Елена Тодорова "Улей"
Блоги | Статьи | Форум | Дамский Клуб LADY

Пионовые сказкиСоздан: 03.07.2014Статей: 56Автор: Peony RoseПодписатьсяw

Зеленое милое Рождество

Обновлено: 12.02.15 20:07 Убрать стили оформления

Мир сошел с ума.

Определенно, сошел, и при этом считал себя здоровым и жизнеспособным. Полным сил и вдохновения.

Ни того, ни другого у Кэрол уже не осталось.

С тихим стоном уронив пакеты на пол в прихожей, она разулась, почти швырнула пальто в шкаф, промахнувшись мимо вешалки, и поплелась в кухню.

Аппетита тоже не было. Плюхнувшись на стул, девушка сгорбилась и зажмурилась.

«Дяде Бену, тете Кейт, Дереку, Милли, их двойняшкам, кузинам из Коннектикута Джудит и Кармеле, их мужьям, их детям, папе и его новой жене, ее трем сыновьям от первого брака... Нет, не вынесу!»

Вскрикнув от ужаса, Кэрол вскочила и трясущимися руками сняла с навесной полочки банку пикулей, которую зачем-то поставила туда этим утром, до ухода на распродажи.

Распродажи.

Светопреставление. Ужас. Смерть всего живого в радиусе пяти ближайших кварталов – вот что такое эти чудесные мероприятия.

Усевшись обратно, она залезла в банку рукой и стала поглощать пикули. Дойдя до тринадцатого, спохватилась, подгребла к себе плетеную корзиночку с претцелями и со слезами на глазах громко захрумтела.

«Я точно купила подарки всем. Абсолютно. Безусловно,всем. Никого не забыла, так ведь? Тот милый продавец в отделе мужской парфюмерии еще помог вынуть из зубов записную книжку и найти за ухом карандашик, а потом направлял мою руку, когда я помечала галочками последние имена. Сорок седьмое имя, если быть совсем точной. Да, да. Чудесный парень. Билл. Роджер. Нет, все-таки Билл...»

Банка опустела. Остатки кунжута сиротливо золотились в плетенке. Кэрол вздрогнула и очнулась, посмотрела по сторонам.

«Нужно проветриться. Куда угодно. Хоть в бар на углу. Иначе...»

Не додумав неприятную мысль, она встала, вернулась в прихожую, и, даже не бросив взгляда на разбросанные подарки, оделась и вышла в пасмурную декабрьскую ночь.

 

Уайтхэвен, небольшой прибрежный городок, веками существовал за счет рыбацкого промысла. В начале двадцатого века какой-то заезжий флоридский богатей-яхтсмен обнаружил, что рыбалка здесь на редкость удачна, местные девушки замечательно красивы, а климат не так чтобы холоден, но и не зноен – одним словом, в самый раз для отдыха в хорошей компании. И Уайтхэвен стал популярным туристическим центром.

Последние тридцать лет здесь активно строили жилье класса «люкс», а также крупные торговые центры. В них можно было купить практически все, чего душа желала: от чучела гавайского попугая до натуральных аляскинских мокасин. А в период рождественских распродаж покупательская лихорадка достигала своего апогея: кошельки худели за один вечер, женщины теряли очки, сумочки и остатки душевного равновесия, а отцы семейств с горя напивались в кабинках туалетов. Радовались разве что дети до семи лет, которым еще не успели объяснить истинную природу Санты.

Снег, размышляла Кэрол по дороге, мог бы примирить даже с этой напастью. В детстве она всегда любила лепить снеговичков с себя ростом: глазки делала из замороженных вишен, нос втыкала традиционный – из морковки, а в улыбающийся рот даже вставляла зубы – зернышки кукурузы. Но то было в Мэне. А здесь...

Она угрюмо подняла воротник пальто и спрятала в него нос.

Туманно, слякотно, мерзко. И вокруг, и на душе. Неизвестно, когда ей позволят вернуться из вынужденного «отпуска». Отпуск называется. Хозяин фирмы просто приказал половине сотрудников не приходить на работу до середины января, пока ситуация на рынке не стабилизируется. Мотивировал все просто: «Нет прибыли, нечем платить вам зарплату». Профсоюз, конечно, отреагировал бы, но никто туда не пошел. Если на хозяина наедут, он может и взбрыкнуть, это все понимали. Лучше пересидеть, как посоветовали.

С деньгами совсем туго. Подарки ее подкосили. Конечно, есть еще и подработка копирайтером, но это гроши. Кажется, сегодня на двери бара висело объявление...

Точно!

Девушка встала перед окном, в центре которого висел здоровенный плакат с мордочкой олененка Рудольфа и словами: «Требуется помощник. Санта не справляется один. Спрашивать Роберта Кейра!»

Неужели повезло?

Войдя в бар, где пока было немноголюдно, Кэрол узнала у бармена Ленни, улыбчивого блондинистого парнишки лет двадцати, дорогу и через несколько минут уже стучала в дверь на втором этаже. Здесь, по словам Ленни, были личные апартаменты мистера Кейра. Офис, жилое помещение, мини-спортзал и личный фитобар. «Он фанат здорового образа жизни, мисс Могленд. Так что если вы вдруг курите, или пьете, или, чего доброго, иногда травку употребляете, то...»

Поразительно. Сторонник ЗОЖ – и владелец бара? Хотя что тут странного.  Гитлер вон был, по слухам, вегетарианец и любил собак.

– Мистер Кейр? – Она постучала еще раз, настойчивее. – Можно? Я по вопросу найма помощника.

– Входи! – Голос был грубый, сочный и какой-то очень... мужской. Другого определения она, к своему стыду, не нашла.

Переступив порог, Кэрол прикрыла за собой дверь и оглядела комнату. Стандартная офисная комната со стандартной темной мебелью простого и строгого дизайна. На столе напротив низкая ваза с украшением из вечнозеленых растений и вифлеемской звездочкой в центре. Звездочка приветливо подмигнула, и запахло корицей и ванилью. И никаких признаков человеческого присутствия.

– Э... мистер Кейр?

Кэрол нерешительно шагнула вперед. Поколебавшись, свернула налево и подошла к книжному шкафу. Пестрота обложек бросалась в глаза, как и крупно набранные названия... детских сказок.

Да, как обнаружила она через короткое время, весь шкаф от верха до низа был забит сборниками детских сказок на разных языках: английском, французском, итальянском, китайском и даже русском. Наверное, Кейр коллекционер. Судя по годам издания, некоторые книжки представляли собой настоящую библиографическую редкость.

– Долго собираешься стоять там и рассматривать мое собрание? – с оттенком угрозы поинтересовался тот же голос. – Или все же соизволишь приблизиться к столу, сесть и ответить на мои вопросы, мисс Не-люблю-представляться-помощница?

Она ахнула и попятилась. Голос исходил явно из кресла, приставленного к тому самому столу, но проблема-то заключалась в том, что владельца голоса не было!

– Ближе. – Теперь это была откровенная насмешка, и у нее по спине прошла не волна мурашек, а стадо взбесившихся африканских слонов. – Ближе, говорю. Кто хочет работу – тот ничего не боится. Или ты не согласна с этим тезисом?

На негнущихся ногах Кэрол заковыляла к столу. Шаг. Второй. Третий...

На пятом она ударилась бедрами о край и остановилась.

– Б-б-б-б... ближе некуда.

Голос хмыкнул.

Кэрол осторожно опустила глаза ниже. Потом еще ниже.

– Господи.

Развалившийся в кожаном кресле лягух ростом с эрдельтерьера помахал ей растопыренной лапкой, и золотая цепь на его... на том месте, где бывает шея, сверкнула. В другой лапке у него оказалась соломинка с наколотой оливкой. Лягух залихватски ею подирижировал и отправил лакомство в широко открывшуюся пасть.

– М-м. Вкуснотища. Зелененькие с креветками – это самый смак. Согласна?

– А...

– Ну, черные классические я тоже уважаю. Но зеленые... это поэма вкуса.

– О...

– Да сядь ты уже. На тебе лица нет. А я не выношу бледных дамочек с вытаращенными глазами. И не вздумай визжать. Сразу вышвырну вон, и работу придется искать в другом месте.

Кэрол упала в гостевое кресло и уставилась в потолок. Взгляд ее стал отстраненным.

Подождав три минуты, лягух тяжело переполз на стол, сдвинул левой задней лапой вазу и устроился в любимой позе: полусидя-полулежа.

– Дяде надо было купить другой одеколон, – вдруг выдала гостья и снова замолчала.

Лягух скривился:

– Дамочка. Эй. Дамочка. Ау. Земля вызывает «Дискавери». «Один шаг по Луне – большой шаг для нас всех», и все такое прочее. Прием!

Гостья медленно приподнялась в своем кресле и задумчиво промолвила:

– Я живая.

– Точно, – согласился лягух и для убедительности постучал соломинкой по зеленой в полоску щеке.

– Я здоровая.

– Как бык. В этом нет сомнения.

– Я мыслю...

– Следовательно, существую. Не надо цитировать великих.

Кэрол нечеловеческим усилием сдержала уже почти вырвавшийся ответ. Нет, галлюцинация вряд ли стала бы так издеваться. По крайней мере, своя, родная галлюцинация.

– Сократим время нам обоим, милая. Я не глюк, не игрушка, не муляж, не киборг, не инопланетянин. Я именно тот, кем ты меня видишь: лягух большой, говорящий и богатый. Ты – никто. Точнее, ты кто-то, по документам и мироощущению, но меня это не волнует. Компренде?

Хозяин офиса подмигнул и поковырял соломинкой в пасти. Высунувшийся длинный липкий язык заставил Кэрол зажмуриться. Открыв глаза, она встретилась ими с немигающими круглыми лупетками существа.

– Мне очень нужна работа. – Она поразилась своим словам, но было уже поздно. Они вылетели и приземлились где-то между ней и ожившим сказочным кошмариком.

– Гы.

Лягух сменил позу на более официальную, то есть просто сел.

– Ну еще бы она тебе не была нужна. По моим данным, ваша контора еще в прошлый «черный понедельник» наполовину накрылась медным тазом. А с нынешней ситуацией на бирже удивительно, как ваш шеф еще не объявил себя банкротом.

– Мы выберемся, – слабым голосом сказал Кэрол.

– Ни фига. Детка, слушай папу Кейра: вы в глубокой попе, и вам из нее не выбраться. Но это все лирика. Меня интересуют две вещи. Первая: сколько знаков в минуту ты набираешь? Вторая: насколько ты любопытна?

– Двести... примерно. И, кажется, я перестала быть любопытной. Только что.

– Твое имя? Я его и так знаю. Но все же.

– Кэрол Могленд.

– Гы.

Лягух/кошмарик/Кейр сложил передние лапы на брюхе и уставился на девушку, как вершина пищевой цепи на нижестоящую особь.

– Скромные способности. Очень. Но если то, что ты сказала по поводу любопытства – правда, то добро пожаловать. Жду завтра в девять. Не опаздывать. С Леном не флиртовать и от работы не отвлекать. То же самое с клиентами. С девяти до шести носа не высовывать из офиса. Перерыв проводи где хочешь. И, разумеется...

Тут Кейр сделал зловещую паузу и немного ее потянул, чтобы до гостьи дошло.

– Разумеется, ты никому. Ни за что. Ни при каких обстоятельствах не скажешь, на кого ты работаешь. Никогда.

 

Она сильно сомневалась, что сможет уснуть. К своему удивлению, Кэрол отрубилась в тот момент, когда голова коснулась подушки и спала до семи утра без снов – приятных или страшных.

Будильник затрубил чудесной мелодией Армстронга, и ноги унесли девушку на кухню.

Порция тостов и чашка горячего черного кофе, а потом и стакан свежевыжатого апельсинового сока живо привели в сознание. Апельсин оказался в холодильнике последним, и Кэрол сразу же поставила в телефон памятку: купить вечером килограмм.

Контрастный душ окончательно выгнал из тела остатки сонливости. По дороге к бару она даже усомнилась в том, что правильно запомнила события предыдущего вечера. Бывало, на распродажах люди и сознание теряли, а после путались и не могли ответить на простейшие вопросы. Вдруг все, что касается зеленого кошмарика – это ее посттравматический глюк?

Увы. И ах.

Глюк преспокойненько сидел на столе, ковырял левой лапкой варенье из розовых лепестков, а другой держал миниатюрную телефонную трубку:

– Да, я тебя понял, Скэрт. Понял, да. Поставщиков не трогай, я сам с ними поговорю. Эти венгерские гномы совсем офонарели, можно подумать, их зеркала сканируют всю вечность, а не ограниченный период. Ну максимум лет пятьсот. А потом иди и покупай новое. Одни понты. Зато реклама супер – заказывают у того василиска, Светония Транквилла. Угу... да.

Прервавшись, Кейр посигналил испачканной лапкой новой сотруднице и ткнул в сторону соседних, видимо, поставленных сразу после ее ухода, стола и кресла:

– Располагайся, куколка. – И тут же вернулся к собеседнику: – Да, Скэрт. Тут девочка новенькая пришла, надо ей дать ЦУ. Угу. Покедова. Созвонимся.

Кэрол села и мысленно помолилась Санте, в которого не верила с семилетнего возраста. Вдруг поможет?

 

Бар, как выяснилось сразу же, был отнюдь не единственным бизнесом Кейра. И не самым крупным. Роберт Кейр, по его словам, чем только не занимался – от импорта-экспорта необыкновенных вещей до разведения форели на ранчо в Техасе.

Посетителей в его офисе хватало. Иногда их было даже слишком много. Большинство были похожи на людей, но на деле ими не являлись.

В последующие две недели Кэрол работала на износ: печатала, звонила, отвечала на те звонки, которые хозяин не мог принять вовремя, варила Кейру медовый сироп по особому рецепту и следила за тем, чтобы беговая дорожка в мини-спортзале не пачкалась. Дорожку она тут же переименовала в «прыговую», так как Кейр по ней именно что прыгал. Красиво, далеко и со вкусом.

Ленни сочувственно смотрел на нее вечерами, но разговаривать по душам не решался: видно, Кейр и его заранее предупредил.

К концу этих двух недель Кэрол устала так, что цвет, рост и даже видовая принадлежность шефа потеряли для нее прежнее значение.

 

– Роберт у себя?

Мелодичный голос раздался слева, и Кэрол вздрогнула. Она как раз полезла под стол доставать нечаянно выброшенную лакричную конфетку и тут...

Мужчина мягко улыбнулся.

Кэрол тут же забыла, как дышать.

Платиновые шелковые волосы падали на лацканы модной теплой куртки. Голубые глаза, приподнятые к уголкам, взирали на мир со спокойным величием и снисходительностью мудреца. Линия лба и носа настолько приближалась к идеалу, что любой древнегреческий атлет или воин, высеченный в мраморе, рассыпался бы в прах от зависти.

– Я... да. Он на тренировке. Еще пять минут. Как о вас доложить, мистер...

– Свитлав. Хэролд Арнольдус Свитлав. Полномочный посол государства фейри острова Авалон.

Палец Кэрол заплясал где-то в районе вазочки с конфетами, и посетитель вежливо обхватил ее запястье и направил в нужное место.

– Как скажете, – пролепетала девушка, млея от разливающегося по телу ощущения томного тепла. И нажала кнопку интеркома.

– Да? – рявкнул шеф своим сочным, так не соответствующим габаритам басом. – В чем дело?

– К вам посол Свитлав, сэр.

– Проводи в фитобар и налей ему чего-нибудь освежающего. Только не мяты. Эльфы от нее начинают нести чушь.

Гудок – и связь прервалась. Краснея, Кэрол подняла глаза на прекрасного гостя:

– Простите. Он бывает груб. Но человек... то есть лягух... хороший.

– О, не извиняйтесь, – протянул посол, лаская ее взглядом. – Он всегда такой. Все восемьсот три года, что мы знакомы. Вот его покойный отец, король Август Нунций – тот вообще был невыносим.

Девушка опешила. Так шеф – не простое земноводное? Надо же...

Надо выяснить подробности.

И в следующие пятнадцать минут – Кейр задерживался – Кэрол искусно задавала вопросы, стараясь не показать своего любопытства, а посол ей охотно отвечал. И поглаживал сначала пальцы правой руки, потом выпавший из прически локон, потом... Но она перехватила шаловливую руку и сунула в нее фитококтейль. Без мяты, естественно.

– Воркуем? – раздался откуда-то снизу голос. Лягух одним прыжком вскочил на широкий вращающийся стул, сел и подозрительно осмотрел обоих – и помощницу, и визитера. – Думаешь, пупок не развяжется, Свит? Ты вроде в прошлом году развелся в триста четырнадцатый раз, не? Подумай о родовом состоянии, о чести наследного принца фейри. И об алиментах всем бывшим и их детям.

Посол вдруг потерял часть своей неземной красы и превратился в брюзгливого метросексуала.

– Все шутишь, Роберт. Сам-то попыток устроить личную жизнь не оставил? Или эта красавица на самом деле сотрудница?

– Позвольте, – возмутилась пришедшая в себя Кэрол. – Обсуждаете меня так, будто я пустое место! Не пойдет, господа! Я все еще здесь.

Мужчины умолкли. Мгновение спустя Кейр спрыгнул и прошлепал в кабинет, негромко приказав ей:

– Сироп мне. Молочный коктейль ему. И не беспокоить ни под каким видом. Даже если на Ленни нападут голодные йетти.

– А они?..

– Существуют. Да.

Кэрол потрясла головой и механически допила свой коктейль.

Куда она попала, в конце-то концов?

 

– Ненавижу фраки.

– Вам очень идет, – попыталась подлизаться Кэрол.

Шеф мрачно измерил ее взглядом и не удостоил ответом.

За окном беспилотного лимузина мелькали знакомые виды. Уайтхэвен преобразился. Ночью прошел снег. Деревья и дома стояли тихие, торжественные и светлые. Уже наступили сумерки, и развешанные повсюду гирлянды вспыхивали разноцветными светлячками – казалось, по городу текут реки и ручьи живого, очаровательного огня. Автомобили и те не ревели, как обычно, а чинно скользили друг за другом, и водители на удивление мирно перестраивались, поворачивали и словно забыли про обгоны.

Кэрол очень любила родной город. Но сейчас ей вдруг страшно захотелось попасть в давно намечтанный Дели, погреться на солнышке, полюбоваться на храмы, рынки, походить по паркам...

– Думаете, рождественский бал у фейри – это плохо?

– Это хуже, чем плохо, тыковка. Это отвратительно. Жеманные прилизанные чистоплюи, вот кто эти парни. Выродились, все как один.

– Тогда зачем вы едете? И меня с собой взяли?

– Потому что одним из условий при подписании очередного контракта на поставки было – угадай какое? Все ты виновата.

– Что-о?

– То самое. Если б не твоя смазливая мордашка и кругленькая попка, Свит не запал бы и не начал танцевать на задних лапках. И меня бы в покое оставил. На следующие лет двести.

Лопаясь от гнева, Кэрол скрестила руки на груди и ненавидящим взглядом уставилась на шефа.

«Вот скотина. Жаба недоразвитая. А я думала – хоть раз в жизни попался приличный мужик!»

Остаток пути проделали в молчании. Кейр оставил машину на охраняемой подземной стоянке и приказал топать ножками до посольства, благо, это оказалось недалеко.

Никто их не заметил, поскольку дорога шла по туннелю, предусмотрительно проложенному от паркинга к зданию.

У входа дежурил представительный швейцар, рядом топтались два шкафа-охранника.

Кэрол величественно прошагала по ступенькам, обогнав пыхтящего шефа, и королевским движением сбросила выходное пончо с оторочкой из натурального песца на руки гардеробщице.

В зале уже кружились пары, слышался смех и разговоры.

Свитлав улыбнулся и поклонился обоим:

– Роберт. Мисс Могленд. Очень рад вас видеть.

– А уж мы-то как рады, – проскрипел снизу шеф. – Будешь клеить мою помощницу – останешься без хвоста.

Улыбка Свитлава поблекла, но удержалась на месте.

– Как ты невежлив. Впрочем, этого и следовало ожидать. Развлекайтесь, друзья мои. Мне нужно встречать гостей.

И посол поспешил к паре, входившей следом.

– У него правда есть хвост? – невинным голосом поинтересовалась Кэрол.

Кейр ответил разящим взглядом и одним словом:

– Да.

Потом снизошел и прибавил:

– Держись ко мне поближе. Эти съедят с потрохами – и не заметишь.

Она спрятала усмешку и отпросилась в дамскую комнату. Осмотрев себя в зеркало, пришла к выводу: однозначно хороша. Атласное платье черного цвета с крошечными розовыми гвоздиками, вышитыми гладью, и низким декольте, прикрытым черным тюлем, удобные классические черные лодочки, высокая прическа во французском стиле. Сережки винтаж, серебро с чернью. Серые глаза светятся предвкушением. И пусть вредный работодатель катится фейри под хвост! Этот вечер – ее, и только ее.

Кэрол успела протанцевать с тремя партнерами – все наперебой делали комплименты и приглашали пообщаться приватно после бала – и выпить два любезно предложенных мартини. Голова слегка закружилась. Захотелось сесть на диванчик, замеченный в коридоре, который вел из зала. Она так и сделала.

Расслабившись, Кэрол не сразу поняла, что кто-то пристроился рядом и легкими, почти невесомыми прикосновениями гладит ее коленку.

– Мистер Свитлав?

– Хэл, дорогая, для тебя просто Хэл, – промурлыкал посол. Судя по его румянцу, алкоголь уже плескался в голубой крови фейри. – Когда познакомимся поближе, можно даже проще: котя.

И не успела она опомниться, как оказалась прижатой к дивану тяжелым и агрессивным мужским телом. Руки посла забегали по ее туловищу, как механические многоножки, причем больше всего доставалось застежкам на боку и на спине. Последняя-то и выручила: платье шилось на заказ, и швея сделала застежку в старинном стиле, потайную и с секретиком.

– Щучьи дети, – выругался уже совсем не красивый, а потный и гадкий противник. Кэрол, которой предусмотрительно зажали рот, взбрыкнула и ухитрилась куснуть гадину за палец. – А-а-а!

Заветное местечко оказалось без защиты всего на миг, но ей и этого хватило.

– У-у-у... – Посол скрючился на боку, держась за самое ценное и вращая выпученными глазами. – У-убью-у-у!

Кэрол вскочила вовремя – диван вдруг нагрелся и вспыхнул в буквальном смысле синим пламенем.

– Дура! – Неизвестно откуда взявшийся шеф подпрыгнул и в прыжке толкнул лапками помощницу в бок. – Беги скорее туда, все время сворачивай налево, как попадешь на кухню – скажи повару, Кенингаму, что от меня! Быстро!!!

И она помчалась, как испуганный заяц.

Кухня встретила белизной, паром, блеском кастрюль и ножей.

– Я от Кейра, – закричала она из последних сил симпатичному чернокожему мужчине в высоком белоснежном колпаке. – Помогите!

Не меняя строгого выражения лица, тот кивнул и нажал на какой-то рычажок на стене. Один из шкафов для посуды плавно отъехал в сторону, за ним открылся черный провал.

– Свет включится автоматически, как только вы войдете, – ответил на незаданный вопрос повар. – Идите.

Кэрол с писком вбежала в черноту, за ней прыжком – Кейр, вход тут же закрылся, включился свет.

– Ты безнадежная дура, – сказал шеф, когда они перевели дыхание. – Я это понял еще в тот момент, когда ты согласилась на мое предложение. Но сегодня ты превзошла саму себя.

– Сам дурак, – огрызнулась девушка, и вдруг села на ледяной пол, выложенный гранитной плиткой, и разревелась.

Кейр тихо вздохнул, что-то неразборчиво квакнул на своем, амфибийском языке, и устроился рядом.

– Пожалела себя? – спросил он, когда рыдания утихли, и она за неимением платка высморкалась пальцами. – Двигаем дальше. Здесь опасно – Кенингам знает о тайном выходе, но и Свит о нем наслышан.

Она молча встала и последовала за лягухом.

 

Под Уайтхэвеном оказался второй Уайтхэвен – подземный. Там было все: улочки и переулки, многоуровневые переходы, заброшенные и жилые дома разной величины. Иногда навстречу попадались жители разных племен и рас, и Кейр заранее уводил ее в укрытие – чтобы не заметили, не донесли агентам Свитлава.

– Зря я тебя не послушала, – сказала Кэрол шепотом, когда они пережидали последнюю группу – старый минотавр и три кентавра шли нетвердой походкой и явно искали, к кому бы прицепиться. – Зря не стала рядом держаться.

– Признаешь ошибку? Это прогресс, – хмыкнул шеф. Кэрол робко дотронулась до обтянутой черным фраком спинки, и лягух тихо заурчал.  – Приятно. Но больше так не делай. В моем племени это приглашение к спариванию.

Она ойкнула и спрятала руку за спину.

– Тут у меня одна подруга живет недалеко. Может, пока у нее переждем? Можно и Рождество отпраздновать спокойно.

– Как скажешь, – согласилась Кэрол.

Кейр зашлепал в узкий переулок, и она свернула за ним.

Вывеска над входом гласила: «Поригмагерсгая Джулиэтты». Сам дом был невелик, в один этаж, и весь зарос плющом темно-бурого цвета. Непонятно, как он жил и рос без солнца, но Кэрол уже устала удивляться местным чудесам.

– Джули, открывай! – Лягух повернулся задом к двери и затарабанил задними лапками по массиву сосны.  – Свои!

– Иду-иду.

Голос хозяйки что-то смутно напоминал. Дверь открылась. И Кэрол ойкнула во второй раз.

«Карась ходячий. С ножками. То есть не карась, но...»

Мозг привычно отключился, устав перерабатывать невероятную информацию.

Рыбоподобная леди приветливо улыбнулась, надув и без того пухлые губы:

– Роберт! Сколько лет. Сколько зим. И не один. Неужели наконец ты...

– Джули, знакомься – это Кэрол Могленд, помощница. Кэрол – Джули Кьюбикью, знаменитый рыбак, парикмахер, легенда Андерхэвена и просто милая дама, которой я всецело доверяю.

– Роберт, – губы образовали нежное «о», – ты такой душка. Проходите, дорогие, у меня уже все готово к празднику!

 

– О мирный праздник, чудный праздник, – распевали сытые Роберт и Джули. Кэрол сонно смотрела на все еще заставленный яствами стол и порывалась отщипнуть еще хрустящей румяной индейки, но совесть и переполненный желудок протестовали.

Окна Джули выходили на главную площадь Андерхэвена. Из предосторожности хозяйка не подпустила к ним гостей. Зато принесла какое-то хитрое устройство, благодаря которому все, что там происходило, отражалось на белом полотняном экране, поставленном у камина. Должно быть, камера-обскура.

Жители подземного города вовсю веселились.  Горели костры, звучала музыка, многочисленные торговцы расхваливали непроданные до сих пор пряники, елочные игрушки, венки, мишуру, носки для подарков. Малышам дарили лучшие образцы просто так и желали счастья. Загулявшего и забывшегося гнома с компанией быстро проводили от греха подальше в ближайший паб.

– Если бы и люди так жили, – сказала Кэрол раздумчиво. – Так дружно и весело.

– Ну, милочка, – подхватила Джули, – не так уж у нас все и хорошо. Всякое случается. Вот разве что не своей смертью последние лет триста никто не умирал, это да. А воришек, плутов и шулеров куда как много.

– А теперь еще и насильники появились, – кисло добавил Кейр. – Ничего. Я его папочке завтра же сообщу о поведении наследного принца на балу, в присутствии уважаемых членов общества.

– Ох, Роберт, как печально... А ведь какой был блестящий юноша, помнишь? Большие надежды мы на него возлагали. Кто-то даже прочил ему Всеобщую Корону, кажется.

– Джули, поплюй через плечо, – так и вскинулся шеф. – Жить под властью фейри? Да еще такого засранца, как Свитлав? Врагу не пожелаю. 

И лягух так свирепо надулся, блеснув пурпурно-алой кожицей зоба, что и Джули, и Кэрол одновременно рассмеялись.

– Чувствую, пора укладывать вас спать. Однако проблема – куда именно? – задумаласьмисс Кьюбикью. – У меня одна гостевая спальня.

– О, это же пустяки, – легкомысленно ответила Кэрол. – Роберт такой маленький, он поместится и на односпальной кровати, а уж на двойной...

И осеклась, потому что оба собеседника смотрели на нее в упор – Джули с восхищением, Кейр очень мрачно, даже зловеще.

– Милочка, – наконец сказал сияющая хозяйка. – Раз ты сама предлагаешь...

– Нет, – рыкнул лягух так, что обе женщины подпрыгнули. – Ни в коем случае. Я против.

– Роберт, дружочек, – схватила его за лапку Джули, – давай-ка сходим в погреб, поможешь мне достать бутылочку «Шато Эктелль» 1578 года?

 

Оставшись в спальне одна, Кэрол с удовольствием разделась, повесила вещи в шифоньер и накинула предложенную закрытую ночнушку, льняную, с множеством бантиков и кружевных розеток.

– Можно войти? – прозвучал за дверью знакомый густой бас.

– Конечно, я уже в постели.

Кейр впрыгнул в комнату и проследовал сразу же к окну. В сторону кровати он подчеркнуто не смотрел и вообще вел себя так, будто никого, кроме него, здесь не было.

Кэрол прикрыла рукой усмешку и кашлянула:

– Кхм. Уже поздно. Ложитесь, шеф?

– Окно вроде в порядке. Сигнализация работает... Да-да. Не ждите меня, мисс Могленд. Засыпайте.

Кэрол сладко потянулась, продемонстрировав суровому начальству полную белую шею, и легла.

Кейр проквакал что-то очень грубое, судя по интонации, и запрыгнул на свою половину кровати. Неуклюже переполз к подушке, засунул под нее передние лапки, лег и затих.

Некоторое время спустя она поняла, что шеф уснул. Повернулась к нему и стала с любопытством рассматривать.

Для лягушки он на редкость симпатичный. Эти изумрудные полосочки поперек морды и две золотые звездочки над глазами. Совсем как та вифлеемская звезда в кабинете, на украшении.

– И не вздумайте даже, – не открывая глаз, сказал шеф.

– Что не вздумать? – прошептала Кэрол.

– Меня целовать. Даже вы не такая дура, чтобы связаться с последним представителем проклятого рода.

Кэрол покраснела.

Несколько минут тишины. Потом:

– И тот способ, о котором вы сейчас подумали, тоже не пойдет. Я никому не позволю швырять себя в стенку. Даже девушке, которая... которая...

– Которая что? Ну хватит уже недоговаривать, несносный вы человек!

– Протрите глаза, лапусенька. Я уже много веков как не человек. И шансов стать им у меня не больше, чем у снежка сохраниться в пустыне Гоби.

– А если есть шанс? Вот сегодня, на Рождество? Это ведь время чудес, Роберт.

– Я уже давно в них не верю, – очень усталым и безнадежным голосом ответил заколдованный кем-то герой ее романа. – Спите. Завтра нужно встать пораньше, поблагодарить Джули и добраться домой до рассвета.

Она подождала, удостоверилась, что он на самом деле спит, поцеловала кончик своего мизинца и осторожно коснулась им одной из звездочек.

«Милый Санта. Я давно тебя ни о чем не просила. Может, выполнишь такую просьбу: подари Роберту веру, надежду и любовь. Пусть даже и не мою, главное – чтобы ему было хорошо. Люблю тебя. Кэрол».

 

Время до Нового года пролетело незаметно.

– Кэрол!

– Да, шеф?

– Факс из Гонконга. Куда ты его засунула?

– Прошу. Вот оригинал, вот копия.

– Давай оригинал. Леймерс, слушайте, ну не морочьте мне лапы! Товар отгрузили еще двадцать шестого утром, а вы мне талдычите, что просрочка на сутки!

Она села обратно, перебрала несколько бумажек, украдкой посмотрела на Кейра. Тот деловито угукал в трубку и пошлепывал задней правой лапой – верный знак, что сердит.

Кэрол встала, ушла в фитобар и достала давно припрятанные бутылки джина и вермута. Смешивая классический мартини и разливая его в рюмки, она мысленно повторяла все, что хотела и не осмеливалась высказать уже несколько дней.

– Никто не хочет нормально честно работать. – Шеф уже освободился и стучал лапой в темпе хард-рок группы. – Кругом придурки, которым не объяснишь.

– Роберт, в честь праздника. – Кэрол улыбнулась и поставила крошечную рюмку перед шефом. – Салют!

Кейр вздохнул и взял напиток.

– Салют!

Они чокнулись, съели по зеленой оливке с креветками и посмотрели друг другу в глаза.

– Свитлава, говорят, отозвали на Авалон? – Кэрол крутила черный локон.

– Ага. С моей легкой лапки.

– Роберт?

– Да?

– Я счастлива, что познакомилась с вами.

Пауза.

– Вы тоже ничего, мисс Могленд. Временами.

За окном падал снег, укрывая Уайтхэвен от неприятностей и дрязг. Под асфальтом, бетоном, землей и массивными скалами спал Андерхэвен, город чудес. Два города, земной и подземный, слушали голоса друг друга, соглашались, спорили, мирились, хотели даже разойтись совсем, но не получалось.

И к лучшему. Ведь двое их жителей сейчас хотели только одного: никогда не разлучаться...

 

 

Участник конкурса "Рождественские чтения-2015", 4 место



Комментарии:
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту статью:

Оцените и выскажите своё мнение о данной статье
Для отправки мнения необходимо зарегистрироваться или выполнить вход.  Ваша оценка:  


Всего отзывов: 2 в т.ч. с оценками: 1 Сред.балл: 5

Другие мнения о данной статье:


Fairy [11.01.2017 20:40] Fairy 5 5
Очень понравилось!!! Спасибо. С удовольствием почитала бы продолжение..

Peony Rose [11.01.2017 21:27] Peony Rose
Пожалуйста )))
С продолжением все как-то не складывается... но надежда пока есть ;)
Спасибо за комментарий!

Посетители, комментировавшие эту статью, комментируют также следующие:
Peony Rose: Дом 94 по Пэлл-Мэлл (18+) чудо-ёжик: Art | 2019 Настёна СПб : "Содомский грех на Руси" Кэродайн: Мимо цензуры

Список статей:



Если Вы обнаружили на этой странице нарушение авторских прав, ошибку или хотите дополнить информацию, отправьте нам сообщение.
Если перед нажатием на ссылку выделить на странице мышкой какой-либо текст, он автоматически подставится в сообщение