяснила все, про кренделя к княжеском столу. Софья предложила подождать пока толпа разойдется или кметей из дворца поискать.
- Поздно уже - Яра покачала головой - В тереме ждут. Сами потащим.
- Сами?
- Не сахарные чай. Девки дворовые вон и потяжелее таскают - упрямо заявила Яромила и схватилась за корзинку. И тут же пожалела об этом. Да, сейчас бы помощь Веселинки ей пригодилась.
Тащить корзину было тяжело. Но Яра не призналась бы, что сейчас упадет или что та норовит выскользнуть из рук. Охнула и пошла вперед.

Хоть упаду - а не брошу!
Гордо думала Яромила, тяжело дыша и таща корзину уже двумя руками. Кожа на нежных девичьих ладошках стала красной, поди и волдыри на ней будут. Умом-то она понимала, что это дурость. Можно было посулить монету парням вокруг, что подюжее или кметям, да богатырей кликнуть и избавиться от тяжкой ноши, но не могла иначе. Было в этом неповиновение, доказать хотелось что-то, не окружающим, так самой себе.
Только вот Софьюшку и Купаву зря она в это втянула. Сестра и подруга поперечить ей не посмели и теперь тоже страдают.
- Передохнуть бы надо - резонно заметила Купава.
Княжны и купеческая дочка быстро поставили корзины на землю, чтобы отдышаться. Яромила утерла выступивший на лбу пот и принялась сжимать и разжимать ладони, чтобы унять боль.
Тут вскрикнула Софья. Подскочившие к ней какие-то два рослых мужика принялись хватать корзинку. Ее и Купавы.
- А-ну не трожь! - тут же встала перед ними Яромила - Ты как с княжнами обращаешься?!
Купава, хоть и не княжна, но Яра хотела подчеркнуть, что равны они по статусу. Горожане знают, что княжон Энских три и если что лихое задумали...Со стороны, должно быть, зрелище было то еще. Росточку Яромила была небольшого, гораздо ниже сестер, а мужики высокие, не такие как богатыри, однакмо внушительные. Как бы на помощь звать не пришлось.

Эти двое были другими. Веселыми. Любезными. Обратившийся к ним молодой мужчина улыбнулся, да так добро, что сердце словно согрелось. Странно, давно Яра такого не чувствовала. Тепла, будто родного.
- И, правда, Яра, пусть помогут - шепнула Купава - Сами вовек не донесем.
Яромила кивнула и пока Софья показывала дорогу до терема княжеского, молча шагала впереди. Только мельком на помощников взглянула. Отметила, что может и не нашенские, не из земель русов. Заморские гости?. А тот, который к ним обратился - златокудрый, словно Лель. Да и похож на божество. Никак боги решили подшутить над ними.
Но на хлопцев Яра всегда старалась не заглядываться. Это пусть Софья с Купавой смеются, да взгляды ловят. Ей такое ни к чему. Не знавшие ее долю интересовались, отчего это племянница князя еще не замужем? Ведь она старше Светорады и может, поэтому и своих дочек князь не отдает? Яромила чувствовала вину перед сестрами за это. Да только со Змеем шутки плохи. Отдадут в чужой род, чужое княжество - и постигнет его участь острова Буяна. А здешние все боятся. Да, если бы и сыскался смельчак - что с того. Яра сама не хотела. Навлекать беду на другую семью или землю. Хватит того, что по Энск-граду уже слухи идут. Эх, сбежала бы давно куда глаза глядят, да Мстислав бережет ее, как зеницу ока.
И больше всего сама боялась в кого-то влюбиться. Ведь это значило беду накликать не просто на жениха, а того кто тебе люб. Это было легко, все парни на Светораду, да на Софью в основном заглядывались, а она в тени держалась. Ото всех подальше.
Оттого впереди и шагала. Да, все равно прислушивалась к голосам и разговорам. То, один раз обернулась на них, то другой.
Златокудрый усмехнулся.
- Ты чего зыркаешь, а? Понравился?
Яромила пожала плечами.
- Да вот думаю, не Лель ли ты? Боги с нами, людьми часто шутки играют. А сейчас твое время. Свирель бы еще тебе и вылитый, как на стене...
-...что в светелке твоей нарисован?
Яра застыла на месте. Тут же перед глазами картина. Она ночью жмется к стене - боится раскатов грома, что так Змея напоминают. По первой в Энск-граде и не она говорила вовсе. Молчала, князь думал, умом тронулась.
А братец ей из книжки читает, истории дивные в них и страх отступает. И вот тогда в свете свечей она впервые заметила, как похож он, еще мальчишка на рисунок весеннего божества.
- Миролюб? - прошептала Яромила и обернулась.

Миролюб вернулся! Вот радость в дом!

Яромила радовалась вместе с сестрами, а поэтому собиралась на пир дольше обычного. С особой тщательностью наряд подбирала, косы заплетала в прическу. Хотелось радость свою показать, когда сидеть они будут за одним столом, одной семьею.
Мстислав к дочерям был щедр, щедр был и к племяннице, денег на наряды не жалел, лучших мастериц приглашал. Вот Яромила и попросила себе наряд, какой помнила на матери был. Расшитое платье в цветах острова Буян. Долго расшивали его нитями золотыми да бисером. А как закончили - не решилась княжна его надеть, слишком уж внимание притягивал. А сегодня поняла - пришло его время и повод есть.
В пиршественный зал входила она последней из княжон. Хоть и старшая по возрасту, но шла после них, ибо таков был ее статус. Светорада и Софья - княжны Энск-града, а она - всего лишь племянница Мстислава, княжна Острова Буян. И вотчина ее кусок в море безжизненный, к которому даже моряки приближаться бояться.
Несмотря на это, Яромила гордо вскинула подбородок, будто упреждал все разговоры, досужие пересуды, которые неизменно начинались, стоило ей появиться среди людей.

Подносить чаши с медом питейным Яромиле и сестрам было не впервой. Делом это считалось нужным и почетным. И гости довольны и они при деле. И каждая старается угодить и сделать этот жест по-своему особенным.
Но на этот раз князь ей особую задачу поставил. К чести сказать важные Гостьи у них бывали нечасто. И тех случаях мед для них выносили, по просьбе Мстислава, прислуживающие на пиру либо же кто-то из бояр.
А потом стало понятно, почему. И именно ей, Софью или Светораду просить было бы неудобно. Они-же родные дочери.
- Ты улыбнись, подмигни, че вечно смурная – настраивал ее Мстислав – По-девичьи там пошепчитесь. А главное, под чадру-то ее загляни, узнай, какая она из себя.
Яромила вздохнула. Вот задачку дядюшка задал.
Взяла она поднесенную чашу и поднос. Уложила вокруг чаши резной веточки своей любимой лаванды и добавила отдельно букетик свежесобранной лаванды. Следом несли большой поднос с разнообразными яствами – лучшими, что были на пиру.
Когда фиалки льют благоуханье
И веет ветра вешнего дыханье,
Мудрец - кто пьет с возлюбленной вино,
Разбив о камень чашу покаянья.
Княжна подумала, что восточные стихи придутся по душе.
Яромила поклонилась и поставила свой поднос на столик рядом с Саэль.
- Прими от чистого сердца дар этот, славная владычица царства заморского – княжна пододвинула к ней чашу с медом питейным.
Видела, как вытянулся вперед за своим столом Мирослав, ожидая, что Саэль откинет сейчас вуаль, однако, царица элегантно пригубила из чаши, не снимая ее.
- Тьфу! – с досады произнес князь и залпом осушил свой кубок, тут же затребовав новый.
Яромила внимательно посмотрела на Саэль. Она была уверена, что уже видела эти глаза. Да только вот где? Она точно бы запомнила встречу с такой чужестранкой.
- Энск-град, место дивное. Все дороги мира тут сходятся. А дядюшка мой, правит им мудро и справедливо - Яра выждала паузу – Вдовый давно князь. И жену себе ищет. Из роду достойного. И поглядывает на царство Шамаханское.
Намек был яснее некуда. В любом случае, дядюшкину просьбу она исполнила. Кто знает, может, царице оно по сердцу будет. А не по-сердцу, так по уму, как все браки правящих особ свершаются. Или же просто польстит.

Яре довелось поднести кубок главному из богатырей. Самому славному Добрыне Никитичу. Защитников родной земли всегда почтили в Энск-граде и княжне было приятно угодить одному из них, а Добрыня в ответ песней порадовал. Да не про битвы или удаль молодецкую. Про чувства. Значит, за броней этой кроется сердце, умеющее любить. Повезет его избраннице.

Яромила вернулась на свое место рядом с Софьей, которая подносила чашу для Ильи Муромца. Младшая из княжон сегодня была как лебедушка белая. Не зря на них с сестрой все парни заглядываются. Была бы Яра ведуньей - нагадала бы Софье много счастья. А так, кто знает, что там их ждет впереди. Выдаст Мстислав их, конечно, за тех, за кого самому надо. Но вполне может такое статься, что люб окажется Софье жених ее.
–
Яра усмехнулась.
- Так Змея все бояться, Софьюшка. Помнишь того сына князя Тьмутараканского, что в прошлом месяце приезжал? Он только начал речь про косы мои, что как луна, а огонь в камине как полыхнет - много дров Веселинка подкинула. Он и подумал - Змей прилетел,да в окно терема и выскочил.
Обе девушки захохотали, вспоминая, княжич отделался ушибами и позором, а Мстислав в тот же день проводил его восвояси.
Позади них сидели двое бояр, уже порядком накушавшиеся. Думая, что княжны их не слышат, стали между собой переговариваться.
- А, эта, погляди, сидит словно пава. Вот князь говорит рать собираем, оборонять готовимся...а что тут собирать. Горыныч спалит всю армию, сколько б ни собрал. И как тогда град защищать?
- А что делать? Она же княжна - продолжил второй - ой...не к добру она тут появилась, я сразу сказал, как девчонкой привезли. В былые времена такое быстро решали - на суд божий дело выносилось. Привяжут девку к столбу и...
Софья ахнула. Яра поднялась со своего места и подошла к соседнему столу, за которым сидели бояре. Те тут же смолкли.Княжна взяла со стола кубок одного из них и сделала большой глоток.
- Ну, попробуй - с вызовом посмотрела на обоих.
Яромила хмыкнула. Поставила кубок. Но обратно к своему месту не пошла. Кликнула Веселину, чтобы подала ей три кубка и обойдя пляшущего Алешу Поповича со Светорадой, остановилась у стола за которым сидели варяжские гости.
Она не обнаружила за ним рыжеволосой Хенрики, сестра конунга, чьей храбростью и смелостью она восхищалась, видимо, куда-то отлучилась. Тогда она взяла один из кубков, а второй предложила Ульфу Железнобокому.
- skål - отчетливо произнесла Яра, делая глоток.
- Княжна знает мой язык? - спросил с интересом конунг.
Яромила кивнула.
- Правда ли что, вы сын Инвара Вилобородого?
Ульф кивнул.
- А про меня что знаете?
Конунг пожал плечами. Это могло означать все, что угодно. Хотя, знает он про Змея Горыныча или нет - неважно.
- Я - княжна острова Буян. Отца моего называли князем Игорем, но при рождении он носил имя Ингвар. Он был сыном хевдинга вашего деда, Олафа Смелого. Отец говорил, что на земле его предков слишком мало места и слишком много вождей. Когда отец был еще ребенком, болезнь унесла жизнь родителей. Побратим Инвара Вилобородого, Оддлейв конунг усыновил его. И потом они снарядили драккар, собрали людей, отплыли в поисках лучшей доли...и приплыли на остров Буян.
Яромила чувствовала себя сказительницей, рассказывая все это. Словно висы читала, которые отец иногда складывал.
- Остров Буян не всегда был проклятым. Мой дом...место чудесное. Реки полноводные, леса обширные, палку в землю - воткни, и та зацветет. А уж сколько там было диковинок... - Яра поняла, что замечталась и повела плечами, скидывая поволоку - Я просто думала, что славный конунг, ваш отец, был бы рад узнать судьбу своего побратима.

Оддлейва конунга Яра помнила плохо. Когда тот навсегда покинул остров Буян она была еще совсем малышкой. Потешалась над косами в его длинной бороде и любила переплетать их, когда сидела на коленях, слушая истории о приключениях славного викинга. Больше всего ей нравилась история о том, как они обрели новый дом.
"Наш драккар мотало из стороны в сторону, его кружили водовороты и, в конце концов, тот сел на мель. Мы выбрались на сушу и благодарили Одина за спасение. Однако же, участь нам была уготована незавидная. Была ночь, и на острове бушевал шторм, какого я не видывал. Вокруг неприступные скалы и такой плотный туман, что сделав пару шагов, рискуешь навсегда в нем остаться. Мы решили ночевать прямо у драккара на берегу, продуваемом всеми ветрами.
Я забылся беспокойным сном, а когда открыл глаза - рядом не было юного Ингвара, моего названного сына... - Яра всегда улыбалась, когда в истории появлялся ее отец, которому довелось сыграть в ней ведущую роль - ... тогда я пошел сквозь туман, выкрикивая его имя, думая, что навсегда потерял мальчика. Вдруг туман стал рассеиваться, сдаваясь рассвету, выглянуло ласковое солнце. И я обнаружил Ингвара мирно спящим на зеленом холме, на поле среди цветущего красного клевера. А на горизонте - словно марево, вырастали дома из облаков во главе с большим дворцом, в котором мы сейчас сидим. Ингвар проснулся, сладко потянулся, поднялся, повернулся ко мне и сказал... - Оддлейв легонько нажал пальцем ей на нос.. - ...что же он сказал, маленькая княжна?
- Это мой дом - остров Буян - с готовностью отвечала Яромила конец своей любимой истории.
- Оддлейв конунг не принял новых богов и остался верен вашим. Говорили, что он был из вещунов...как и мой отец. И мог предвидеть свою смерть. Он состарился, много болел, но сказал, что не может умереть в собственной постели, иначе не попадет в Вальхаллу. Поэтому, взял лодку и отплыл навстречу последним приключениям...тогда мы видели его в последний раз - Яромила вздохнула и посмотрела на Ульфа - Вот такая история у побратима вашего отца.

Яра улыбнулась.
- К твоему дому дорога дальняя. Вряд ли дядюшка меня отпустит с визитом. Но, где бы я действительно хотела побывать - так это на острове Буян.
Конунг явно был озадачен.
- Теперь это безжизненный кусок суши...над ним, говорят, даже птицы не летают.
- Это пока меня на Буяне нет - решительно заявила Яромила.
Почему она была так уверена в своей правоте, княжна объяснить бы и не смогла, даже если спросили. Что чудный остров, открывшийся перед ее отцом, однажды станет прежним? Больше десяти лет прошло как ступала туда нога человека и ушла с Буяна вся жизнь, а поселилась смерть.
Но Яра и не успела ничего ответить Ульфу, потому что Веселинка поставила на стол к варягам чудо-пироги.
- ...не думаю, что они так должны выглядеть - осторожно произнесла Яромила - ...хотя, может на вкус и ничего.

Сон у Яромилы был беспокойным. Случившееся на пиру, а после разговор с Ульфом Железнобоким всколыхнул болезненные воспоминания. Снов своих княжна не запомнила, но проснулась рано, еще до зари.
Не кликая девку, переоделась сама в простое удобное платье и прошмыгнув мимо стражи, вышла со двора. Княжеский терем после вчерашнего еще спал и просыпался неохотно. Некоторые гости, вообще только приходили в себя и зевая, покидали пиршественный зал.
Зато огромное ристалище и места, где тренировались дружинники и кмети еще было свободным. Лук в руках держать ее учил еще батюшка князь Игорь, но после приезда в Энск-град, Мстислав категорически запретил упражняться, ибо не дело это для царственной девицы.
Спасибо, братец Миролюб был иного мнения и тайком продолжал упражняться с ней, делился знаниями, которые самому передавали дружинники. После его отъезда Яре пришлось улучать редкие моменты и заниматься в одиночестве. Да, пусть меч в руках она держать не умеет и драться тоже не умеет, однако же, точности и дальности полета ее стрел можно было только позавидовать. Яромила училась стрелять из лука, а теперь осваивала арбалет не из праздного любопытства или прихоти. Она точно знала, что от этого зависит ее жизнь. Как только попала в Энск-град, все стали шептаться о Горыныче, что найдет он ее и завершит начатое на Буяне. Но княжна была не из тех, кто просто ждет. Она хотела сразить Чудовище.

После тренировки Яромила вернулась в свои покои, умылась, переоделась уже с помощью девок. И принялась читать огромный том расписной книги - подарок от брата Миролюба, привезенный из заморских стран - "Трактат о Змее".
Многое Яра и сама уже знала - что кожа у Горыныча такая толстая, что ее ни одно оружие не пробивает. В книге рассказывалось, что даже стенобитные орудия с ядрами никак ему не повредили. "Царь Пантикапея Митридат... - Яромила водила кончиком пальца по заветным строчкам - ...достал греческий огонь, который водой не затушить. Заманил Горыныча и объяло того пламя. Однако же, стряхнул Змей тот огонь и улетел восвояси, разорив селения...".
Яра вздохнула. Мысли от книги все время возвращались к пиру, когда варяжский конунг взял ее руки в свои. Его глаза цвета голубого льда, который, как говаривали, бывает только в далеких северных странах..."Перестань, Яромила - вслух отчитала себя саму она - Не про конунга надобно думать".
Она вновь обратилась к книге, но тут двери распахнулись и в горницу к ней забежала запыхавшаяся Веселина.
- Беда, княжна - шмыгая носом, произнесла перепуганная девка - Князь наш занемог. Я уже Светораде сказала и Софье и чтобы княжичу передали.

Яромила, как могла старалась, поддержать Софью. Говорила, что князь непременно выздоровеет, что хворь пройдет. Хоть все говорило об обратном. Мстиславу с каждым часом становилось все хуже, и обе - дочь и племянница дежурили у его постели.
Хорошо, что Светорада очнулась и смогла к ним присоединиться. Но если уж у самой сведущей из них в деле врачевания ничего не вышло, то надежды было мало.
- Только бы у Миролюба получилось - тихо зашептала она, призывая на помощь Перуна и Мокошь и даже украдкой коснулась отцовского амулета с молотом Тора, скрытого на груди.
Громыхнуло за теремом, будто сам Перун молнию пустил. А это - диво дивное, сама Яга в ступе своей прилетела, да еще и с княжичем. Не успели усомниться в глазах своих, а она уж здесь, в покоях княжеских. Боязно было Яре оставлять дядюшку, но раз Светорада и братец уверены в Яге, остается смириться.


Новости же были совсем неутешительными. Миролюб собрал их всех, пригласил богатырей и озвучил вердикт Яги. Рано они радовались. Это была не победа над хворью, а всего лишь отсрочка. И жить Мстиславу оставалось всего пару недель.
Начались оживленные споры. Кто-то в сердцах упомянул, не обманула ли Яга? Ведь молодильные яблоки - они только в сказках и бывают.
- В Лукоморье? Куда ни пешему, ни конному, ни по морю ни по суше не попасть? Туда же только птицы и долетают - Алеша почесал репу.
- Я знаю, где мертвая вода - Яромила вышла вперед, за внушительными фигурами богатырей ее было совсем не видно - Там, где раньше был источник живой. На острове Буян.
- Значит, корабль надобно снарядить - тут же нашелся Добрыня.
- Корабль грузить долго - задумчиво произнес Вольга.
Богатырь говорил дело. Если счет идет на дни, то это так.
- Быстрее всего на Буян можно добраться на драккаре викингов.

- То что мертвым вдруг стало, ведь может и обратно живым сделаться? Не так ли?
Яра вздохнула и посмотрела на сестру и легонько сжала ее ладонь. Надеялась, что та поймет ее, кто как не она, так тонко чувствовавшая Навь и Явь, знавшая секреты ведовского дела и целебных отваров? Словами объяснить то было непросто.
Источник живой воды на Буяне открывался не каждому, лишь тому, кто в нужде. Однако, княжеская семья всегда знала, где он располагался. Более того, князь Игорь в небольшом кувшине во дворце хранил немного живой воды про запас. Яра помнила, как однажды к нему принесли полумертвого мастера Данилу, который сорвался с утеса. Отец полил водой его раны и те исчезли.
Наверное, из присутствующих сейчас в покоях она – единственная кто когда-то пил живую воду…тот крошечный глоток воды в кувшине, который не испарился от пламени Змея, позволил ей продержаться на острове до прибытия туда Мстислава. Ведь пока весть до Энск-града дошла, пока князь корабль снаряжал и плыл – почти неделя прошла…
- Просто дайте мне попасть на Буян. У меня получится. Должно получиться. Ведь это мой остров.
- Ладно, даже если – недоверчиво отозвался Добрыня и подчеркнул –… если мы наберем мертвой воды и потом добудем живую воду, то остаются еще молодильные яблоки, которые в Лукоморье. И, как Алеша правильно заметил, туда только птицы летают.
- Значит, полетим как птицы – Яра усмехнулась.
- Для этого крылья нужны - заметил Вольга.
- Всего лишь перо. Перо Жар-птицы.
- Жар-птицы ведь тоже, в Лукоморье только водятся – возразил Алеша.
- Да – Яромила согласно кивнула – но раньше, они и на Буян залетали, передохнуть перед отлетом в Лукоморье. В саду одном дивном. Обычный люд туда не ходил - ведь на них без спросу посмотришь – глаза опалит так, что ослепнешь. Если с дурным умыслом, то навсегда.
Но князь острова Буян Игорь с Жар-птицами был дружен. Не раз дарили они ему свои перья и позволяли на себя смотреть. И вот пришло время взять с собой Яру. Она помнила, как долго они сидели тихо среди трав и цветов, прикрыв глаза и спокойно дыша, пока князь не скомандовал – можно. Яра с опаской открыла один глаз и тут же зажмурилась – жжет. Но потом, глаза привыкли и она разглядела двух чудеснейших птиц, чьи перья сияли огнем солнца.
- Если такое перо на корабль поместить – то по воздуху полетишь, корабль летучим станет. Мы так однажды делали, когда нужно было в Энск-град быстро добраться…это когда княгиня…твоя мать – Яра быстро посмотрела на Светораду, но не договорила…
Если… если…если…в ее плане было много разных если. Да авось. Добрыня прав.
Но хотя бы в мертвой воде она была точно уверена. Ничего кроме мертвой воды на острове сейчас и нет. Значит, нужно собираться в дорогу. И ей, как знающей путь ехать нужно непременно.
Яра в самых своих дерзких мечтаниях думала оказаться когда-нибудь вновь на Буяне. Но чтобы это случилось так скоро – до конца даже поверить не могла.
Миролюб и Добрыня стали снаряжать людей. Действовать надо было быстро и княжна отправилась на пристань. То и дело раздавался звонкий голос глашатаев - весточка о недуге князя, просьбы помочь в поисках, сулившие для остальных выгоду.
Драккар, который они с сестрами и Купавой осматривали еще вчера, а кажется так давно, был сейчас единственным шансом на спасение князя Мстислава.
Яромила зашла на палубу и громко произнесла:
- Мне нужно поговорить с Ульфом Железнобоким!

Яромила поприветствовала конунга и его сестру, рыжеволосую Хенрику. На драккаре она заметила еще и князя Бориса, у которого, очевидно был свой разговор с варягами.
Однако, ее дело не требовало отлагательств. Решив не дожидаться окончания беседы, она обратилась к гостям из северных земель.
- Должно быть, весть о моем дядюшке уже дошла до вас. Чтобы спасти князя Мстислава надобно отправиться на остров Буян. Путешествие это опасное, скрывать не буду – Яра посмотрела на Хенрику – Но вы и баш брат - одни из самых храбрых людей, что я знаю. Ваш корабль – самый быстрый и поэтому…я прошу помочь нам. Согласитесь ли вы пустить на борт богатырей и всех, кто пожелает к ним присоединиться?
Яромила вздохнула, переводя дух.
- Награда за это будет щедрой – золото, земли…все, что пожелаете, если с лекарством для князя вовремя вернемся.
О том, что предстоит еще и путешествие в Лукоморье, для чего драккар надо будет превратить в летучий корабль – Яра решила пока умолчать.
Вряд ли варяги бы сходу на такое согласились. Да и до острова Буяна еще доплыть надо.
Княжна с мольбой в глазах посмотрела на конунга и его сестру.
- Вы поможете нам?

Знакомые очертания Энск-града постепенно отдалялись и скрывались за горизонтом. Драккар отчалил от пристани, увозя с собой всех, кто решил принять участие в спасении князя.
Яромила давно не была на корабле, князь Мстислав предпочитал передвигаться по суше, да и дочерям и племяннице особой вольности в путешествиях не давал. Но в детстве ей часто доводилось плавать с отцом и матерью. Когда живешь на острове, это и неудивительно. Пару раз в году они обязательно отправлялись в Энск-град, на Родину княгини Златы. Яра любила эти визиты, проводить время с двоюродным братом и сестрами. А однажды они побывали с визитом в другом далеком княжестве, которое отец по привычке называл Альдейгьюборг, а мама – Ладогой.
Воспоминания постепенно возвращались и очень скоро Яромила полностью освоилась на драккаре, привыкла к качке и наслаждалась морским воздухом, подставляя лицо ветру. Пробовала поговорить с кормчим и дать пару советов. Пока они в знакомых местах – опасаться нечего, но как стемнеет, надо быть особенно внимательными. Буян – всегда был местом волшебным и окружали его воды неспокойные. Нередко быстро набегали туманы и появлялись водовороты, даже если за мгновение до этого была хорошая погода. Однако, викинги очень ясно дали понять, что советов от девицы принимать не хотят. Возможно, позже стоит побеседовать с Хенрикой, кажется, с ее мнением на этом корабле считаются.
Яра нашла удобное местечко на палубе, где засела с подаренной Миролюбом книгой – «Трактатом о Змее». Много историй в ней было. Но особенно ценно то, что описано было единственно оружие против Горыныча.
«Если вместо стрелы вложить в лук Перо Жар-Птицы, то пробьет оно броню Змея…» - вновь прочла Яра заветные строчки.

Яромила тщетно пыталась уснуть в крошечной каюте драккара. И даже позвала к себе Купаву, чтобы скоротать вечер, но тревога не отступала. Удивительно, что им вообще нашли свободный угол, так что она была благодарна и этому.
Но сон все никак не шел. Она бы еще почитала, но боялась разжигать огонь в столь тесном помещении. Тревог добавило и то, что когда они спускались вниз, на драккар уже начал наступать туман.
- Не дает мне он покоя…раньше остров Буян притягивал к себе всех добрых волшебных существ…таких как Жар-птица и Алконост, Лесовики да Травники, а теперь…
- А теперь? – переспросила Купава.
- А теперь наоборот.
- Ладно. Утро вечера мудренее.
Яра кивнула. И то, правда. Надо попытаться хоть немного поспать перед встречей с родным островом. Но едва их голоса смолкли, как с палубы послышался шум.
Яромила вскочила на ноги. Спала она одетой, только плащ сняла, а так оставалось в своем удобном дорожном платье. Потянулась к луку и колчану со стрелами, еще раз мысленно поблагодарим братца Миролюба за то, что захватил для нее оружие.
- Не ходи, княжна. Богатыри разберутся!
Но Яра ее не слушала и бросилась на палубу.
В хаосе, царившем на драккаре, легко было растеряться, но она не позволила себе этого сделать. Выбирай цель – дыши – рази наповал – свято помнила она наставления отца, а после и брата.
Стрела просвистела над головой князя Бориса и ударила прямо в горло русалке, которая готовилась прыгнуть прямо на Северина. Изо рта ее стала течь отвратительная темная жидкость и она повалилась за борт.
Яра тут же достала из колчана вторую стрелу и пустила ее в другую русалку, вцепившуюся в кого-то из варягов. Третья досталась той, которая надвигалась на Поповича, которому уже хорошенько досталось.
- Бей их, Алеша!
- Так это…баб не трогаю никогда…нельзя – тот лишь развел руками.
- Они – не бабы, демоны это морские. Без полу они! Бей! – скомандовала Яромила.
- Ага – Алеша облегченно выдохнул, схватил одну из русалок за хвост и швырнул о палубу драккара.

если что, подправлю