Карта ролевой игры "Совсем другая Сказка"

А вы знаете? Хотя откуда - это вот сейчас я вам скажу. Вчера Мы побили рекорд Масок! Да-да, отныне этот сезон уже опередил предыдущий по их количеству. То ли еще будет, учитывая, что до конца две недели!

Отмечаем уже по традиции - Маской номер 18!

Настроены на поэтический лад? Если даже и нет, то Маска номер восемнадцать вам в помощь!

Ребел Лоулесс


Мое главное желание – это революция.
Не играю в осознания, раздвигаю тучи я,
К чертям в ад самокопание – делаю мир лучше,
Всё кроша до основания, даже конституции.

Я имею это право – быть кем я хочу и точка.
Нет! Да ты меня достала! Вот такая, мама, дочка.
Сигареты не подкинешь? Можешь не стараться тут.
Всё равно ведь опрокинешь. Деньги тоже подойдут.

Я иду против системы и не смей меня хвалить,
Ложь, предательства, измены – пофиг, не хочу любить.
Да иди ты, мое дело сколько и кому давать,
У меня тут накипело – где ружье? Буду стрелять.

Ваше стадное мышление – это уже прошлый век.
Мы другое поколение, в нем здесь каждый – человек.
Можно стать успешной даже, если рос ты в нищете,
Я не повторяю дважды, не погибну на кресте.

Не боюсь казаться сильной, хуже заурядной,
Назовешь сукой дебильной – испытай от меня шок.
Мое кредо – против правил, ты б так никогда не смог,
От себя меня избавил – к черту этот диалог!

Правил столько существует, чтобы их все нарушать.
Я живу и не тоскую по тебе, тупая блядь.
Это бред, иди ты на хер, про любовь тут не втирай,
Не похожа на монахинь. На руинах вечный рай.

Защемило в сердце что-то, полетел вверх сизый дым,
Было же тебе охота? Мы погибнем молодыми.
Твое рваное признание – мне на это все равно,
Ты теперь мое желание, мир пропал уже давно.

Уже была маска со стихами, но точно не с такими. Сильный характер у персонажа, а фото на контрасте мягкое. То есть кажется, что надо сначала прочитать, а потом уже посмотреть.
Автора не назову.


Объявление. Сегодня и завтра принимаю вопросы для прекрасной итальянской пары: Летиции и Микеле. Жду

Визг при виде появившегося из шкатулки Минотавра, который издала одна из самых трезвых моделей в комнате, по силе мог сравниться с ультразвуком. Однако же, он полностью утонул в звуке включившейся в тот же миг пожарной сирены.
Колфилд действительно все продумал - сейчас гости в панике разбегаются, чтобы покинуть здание и им явно не до того, что происходит в библиотеке.
Ладно, Гретель, твой выход. Изящным движением я достаю из сумочки смотанную Нить Ариадны. Сжимаю в ладони и резко выбрасываю руку вперед. Разумеется, я точно не знала, как именно действует Нить, но ожидала, что этот тонкий светящийся поток энергии обовьется вокруг демона, сшибет с ног и полностью обезвредит.
Случилось же совершенно противоположное. Минотавр оборачивается и делает шаг в нашу сторону - нить отскакивает и обвивается вокруг МОЕЙ ладони, словно змея, добираясь до основания локтя. Что, во имя Мерлина, происходит с моими силами? Силюсь снять Нить Ариадны с руки, а это время Минотавр уже добирается до девушки и обхватывает лапой ее шею, заставляя перестать вопить.
Август бросается на того со спины. Демон отмахивается от досадной помехи, вновь впечатывая детектива в стеллаж.
Колфилд посмеивается.
- Убей их! Убей их всех! Я приказываю!
- Астерий! - мой возглас на долю секунды замедляет демона - Доверься мне и тебе не нужно будет ему подчиняться!
Колфилд не дает Минотавру время на раздумья, потому что тут же вновь командует:
- Ее убей первой!
Демон отбрасывает бесчувственную девушку и направляется ко мне.
- Стой! - я вновь тщетно пытаюсь снять Нить Ариадны, понимая, что жить осталось считанные секунды.
Август закрывает меня собой. Кто-нибудь запретите этому мужчине меня спасать! Слишком поздно. Минотавр отрывает Кинга от пола, сжимая плечо. Августу удается нанести удар и вырваться, но это лишь раззадоривает демона. Он проводит когтями по спине детектива, оставляя багровые полосы, другой намереваясь вырвать сердце.
- Нет! - кричу я, в голосе столько отчаяния, что это даже меня пугает... и тут Нить поддается. Один ее конец все также остается на моем запястье, а другой выскакивает вперед и обвивает одну из ног Минотавра. И он замирает.
И я чувствую ее. Связь. Вот как она действует. Да, это не ритуал с заклинаниями и кровью, но благодаря магии Александра - подобного и не надо.
Минотавр подчиняется мне. По крайней мере, должен. Попытка - не пытка.
- Астерий, отпусти его.
Тот сразу же выпускает Августа из смертельных объятий, Кинг падает, отползает к стене...но тут же вновь поднимается на ноги. С ним все относительно в порядке. Можно выдыхать.
-Убей их! Я приказываю тебе убить их! - орет Максвелл. Он подходит к демону вплотную, не понимая, почему тот не слушается - Я твой хозяин! Я твой повелитель!
Больше нет...
Демон сжимает Колфилда в стальных тисках своих объятий, с явным желанием оторвать голову.
- Астерий...заставь его отключить бомбу! Сделайте это, если хотите жить, Максвелл!
В глазах миллиардера застывает ужас. Дрожащей рукой он вытаскивает телефон и дистанционно отключает взрывное устройство.
Минотавр оскаливается. Он сжимает ладонью его горло все сильнее.
- Ведьма...ты обещала... - сдавленно произносит Колфилд.
Вы не представляете, насколько великим был соблазн позволить демону завершить начатое. Теперь, когда им владею я - проклятие бы не перешло на детей Колфилда, я спокойно могла допустить его смерть, оправдывая все тем, что миллиардер ее заслужил. Может, так и сделала, если бы не честные голубые глаза детектива, которые буравили меня внимательным взглядом.
- Хватит убийств, Астерий - я устало вздыхаю - Пора домой.
Демон оборачивается. Я беру в руки Шкатулку Диббука, он покорно приближается и скрывается внутри нее, растворившись в мареве слепящего света. На мгновение я замечаю на себе взгляд Минотавра и возможно, читаю в нем что-то похожее на благодарность.

Хотя, радоваться еще рано. Сделано только полдела - о чем свидетельствует Нить Ариадны, вновь обвившаяся ужиком вокруг кисти.
Первой из библиотеки выбежала модель, вопя о том, что в здании бомба, что Максвелл нас всех убьет, что он демон и все такое...
- Я вас всех засужу! В Гуантанамо у меня сидеть будешь, грязный коп - Колфилд зыркнул на Августа, потирая шею...а ты...ты...мерзкая су...
- Выбирайте выражения! - тут же огрызается Август. Ладно, возможно я допустила ошибку и стоило позволить Минотавру завершить начатое.
В библиотеку заходят полицейские. Дежурили поблизости?
- Отлично, арестуйте их! - командует Максвелл - Порча имущества...незаконное...сейчас что-нибудь придумаем...
К нашему общему удивлению, браслеты защелкиваются на запястьях самого Колфилда. Не стоит недооценивать силу крика моделей элитного эскорта?
- Вы что творите, вы знаете, кто я?!
- Знаем... - это начальник Кинга, которого я уже видела сегодня мельком - Он в файлах Эпштейна...и там такое...мы как получили инфу сразу выехали - задумчиво говорит он детективу и качает головой. И я даже не хочу знать, что именно "такое" - Грузим.
Максвелл сыплет угрозами, общая скорую расправу всем. Он не учел одного - столетнее могущество его семьи - деньги, власть и сила, появились благодаря демону. Стоило Минотавру покинуть Колфилдов, как оно начало таять в геометрической прогрессии. Думаю, еще к утру нас ждет грандиозный крах финансовой империи.
Я машу ладонью вслед удаляющейся полицейской машине и Максвеллу Колфилду в ней.
- Туда ему и дорога - рядом появляется Август.
- У тебя будут неприятности из-за незаконного расследования, несанкционированного вторжения и всего такого?
- Это все завтра. А пока нужно завершить дело.
Я согласно киваю.
- Нужно провести ритуал, только не здесь, где полно полиции и зевак...но и не в машине.
- Тогда поехали домой.

Мы немного не доехали до дома, когда все начало выходить из-под контроля.
Я спокойно сижу на сидении, шкатулка на коленях, Нить Ариадны обвита вокруг локтя и Август замечает, что она напоминает золотой браслет и даже подходит к платью. Я хочу ответить что-то остроумное, но в голову ничего не приходит, потому как Нить вдруг оживает. Она буквально впивается в кожу, прорезает ее, обжигает, стремясь погубить мою плоть.
Я вскрикиваю и Август резко тормозит.
- Что происходит?
Колфилды при вызове и связывании демона отдавали всю свою кровь и находились на грани жизни и смерти. Чтобы провести обратный ритуал потребуется не меньше сил.
- Ритуал...мне нужно... - не договариваю и буквально сгибаюсь от боли. Кажется, Нить добралась уже до кости, прожигая мою руку.
Август выбегает из машины. Свободной рукой я толкаю соседнюю дверцу, выхожу, но не могу сделать и шага. Тогда Кинг мигом подхватывает меня на руки и бегом бежит к своему дому.
В другой ситуации я, может, и возмутилась бы оказавшись на руках у Августа Кинга. А может, и нет. Благо, сейчас это - последнее о чем я думаю.
В гостиной он ставит меня на ноги и притаскивает стол.
- Этот подойдет?
- Любой подойдет - сквозь зубы проговариваю я, ставлю Шкатулку и быстро говорю три строчки на латыни, молясь, чтобы не допустить в них ошибок - ибо от этого буквально зависит все.
Нить Ариадны покидает мою ладонь. Она обвивается вокруг шкатулки, запечатывая ее. Я освободила Астерия. Можно выдыхать.
Рука вновь выглядит нормальной и здоровой - никаких ожогов и шрамов.
Мы молчим, восстанавливаем дыхание и смотрим друг на друга.
- Значит он...он ушел? - наконец, спрашивает Август.
Я качаю головой.
- Он свободен, но демон все еще внутри шкатулки. Такие вещи сразу не делаются. Переход случится в ведьмин час.
- И это...
- С трех до четырех часов...ночи...когда ночь встречается с утром.
- Как интересно.
Одновременно бросаем взгляд на часы, висящие на стене гостиной, которые сообщают, что сейчас около одиннадцати.
Издаю неловкий кашель.
- Ладно, я наверное, пойду, сегодня выдался такой денек и...- делаю шаг в сторону и Шкатулка начинает угрожающе дрожать - Вот черт!
- В чем дело?
- Технически Минотавр все еще привязан к шкатулке...и ко мне, и я должна находиться поблизости, а после наложения Нити Ариадны - ее нельзя передвигать, так что...
Так что я застряла в доме детектива как минимум до глубокой ночи.

Фабрика «Снежная Королева». Мой кабинет.

"Худой мир лучше доброй войны" (с.)

" — Д'Артаньян жестоко оскорбил меня, он умрёт.
— Клянусь честью, сударыня, Д'Артаньян вежливый человек, он уступит место даме". (с.)
* надеюсь рассказ об избиении "младенца" будет таким, что не придется уступать место даме;))



За Морозовой закрывается дверь. Я устало провожу ладонью по лицу. Один Бог знает, как я хочу домой в кровать. Или просто хотя бы лечь. И чтобы этот белый шум в голове прекратился. Мешает и отвлекает. Я будто в каком-то вакууме. Напоминает погружение с аквалангом. Тру глаза указательным и безымянным пальцами, сводя их у переносицы, и массируя ее. Я устал в принципе, а еще и по головушке своей получил от души. Мне срочно нужен отдых. Я даже не хочу думать об этой разбойнице, но она, зараза, не выходит у меня из головы. Откидываюсь в кресле, прикрываю глаза. Столько всего произошло за все эти дни. Вообще, мать его так, у меня ооочень насыщенная жизнь. То загулы в барах, то снесенные фонтаны, то сбежавшие девчонки. Вспоминаю ее глаза и губы. Красивая все же. Нет, не так. Необычная. И еще в ней будто есть какая-то магия, особая, присущая только ей. Это не передать словами. Это на уровне подсознания. Смотрю на нее, вспоминаю ее – и хочется прижать к себе. Хочется, чтобы смеялась для меня и мне. Чтобы сердилась, обнимала, целовала и спала только со мной. Открываю глаза: че-то тебя, Кай, растащило на любовную лирику. Походу по башке меня все же сильно приложили: ни дать, ни взять скоро начну писать стихи. В голове рождается пример из серии «я - поэт, зовусь я – Цветик, от меня вам всем – приветик»:

О ты! О ты! Для глаз услада,
Ну почему ты босиком?
О ты! любимая зараза,
Как лучик солнца за окном!

Смеюсь сам с себя. Дожились!

Вибрирует телефон. Беру в руку. Бросаю взгляд. На экране светится «Герда Сполетто». Ну и дела. Не пришлось даже особо прикладывать усилия. Моя убивательница тут как тут. Хочешь не хочешь, а та самая улыбочка Гринча снова расползается на лице. Но, знаете, что самое потрясающее? Я с точностью до каждого уголка души понимаю, что не зол на нее. Это странно. Но странного в моей жизни в последнее время столько, что удивляться не приходится. Я простился с солнечным светом и вернулся к жизни. Я захотел женщину, которая бегает от меня, самыми странными способами избегая общения. Моя бывшая долбанула меня по голове… ха! Да это ж самая банальная ситуация из всех. Неприятная, но частенько мелькающая в криминальных сводках. Благо, мы с Гердой не мелькаем: то ли моя голова оказалась крепкой мишенью для початой бутылки вискаря, то ли удар у Герды не сильный. Ну, или она просто пожалела меня. Помните, как говорила Миледи: «Если бы я стреляла в Вас, мы бы сейчас не разговаривали. Я стреляла в лошадь», угу.


Медленно провожу пальцем по экрану. Включаю громкую связь.
– Герда.
– Кай.
– Привет.
– Привет. – секундное молчание: диалог явно не клеится.
– Ты искал меня? – с места в карьер.
– Да.
– Зачем? – снова пауза, потом трубка взрывается. – Кай, хватит валять дурака. Что за односложные ответы? Давай поговорим, как люди. Ты искал меня – тебе и начинать.
– Вот как? Хорошо. Расскажи, Герда, какого черта ты приехала ко мне домой, тайно запустила чертову девчонку (кстати, кто она тебе?!), затем грохнула меня по башке?
– Я никого не запускала, – на другом конце слышится какой-то посторонний шум, то ли шепот, то ли копошение какое-то: будто бумагу кто-то передает из рук в руки.
– А как же девчонка-воришка пробралась ко мне в дом? Перелезла через забор в пару метров? Сделала подкоп? Как она преодолела охрану?
– Спроси у нее сам.
– С превеликим бы удовольствием не только спросил, но и прибил.
– Кай, ты вроде никогда не отличался грубым отношением к женщинам… – она запинается, замолкает, очевидно, вспомнила нашу ругань на яхте. Вздыхаю.[i] Эта история вечно будет стоять между нами?! Я вдруг, несмотря на ватную голову, отчетливо понимаю, что пора закрыть этот гештальт. Черт, а видать и, правда, по голове меня шарахнули хорошо! Вот что недопитый вискарь творит с людьми. Однако ж.
– Герда, прошу. Я извинялся тогда и извиняюсь опять. То была та ситуация, когда я был сам не свой… и уж… ну, послушай, всё не было так критично … Господи, прошу, попробуй понять. Я никогда не хотел тебе зла.
Мы оба молчим. И тут я выдаю. Странно, но, хоть меня и понесло, слова дались легко, как принятое давно решение, осознанное, взрослое и правильное.
– А знаешь, я просто не любил тебя так, как хотела бы ты. Может, не так сильно, может, не таким способом, а, скорее всего… я сам трусил… не хотел и не был готов кого-то любить… и пострадала ты. Мне всегда было стыдно за это. Похоже, поэтому в минуту критической угрозы я и рычал на тебя. Прости меня.
– Кай, – Герда потрясенно выдыхает мое имя.
И между нами становятся все наши воспоминания. Счастливые, яркие. Детские, юношеские и взрослые. Первый взгляд на нее там, под сверкающим салютом, как на женщину, а не на подружку – почти сестру… и первый секс, и первое утро вместе, и все те приключения, что мы пережили бок о бок. Стена обиды должна дать трещину.
– Я сказал то, что надо было сказать давно. Еще тогда.
Да, давно пора признаться в определённой слабости, а главное, в непонимании и неуверенности: хочу ли я все же быть с ней?! Не из долга, не из–за подаренной мне девственности, не из-за того, что «было» и происходило, а потому что хочу быть именно с ней. Я старался любить также сильно, как и она, но не выходило. Это было прекрасно, но, как бы сейчас сказала Эл: не так, как в сказках. И Герда, я уверен, женским чутьем ощущала это. Неполноту моего чувства к ней. И это тоже вселяло в ее душе неуверенность, обиду, злость… И все равно она была со мной, всегда была рядом, любила и берегла… И еще… просто это я был «замороженный», это я не хотел открывать свое сердце.
– Кай, знаешь, а ведь я тоже, наверное, не любила тебя по-настоящему. Была влюблена, безусловно, и ты был для меня самым близким человеком. Всегда, с детства. Может быть, дело в этом?
– Вот как? Жестокая, Герда! Ты разбила мне сердце, – улыбка касается губ.
– Да, и я это поняла. Ты не тот, кто мне был нужен. Просто мы слишком долго были рядом, я была маленькой и глупой, а потом все эти события – опасность, страх тебя потерять...
– Не без этого, малыш.
Она усмехается этому слову:
– Но мне было хорошо с тобой.
– Как и мне с тобой. Попробуешь простить меня?
– Хорошо.
– Друзья? Ну, хотя бы приятели? Пожалей меня! – произношу с мольбой в голосе, но улыбку трудно скрыть: мне стало легко и хорошо от этого разговора. Так, что губы сами растягиваются, отражая внутреннее освобождение и радость.
– Почти друзья. Не враги уж точно.
– Вот и славно. А теперь скажи – какого хрена ты ударила меня по голове?
– Кай! Боже, ты не меняешься! – я прям вижу, как Герда качает головой: так всегда делает Мирандолина. - Ненавижу и люблю тебя за это! – произносит с улыбкой в голосе.
– Нет, в целом, понятно, – еле сдерживаю смех, – это плата за мое гадское поведение, я понял, но…
– Отлично, ты такой догадливый, - констатирует с долей сарказма. «А девочка выросла»: отмечаю про себя.
– Нет уж. Мы же почти друзья, – откровенно смеюсь. – Говори. Рассказывай, Герда.

всем привет!


в этом мире порядок стремится к беспорядку и наоборот: лучшее, что может быть для хаоса - упорядоченность.
на счет гениев не могу сказать - я не претендую, мания величия мне не свойственна, у меня своих приходов тьма)


отлично! оно и видно: судя по ее посту - твоя магия всегда рядом с ней.


не выйдет, ты забыл о тонком моменте товаро-денежных отношений... плачу за все твои удовольствия - я... так шта - вписывай, придется гнать в Бельдяжки (ну хоть тебя проконтролирую))).


я бесконечно люблю драники, но плохо делаю сам (ну какие-то не такие они у меня, хотя вроде никто пока не умер)), так что - с удовольствием)


мне очень понравилась эта Маска.


ох, это походу все Гретель!;))

Гретель, вот, кстати! Очень динамичный, неординарный (в отношении магии, и нити Ариадны (задумка классная!), и Минотавра и развязки) пост. Я надеюсь, что Август не растеряется... и совместная ночевка пройдет еще динамичнее, чем борьба с этим Колфилдом;)

Герда, я в нетерпении... цитата: "какого хрена ты ударила меня?")) предположу, может думала я не поделюсь с тобой остатками виски?))))))

Васечек, признайся, это мне подарок за стихи?)))))))))))
Вишь, о, как могу))) не кавалер - мечта)
Потом еще петь начну)))) серенады под окном, котов распугивать))

От, черт, старость!
Вот еще что: последняя маска, автор, мне в душе созвучны ваши стихи. Жаль, что в них много горечи. Но свобода такая штука. Быть «неудобным» очень сложно (если что, сори, но я воспринял это так).